Слушать новости

«Справедливая Россия» отработала в протестовом режиме

Разобравшись с Гудковыми и Пономаревым, «Справедливая Россия» уходит из протестного движения

«Справедливая Россия» потеряла интерес к протестному электорату, а потому избавляется от своих членов, слишком тесно сотрудничающих с белоленточным движением: накануне из партии были исключены Геннадий и Дмитрий Гудковы. Региональные представители «Справедливой России» и ее консервативное ядро рассчитывают вернуть ей место, которое она занимала на политической сцене с 2007 года.

«Справедливая Россия», накануне вечером исключившая из своих рядов Геннадия и Дмитрия Гудковых с формулировкой «за действия, наносящие вред политическим интересам партии и имиджу партии» за сближение с протестным движением, вернулась к вопросу о членстве в партии Ильи Пономарева. В январе руководство «эсеров» поставило перед ним ультиматум: в течение месяца он должен был принять решение, участвует ли он в работе партии или в руководстве «Левого фронта». Пономарев тогда подчинился линии партии и принял решение выйти из «Левого фронта», но сейчас его будущее в партии вновь под вопросом из-за того, что он солидаризовался в партийном конфликте с Гудковыми.

В четверг политик сам поднял вопрос о своем выходе на совместной с ними пресс-конференции, заявив, что «приостанавливает свою партийную деятельность до следующего съезда партии». Дальнейшие его взаимоотношения со «Справедливой Россией» будут зависеть от того, «по какому пути решит пойти партия», добавил он.

В январе, правда, он не давал себе такой форы, утверждая в своем блоге, что «если обстоятельства сложатся таким образом, что моя позиция начнет противоречить программным документам партии, то я не буду уподобляться Митрофанову и Ко, называть себя членом фракции, а голосовать против ее решений — я сдам мандат и останусь честным человеком».

Объявление Пономарева о приостановлении деятельности в партии вызвало резкую реакцию председателя «Справедливой России» Николая Левичева. Он отметил, что Пономарев демонстрирует незнание устава партии. «Допускаю, что человек может что-то неудачно сказать или его слова неверно передали, вырвали из контекста. Но изысканная формулировка «решил приостановить свою деятельность в партии» не фигурирует нигде в уставе. Членство в партии может быть приостановлено, если человек занял должность, не совместимую с членством в партиях или же если на то есть решение высшего партийного органа. Нет ни того ни другого, в партию он с такой просьбой не обращался», — заявил Левичев «Газете.Ru».

Пономарев не считает, что ему публично предложили сдать билет, и пока рассчитывает сохранить его.

«Я не говорил про приостановление членства в партии. Я очень точно это сформулировал, потому что я тоже читал устав партии. Я говорил о приостановлении партийной деятельности», — сказал Пономарев. По словам депутата, его позиция, изложенная в блоге еще в январе этого года, остается в силе: в случае если у партии поменялась программа, Пономарев намерен не просто покинуть ряды «эсеров», но еще и сдать свой думский мандат. Создавать какие-то внефракционные группы и перетягивать туда партийцев (как это сделал изгнанный ранее Алексей Митрофанов) Пономарев не собирается.

Как подчеркивает Пономарев, его деятельность не сильно отличалась от того, что делали Гудковы. Таким образом, депутата также можно обвинить в том, что он «приносит политический ущерб партии». «Пусть мне тогда объяснят наши политические руководители: в чем политический ущерб? Что не так делается? А я после этого уже могу сделать вывод, совместимо мое членство или нет», — сказал Пономарев, добавив, что он по-прежнему считает, что партия «Справедливая Россия» — «самая разумная и имеет большую перспективу, если не будет вести себя как вчера».

