19–21 июня в Институте русской литературы РАН (Пушкинском доме) в Санкт-Петербурге прошла самая ожидаемая в гуманитарных кругах конференция 2014 года под следующим названием: «Философия зайца: неожиданные перспективы гуманитарных исследований». Интерес к ней совсем не ограничивается узкоспециальными кругами, потому что сама конференция задумана как ответ на заявления министра культуры Владимира Мединского.
«Я вам называю тему конкретной научной работы, я не могу понять, что в ней кроется, называется она «Философия зайца», и в течение пяти лет люди под это дело получали финансирование.
Каких зайцев они исследовали, какая философия, понять невозможно; и дайте мне под это дело госфинансирование!» — заявлял тогда министр.
Его выступление в том числе было посвящено реформам в петербургском Институте истории искусств (Зубовский институт), которые вызвали резкую реакцию трудового коллектива института и научного сообщества в целом. После этого, в конце июня 2013 года, было объявлено о начале реформы РАН. Ученые тогда опасались не только оптимизации академического имущества и массовых сокращений, но и более активного вмешательства чиновников в свою работу.
Поэтому в ноябре 2013 года группа петербургских ученых-гуманитариев объявила о проведении в июне 2014 года конференции под названием «Философия зайца».
Как говорилось в информационном письме, «утверждение министра о данной «конкретной теме» не находит подтверждения».
В загадочную «Философию зайца» превратилось стихотворение «Трансмутация зайца», предпосланное переизданию монографии «Алхимия как феномен средневековой культуры» (М.: Наука,1979; 2-Е изд.: Алхимия. СПб.: Издательство Ивана Лимбаха, 2012), автором которой был сотрудник Российского института культурологии В.Л. Рабинович, скончавшийся 18 сентября 2013 года, когда информация о «философии зайца» получила уже широкое распространение.
Также в письме пояснялось: конечно, человек, изучающий за государственные деньги «философию зайца», выглядит символом оторвавшегося от реальности ученого-гуманитария. Именно эта метафора служила основанием для многочисленных заявлений об «оптимизациях» в этой сфере. Поэтому гуманитарное научное сообщество бурно отреагировало на «Философию зайца»: по данным организаторов, было подано «более 120 заявок от специалистов в различных областях, представляющих научные учреждения от Улан-Удэ до Нью-Йорка и от Архангельска до Иерусалима». Кроме пленарного заседания, на котором предполагалось обсуждение проблем гуманитарных наук в современном обществе, планировались секционные заседания.
«Организовать конференцию, посвященную гуманитарным исследованиям зайца, нас побудило не столько таинственное превращение безвинного стихотворения в зловещее исследование, сколько несогласие с тем фактом, что чиновник, пусть и высокопоставленный, может по собственному мнению решать, какая проблема достойна исследования, а какая — нет; на какую научную работу можно выделить финансирование, а какую оставить без него», — говорится во вступлении, предваряющем программу конференции.
Собственно, и сам Владимир Мединский не обошел вниманием эту конференцию, направив ее участникам официальное приветствие.
В нем министр культуры заявил, что «мероприятие, в ходе которого рассматривается ряд важнейших аспектов онтологии и гносеологии лагоморфных, таких как заяц в пищевом рационе, «заячья» лексика в языках мира, лексемы, обозначающие зайца и его части, топонимы с «заячьей» семантикой, иконография и иконология зайца, заяц в массовой культуре, несомненно, войдет в анналы культурной и научной деятельности России». «Убежден, что затрагиваемые на симпозиуме вопросы особенно важны и актуальны для миллионов рядовых налогоплательщиков», — заявил чиновник.
Один из организаторов конференции Андрей Костин отреагировал на это следующим заявлением: «И это нельзя не оценить. Я благодарен В.Р. Мединскому».
Не была забыта докладчиками и столь любимая в бюрократических текстах «актуальность»: Татьяна Суханова (из ГИИ) рассказывала про «образ зайца ПЦ в интернет-фольклоре», Антон Сомин (представляющий РАНХиГС) — о фольклоре вокруг белорусского рубля (некоторое время на банкнотах были изображены животные, поэтому их прозвали зайчиками).
Также докладчиками упоминались многие явления, связанные с зайцем и вошедшие в культурный код современного россиянина: о «езде зайцем» говорила Наталья Славгородская (СпбГУ), Валерий Вьюгин (ИРЛИ РАН) — о «песне про зайцев» (из кинофильма «Бриллиантовая рука»).
«Довольно много людей пришло на первый день, особенно на круглый стол по проблемам гуманитарной науки и на пленарные доклады, на секциях все было скромнее», — рассказал «Газете.Ru» участник конференции Максим Руссо. По его словам, «если на круглом столе имя Мединского звучало чаще, чем слово «заяц», то во время непосредственно докладов о нем редко вспоминали, скорее выглядело так, что люди, увлеченные своим предметом исследования, рассказывают о нем».
Один из пользователей фейсбука так анонсировал «Философию зайца»: «Мединские плоды воображенья // Воплощены наукой в отраженье».
Другие участники и слушатели пронесли в здание Пушкинского дома надувного зайца, который завороженно внимал докладчикам. Но важны не только неистощимые запасы сатиры и юмора, которые продемонстрировали российские гуманитарии. На фоне частых разговоров о болезненной «серьезности» научного сообщества оно показало, что умеет смеяться и над собой. А реальная междисциплинарность этой конференции и скорость распространения информации о ней являются свидетельством, что научное сообщество в России еще способно к самоорганизации.
