В России нет репрессий, власти принимают «минимальные» меры против тех, кто помогает противнику, заявил «Интерфаксу» глава Совета по правам человека (СПЧ) Валерий Фадеев. Он пообщался с агентством после церемонии возложения цветов к мемориалу жертвам политических репрессий в Москве.(в России 30 октября отмечают День памяти таких пострадавших, при этом 31 октября установлен День работников СИЗО и тюрем)
«Ну какие репрессии. Не дай бог нам всем на своей шкуре испытать, что такое политические репрессии <...> То, что мы видим сейчас, — да, у нас непростая, жесткая ситуация, мы войну с Западом ведем. И какие-то минимальные ограничения к тем, кто фактически выступает на стороне врага, — это не репрессии, это минимальные санитарные меры», — высказался Фадеев.
Он сравнил происходящее со сталинскими временами. Только в 1937-1938 годах, по словам Фадеева, расстреляли 740 тыс. человек, большая часть которых была ни в чем не виновна. Отдельно глава СПЧ отметил преследование церкви при советской власти.
«Мы до сих пор не знаем, сколько было расстреляно священников в 20–30-е годы. Вот это репрессии», — подчеркнул он.
«Интерфакс» поинтересовался, будет ли СПЧ сейчас предлагать амнистию по отдельным категориям преступлений. В декабре 2023-го Фадеев отмечал, что в России «очень давно не было амнистии», которая является хорошим, гуманистическим сигналом обществу. Однако теперь Фадеев сказал, что «в повестке дня не видит такой темы». Он указал, что число заключенных в стране и так уменьшается.
«Гуманизация этой сферы идет непрерывно. У нас 25 лет назад миллион заключенных был, а сейчас 300 тысяч. Это огромный сдвиг. Президент использует институт помилования, и не только к тем, кто отправляется на СВО», — подытожил глава СПЧ.
Фадеев добавил, что СПЧ продолжает работу по увековечиванию памяти жертв политических репрессий. Действия в этой сфере «концентрируются вокруг исторических аспектов». Ранее журналисты заметили, что в Москве и Петербурге стали исчезать с домов памятные таблички о жертвах Большого террора. Следящие за ними активисты связали это с запретом в России правозащитного центра «Мемориал». Организация собирала данные о пострадавших от политических репрессий и занималась сохранением памяти о них.
Перегибы на местах
Еще в 2017 году глава ФСБ Александр Бортников рассуждал о причинах Большого террора.
«В органах начались «чистки» <...> При малейших подозрениях в «неблагонадежности» квалифицированные сотрудники переводились на периферию, увольнялись или арестовывались. Их место занимали люди без опыта оперативной и следственной работы, но готовые ради карьеры на исполнение любых указаний. С этим отчасти и связаны «перегибы» в работе ОГПУ — НКВД на местах», — рассуждал он.
Бортников также заявил, что среди чекистов были те, кем «двигали бескорыстные идейные мотивы», а значительная часть уголовных дел была не сфабрикована и имела «объективную сторону». Слова главы ФСБ вызвали большой общественный резонанс. Бывший следователь по особо важным делам Генпрокуратуры Игорь Степанов, чьих родных репрессировали, заявил, что в таком случае чекисты «перегнули на местах миллионы раз», а Бортников пытается оправдать НКВД и переложить ответственность с государства. Степанов подал в суд на «Российскую газету», опубликовавшую интервью Бортникова. Он пытался добиться, чтобы издание напечатало альтернативное мнение о репрессиях на примере его семьи или привело доказательства словам главы ФСБ, однако ничего не добился.
Президент России Владимир Путин называл политические репрессии в СССР неоспоримой трагедией.
«Это страшное прошлое нельзя вычеркнуть из национальной памяти и тем более — невозможно ничем оправдать. Никакими высшими так называемыми благами народа. В истории нашей страны, как и в любой другой, немало сложных, противоречивых этапов. О них спорят, их обсуждают, предлагают разные подходы <...> но когда речь идет о репрессиях, о гибели и страданиях миллионов людей, достаточно посетить братские могилы, которых немало в России», — указывал Путин в 2017 году.
В 2022-м российский лидер призывал «ни в коем случае» не забывать жертв репрессий и продолжать работу по сохранению памяти о них. В то же время президент говорил, что исторические факты нельзя использовать для «борьбы с Россией». В прошлом году, вспоминая о репрессиях, Путин заявил, что важно их не повторить. Он напомнил, что тогда осужденными оказывались как преступники, так и совершенно случайные люди.
«Все это важно, но для нас важнее другое, для нас важнее, чтобы ничего подобного не повторялось в истории нашей страны, потому что все это в целом нанесло огромный, трудновосполнимый ущерб для нашего народа и для нашего государства», — сказал Путин.
Трагедия миллионов
Периодом массовых репрессий считается промежуток с 1921-го по 1953 год, самым страшным отрезком которого стал Большой террор 1937-го и 1938-го. Последний официально запустил нарком внутренних дел Николай Ежов, когда издал приказ №00447 «Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов». В рамках него установили лимиты на расстрелы и ссылки в лагеря, которые потом многократно превысили, а сам Ежов попал под репрессивный каток и был казнен. На суде он сокрушался, что мало «почистил» органы госбезопасности от врагов народа, и обещал умереть с именем Сталина на губах.
Согласно справке советского МВД от 1954 года, за все время с 1921-го по 1953 год за контрреволюционные и иные особо опасные государственные преступления, в том числе за бандитизм и военный шпионаж, осудили 4 060 306 человек. По данным исследователей, за время Большого террора по политическим статьям признали виновными более 1,7 млн человек, из них не менее 1 млн расстреляли. В общей сложности исследователи на сегодня установили имена 3,1 млн репрессированных.
Из архивов известно, что Иосиф Сталин лично курировал весь документооборот, касающийся репрессий. В том числе он подписывал и постановления о расстрелах и одобрял увеличение «лимитов» казней. Судебные процессы зачастую были формальными, специальные «тройки» НКВД успевали рассмотреть по 67 дел в час.
Опросы показывали, что россияне все менее критично относятся к сталинским репрессиям, хотя абсолютное большинство знает о них. Также растет число тех, кто отвечает касательно темы «вообще об этом не думаю».
