«Не понимаю, как я выжила, и морально, и физически»: дети из благополучных семей – о наказаниях

7 историй о строгом воспитании детей

1 июня – Международный день защиты детей. Его основная задача – привлечь внимание людей к сложностям, с которыми сталкиваются дети во всем мире. Бывает, что ребенка обижают как раз те, кто должен защищать. Читатели «Газеты.Ru» рассказали о спорных воспитательных методах, которые использовали их мамы и папы.

Ольга, 43 года, про синяки и горох

Когда я была ребенком, наказания были прямо жестокими. Я сейчас не понимаю, как выжила, и морально, и физически. Вокруг считали, что у нас, как говорится, благополучная семья: у меня была своя комната, дорогая по тем временам одежда, поездки на море.

Но был один некрасивый секрет – мама меня била, причем за малейшую провинность. Веником, шваброй, просто кулаками, даже задыхалась от усердия.

Я была худая, невысокая, а мама – большая, тучная, такое неотвратимое зло.

Папа рукоприкладством не занимался, и маме запрещал, так что она делала это, когда его не было дома. А если оставался синяк, врала, что я упала. Он наказывал иначе, более продуманно: ставил на колени на крупу, горох или решетку от духовки.

Причем я всегда была «сама виновата»: поздно пришла с прогулки, отказалась есть молочную лапшу, забыла вымыть чашку. Пишу и слезы катятся – я всю жизнь была тихим послушным ребенком. С родителями не общаюсь много лет.

Настя, 35 лет – про наказания в стиле мамы Пушкина

Помню, в школе на литературе нам рассказывали об отношениях Пушкина с матерью: она не слишком жаловала сына и однажды год с ним не разговаривала. Одноклассники начали смеяться и шутить, что были бы рады такому наказанию – отлично, когда предки не достают. А я еле сдерживалась, чтобы не заплакать – моя мама практиковала бойкоты как способ выражения своего недовольства.

Она была очень сдержанным человеком, часто любила повторять, за всю жизнь всего несколько раз повысила голос и почти никогда не давала волю слезам.

Если я делала что-то не так, она просто прекращала разговаривать. Смотрела мимо меня, молча ставила еду на стол и уходила. Это могло длиться один вечер, могло – несколько дней.

Маленькой я плакала, топала ногами, уговаривала, просила прощения – мама царственно отворачивалась и закрывалась в своей комнате. Подростком делала вид, что мне все равно – однажды мы так молчали неделю. Самое обидное, мама и сейчас не понимает, что плохого было в таком наказании, и никакие мнения психологов ей не указ.

Олег, 37 лет, про детский дом

Главным воспитательным методом моих родителей было запугивание. Не открывай дверь чужим, придут бандиты. Мой руки, а то заразишься страшной болезнью и умрешь. Не плачь, отдам милиционеру. Но самым страшной была угроза «отдам в детский дом».

Я знал про него из рассказов родителей – там живут сироты, у них нет игрушек и красивых книг, но есть злые воспитатели, которые сажают в карцер.

Если я капризничал или ссорился с братом, мама демонстративно доставала чемодан и говорила, что сейчас отвезет меня в детдом. Когда я получил за год несколько троек сразу, мама и правда собрала какие-то вещи, они посадили меня, орущего, в машину и повезли за город. Потом, конечно, мы вернулись домой, но успокоиться я не мог до вечера.

Альбина, 41 год, про манную кашу в волосах

Моя мама была, в целом, не злой, но очень импульсивной и вспыльчивой женщиной. Например, если я медленно ела, она могла взять тарелку, смыть еду в унитаз и выгнать меня из кухни до ужина. Однажды вылила мне на голову манную кашу – я просила сварить ее, а потом сказала, что не хочу.

Как-то мама сшила мне платье снежинки для утренника, но не белое, как я хотела, а голубое. Я начала капризничать, что не надену, мама слушала, а потом молча взяла наряд и разорвала его по швам на лоскутки. Таких эпизодов были десятки: отнесла на помойку игрушки, потому что я не убирала их, порвала билеты в театр – я слишком долго собиралась, выкинула коллекцию вкладышей, потому что я не давала играть ими младшему брату. Недавно мы говорили об этом, она сказала, что очень сожалеет, что не справлялась с собой. Услышать бы это тридцать лет назад!

Виктория, 37 лет, про собаку

Мы с сестрой очень просили у родителей щенка. Клялись и божились, что будем гулять, убирать, играть – только купите. В свою защиту скажу, что мне тогда было 12 лет, сестре – 10, не самый сознательный возраст.

Конечно, со временем эйфория прошла, и мы стали жестко нарушать договоренности и ссориться по утрам, кому выгуливать Джека, не пылесосили пол, покрытый шерстью. Папа с мамой возвращались вечером – дома беспорядок, собака поскуливает и просится на улицу.

И вот однажды мы вернулись из школы, а собаки нет. Понимаете, нет собаки!

И мама так спокойно говорит: мы ее отдали, раз она вам не нужна. Мы почему-то сразу поверили, что это так. Как же мы обе плакали! Позже оказалось, что папа просто отвез Джека на дачу, чтобы нас проучить.

Сергей, 36 лет, про разбитую приставку

В нашей семье «злым полицейским» стандартно был отец. Он часто любил повторять фразу атаманши из сказки про Снежную королеву: «Детей надо баловать — тогда из них вырастают настоящие разбойники!».

Предполагалось, что мы с сестрой разбойниками вырасти никак не должны, поэтому нас растили в строгости.

Схема «провинность – наказание» работала безукоризненно. Из двоих детей я был более послушным ребенком, поэтому мне попадало относительно редко, но один случай запомнился навсегда. Папин школьный друг, создавший какой-то успешный бизнес в девяностых, подарил мне игровую приставку. Они тогда только появлялись и были невероятной роскошью.

Я учился во вторую смену и с появлением приставки совершенно перестал делать уроки: родители уходили, ко мне приходили друзья и мы играли до обеда. У меня начали появляться тройки, а потом и двойки. Когда я закончил вторую четверть и принес дневник домой, папа с каменным лицом достал молоток и расколотил несчастную приставку у меня на глазах. Он, кстати, до сих пор считает, что был прав.

Анна, 35, про лишение мультфильмов

Мама почему-то была уверена, что если заболевшего ребенка чрезмерно жалеть, выздоравливать он не захочет. Поэтому, как только у меня поднималась температура или краснело горло, меня лишали сладостей и заодно мультфильмов.

Вот станешь здоровой – будешь есть конфеты и смотреть сказки, а пока пей таблетки и о развлечениях не думай. К сожалению, болела я довольно часто, хотя – клянусь – очень этого не хотела. Привычка не делать себе снисхождения при плохом самочувствии осталась и сейчас, правда, сладости, всем назло, ем.

Поделиться:
Загрузка
Найдена ошибка?
Закрыть