Он не берется предсказать ни свое будущее, ни будущее родной партии. Оба вопроса, по его словам, должен решить съезд, намеченный на осень. «Если мы будем идти тем же путем, что вчера, то будущее наше достаточно печально, — рассуждает Пономарев. — Я считаю, что и так главная уязвимая точка нашей партии в том, что никто до конца не знает, то ли мы кремлевский проект, то ли самостоятельный. Если мы подтверждаем, что мы не оппозиция, то кто тогда за нас будет голосовать? Тогда надо за «Единую Россию» голосовать, а не за «Справедливую Россию». А если мы стоим на четкой оппозиционной ориентации, то тогда, наоборот, я считаю, все будет хорошо».

Партия «Справедливая Россия» создавалась в 2006 году как левоцентристская политическая сила. В основу новой организации вошли три партии: «Родина», Российская партия жизни и Российская партия пенсионеров, причем предложение объединиться было сформулировано в кремлевских кулуарах, и от него невозможно было отказаться. «Эсерам» предстояло стать «второй ногой» российской партийной системы, как изволил выразиться тогдашний «серый кардинал» Кремля, первый замглавы администрации президента Владислав Сурков, и составить умеренную конкуренцию «Единой России». Идеологи этой схемы говорили о необходимости создания в стране двухпартийной системы по американской модели, где реальная политическая борьба идет между Демократической и Республиканской партией. Прошедшая в 2007 году со скромными 7,74% в парламент, «Справедливая Россия», которую возглавил друг Владимира Путина спикер Совета федерации Сергей Миронов, выполнила и другую уготованную ей роль — выдвинула вместе с «Единой Россией» и карликовыми «Гражданской силой» и Аграрной партией на пост президента тогдашнего вице-премьера Дмитрия Медведева.

Однако уже в следующие пару лет стало понятно, что модель с двумя центристскими партиями нежизнеспособна, в первую очередь из-за того, что выяснилось: «эсеры», объединившие не допущенную до кормушки региональную номенклатуру, стали отбирать голоса не у КПРФ или ЛДПР, как предполагал первоначальный замысел, а у самих единороссов.

От одной избирательной кампании в регионах к другой ее агитация становилась все более жесткой, и в итоге аналитики стали поговаривать о потере «Справедливой Россией» политической управляемости. Особенно заметно это проявилось в Санкт-Петербурге, где «эсеры» выступили в авангарде антигубернаторской оппозиции, пообещав подойти к выборам в законодательное собрание города, совмещенным с думскими выборами 2011 года, под лозунгами отставки Валентины Матвиенко.

После того как на первомайском митинге в Санкт-Петербурге Миронов заявил, что считает необходимым сменить власть в городе, лидер местных единороссов Вадим Тюльпанов инициировал вопрос об отзыве Миронова из Совета федерации. Майская отставка Миронова еще больше укрепила оппозиционные позиции «эсеров»: летом 2011 года лидер партии приезжал на форум «Антиселигер» в Химкинском лесу, в прессу даже стали просачиваться слухи о контактах «эсеров» с несистемной оппозицией, в частности с лидерами партии ПАРНАС Владимиром Рыжковым и Борисом Немцовым, что, правда, Миронов яростно опровергал. А осенью, во время думской кампании, «справедливороссы» стали эксплуатировать стратегию «Голосуй за любую партию, кроме жуликов и воров», популяризированную оппозиционером Алексеем Навальным.

Эта стратегия имела успех, и «эсеры» взяли неожиданные для себя 13% голосов (по оценке Пономарева, из них 5—6% принадлежат протестному электорату). Когда же после думских выборов в крупных городах России начались массовые акции протеста, партия «Справедливая Россия» стала одной из немногих политических сил, открыто поддержавших протестную волну. Так, члены фракции «эсеров» в Госдуме приходили на заседание с символическими белыми лентами на пиджаках, а три представителя партии — Геннадий и Дмитрий Гудковы, а также Илья Пономарев — стали лицами протеста. Вскоре у всех троих начались проблемы. Еще осенью парламентское большинство лишило Геннадия Гудкова депутатского мандата, объяснив это тем, что он совмещает парламентскую работу с бизнесом. Спустя всего несколько месяцев Гудкова, а вместе с ним и двух других лидеров протестного движения решили и вовсе исключить с руководящих постов партии. Председатель «эсеров» Николай Левичев при этом объяснял, что в «Справедливой России» считают деятельность Гудковых и Пономарева вредной: якобы их участие в Координационном совете оппозиции и «Левом фронте» входит в противоречие с интересами партии.

