Цивилизация
В мае 2016 года в Россию приезжал швейцарский публицист, экс-главред газеты Tribune de Genève Ги Меттан. Тогда он презентовал книгу «Запад-Россия: тысячелетняя война». Все, кто посетил тогда эту встречу, были поражены, как по сути европеец делает работу, на которую отважится не каждый российский историк.
Прошло всего два года после Евромайдана, и мы наблюдали начало некоторых тектонических сдвигов, наметившихся в мире. Точнее наметились они раньше, а с 2014 года пошли трещины. Сейчас все эти плиты идеологическо-геологические просто съезжают, сдвигают мир с оси, в первую очередь западный. Сегодня много разговоров о многополярности, но мы не беремся прогнозировать, когда новая система равновесия установится.
Сейчас такой конфликт, при котором вообще сложносочиненные и сложноподчиненные формулировки не будут восприниматься. Приходится говорить отрывисто, рублено.
Одно из пожеланий, которое хочется направить в это «светлое далеко» — чтобы русофобия стала маргинальным явлением. Потому что когда Ги Меттан выступал со своей книгой, русофобия, конечно, была фактом. И не просто фактом, а предметом исследований. В 2013-м году в ФГБУ РИСИ (прим. ред.: Российский институт стратегических исследований — федеральное государственное бюджетное учреждение) состоялось заседание круглого стола по теме «Феномен русофобии: истоки и современность». В интеллектуальных кругах много дискутировали на тему «Что считать русофобией, а что конструктивной критикой отдельно взятой нации». Но вот в чем отличие тех предмайданных времен, потом первых двух постмайданных — это была хроническая форма болезни, а сейчас она перетекла в острую форму, которую, как мы видим, одними медикаментозными методами — дипломатией и дискуссией, не вылечить, и в ход пошла хирургия.
Но уже тогда на встрече с Ги Меттаном стало понятно, что есть историческая русофобия, и ей как минимум тысяча лет, есть дипломатическая — со времен Наполеоновских войн, перешедшая эстафетой в Крымскую войну, и ей около двухсот, есть русофобия как наследие «Холодной войны», и есть самая молодая русофобия, когда после 2014 года Запад начал откровенно поддерживать только одну сторону в российско-украинском конфликте.
Размотать этот клубок можно по примеру Ги Меттана, попытавшись ответить на вопрос, почему Киев стал таким любимчиком Запада.
Но это не сделать, если не затронуть проблему, почему в Европе с самого начала существовал миф о том, что при церковном расколе 1054 года на Православие и Католицизм, ортодоксами начали считать католиков, когда все с точностью до наоборот.
«В то время, в Средние века, они (прим. ред.: европейцы) уже начали говорить о греческом мире, т.е. о Византии, как о «территории деспотизма, варварства», для того, чтобы снять с себя ответственность за раскол», — рассуждал Ги Меттан. Как только Иван III стал преемником римских и византийских императоров, все «собаки», которых вешали на Византию, перевесили на Россию.
И получается, что именно этот центральный концепт русофобии используется сегодня западными идеологами, а с их подачи — Киевом.
Начиная с XV века, западные путешественники описывали Россию как деспотию, как до этого их предшественники писали о Византии. После реформ Петра I Россия приобрела значительный вес на мировой карте, а при Екатерине II и Потемкине в результате присоединения земель северного Причерноморья после русско-турецких войн появилась Новороссия.. И тут начинаешь понимать, как крепко схватился уже тогда Запад за Украину, а на тот момент Малороссию. Сначала был польский проект, потом Австрийский. Уже тогда эта часть, в первую очередь Галиция начала переформатироваться под интересы Запада. Из Галиции собирались сделать «украинский Пьемонт». Пьемонт — это те территории, вокруг которых произошло объединение Италии к 1870 году. По этим лекалам вокруг Галиции собирались объединить все украинские земли и сделать из этого антироссийский геополитический проект. Проект провалился, но остались дурные семена. Они расцвели сначала в бандеровском движении, потом после его разгрома, консервировались в среде национально ориентированной украинской интеллигенции и партноменклатуры, особенно в 60-е и начале 70-х, во времена правления первого секретаря ЦК КПУ Петра Шелеста.
С 1991 года проект «Украина», начатый австрийцами, возобновляется, только к этому времени за него берутся США.
И делают свое дело более грамотно, более целенаправленно. В конце концов, у Австро-Венгрии не было такого обширного инструментария в виде агрессивного блока НАТО и спецслужб.
Ги Меттан указывает на очень интересную и показательную перекличку, фактически — рифму. В 1815 году Австрия, бывшая союзница России по антинаполеоновской коалиции, разворачивается на 180 градусов, и превращается в противника. А в 1945 году от России отворачивается бывший союзник по антигитлеровской коалиции – США.
США заимствуют риторику Англии XIX века, австрийский проект «Украина», и уже своими силами и средствами продвигают это в сознание масс.
И теперь, внимание, Ги Меттан находит точку, где срабатывает триггер. НАТО и ЕС достигли своих границ, лимитов своего развития, и это их пугает.
Старая система, агонизируя, продолжает хвататься за миф о «страшном медведе», и это выливается в сегодняшний глобальный конфликт. Сегодня мы стоим в той точке, где сошлись нити (нити, ставшие канатами), идущие из 1054 года. И возможно историческая драматургия – это те же три акта, как и у Шекспира, только они разбросаны на столетия. Но мир неуклонно движется к развязке. И очень хочется, чтобы это понимали не только такие люди, как Ги Меттан, который, можно сказать, идет против ветра (представляете, насколько на Западе его позиция, что «Запад, как минимум не прав» пока непопулярна), но и те, кто имеют рычаги власти. Потому что больше так продолжаться не может. А когда Запад все поймет, украинский национализм сдуется как воздушный шарик, потому что именно русофобская Украина — это его проект, несамостоятельный и нежизнеспособный без подкачки извне.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Биография автора:
Михаил Михайлович Ходаренок — военный обозреватель «Газеты.Ru», полковник в отставке.
Окончил Минское высшее инженерное зенитное ракетное училище (1976),
Военную командную академию ПВО (1986).
Командир зенитного ракетного дивизиона С-75 (1980–1983).
Заместитель командира зенитного ракетного полка (1986–1988).
Старший офицер Главного штаба Войск ПВО (1988–1992).
Офицер главного оперативного управления Генерального штаба (1992–2000).
Выпускник Военной академии Генерального штаба Вооруженных сил России (1998).
Обозреватель «Независимой газеты» (2000–2003),
Главный редактор газеты «Военно-промышленный курьер» (2010–2015).