Аналитики считают, что «Справедливая Россия», избавившись от членов, слишком близко приблизившихся к протестному движению, окончательно отказалась от эксплуатации протестного электората и вернулась в политическое поле 2007 года, чтобы сохранить свои позиции в регионах.

Как отмечает политолог, бывший член «Справедливой России» Александр Морозов, большинство региональных активистов и депутатов партии не сочувствуют белоленточному движению, отчасти поэтому партия так и не стала представителем протестного движения в Госдуме. «История исключения Гудковых, конечно, отражает давление, которому подвергается руководство «Справедливой России» из администрации президента. Но реально партия не пострадает от этого, потому что «Справедливая Россия» представляет огромное количество региональных депутатов, которые рассматривают ее не как идеологическую платформу, а как площадку для продвижения в законодательные органы власти. То есть в этом смысле «Справедливая Россия» состоялась, так же как и КПРФ, и ЛДПР.

Совершенно не важно, какой скандал развивается в партии, в результате все, кто хочет участвовать в выборах и получать места в заксобраниях, всё равно останутся в партии», — говорит Морозов.

По его мнению, Гудковы и Пономарев в случае его ухода не смогут увести за собой избирателей «Справедливой России». «Белоленточный протест не отвечает запросам регионов, поэтому к исключению Гудковых и даже Пономарева в регионах отнесутся с безразличием», — говорит Морозов. В этом смысле его позиция сближается с оценками бывшего главы управления внутренней политики администрации президента, в настоящее время возглавляющего Фонд развития гражданского общества Константина Костина, который отмечает, что традиционный электорат «Справедливый России» негативно реагировал на участие лидеров партии в протестном движении, поскольку он всегда был «консервативен и патриотичен».

Что касается разрыва СР с радикальной оппозицией, поддерживающей КСО, то Морозов считает спорным утверждение, что партия была основным выгодоприобретателем во время выборов в Госдуму 2011 года от лозунга «Голосуй за кого угодно, кроме «Единой России»: «Скорее, они получили голоса Прохорова, который тогда вышел из «Правого дела».

Профессор Европейского университета в Санкт-Петербурге Григорий Голосов, напротив, считает, что протестный электорат оказал услугу партии на выборах в Госдуму, но сейчас партии необходимо от него избавляться. «На выборах в Госдуму за них голосовали люди, которые голосовали против «Единой России». В глазах таких избирателей нынешние действия руководства партии компрометируют ее. Но гораздо больший ущерб «Справедливой России» наносит массовая регистрация партий: с этой точки зрения совершенно безразлично, что делает руководство партии. Их в любом случае ждут потери в электорате, очевидно, они выбрали путь поддержания хороших отношений с Кремлем.

Для Кремля же нужно не дать ни одной партии стать магнитом для протестного голосования на следующих выборах», — говорит Голосов.

Костин полагает, что выход Ильи Пономарева не очевиден даже после резких реплик Левичева в его адрес. «Проблемы с Гудковыми вообще для «Справедливой России не существует, а есть проблема с Пономаревым, поскольку для большого количества левых активистов он является выразителем их интересов и чаяний. Именно они воспринимали его представителем своих интересов в партии и в Госдуме, и здесь у «Справедливой России» могут быть некоторые проблемы. Но Пономарев — опытный политик, и его заявление говорит о том, что он будет действовать по ситуации», — говорит аналитик. Что будет в ближайшее время с партией и ее членами, вероятно, точно знает только Левичев, на днях презентующий свою книгу «Политика. Modus vivendi».

Поделиться:
Подписывайтесь на наш канал @gazeta.ru в Telegram
Подписаться
Новости и материалы
Все новости
Найдена ошибка?
Закрыть