Пенсионный советник

Памяти таинственного странника

В Москве открылась выставка, посвященная философу Льву Шестову

Дмитрий Петров 15.09.2016, 20:11
__is_photorep_included10195937: 1

В Москве в Доме русского зарубежья (Фонд Александра Солженицына) открылась выставка, посвященная 150-летию со дня рождения выдающегося русского философа Льва Шестова. До этого юбилейные торжества прошли в Париже и Петербурге, в городах, с которыми связана жизнь мыслителя.

«Вы — моя самая большая человеческая ценность в Париже…» — писала Марина Цветаева Льву Шестову весной 1926 года. Они были дружны и оба высоко ценили эту дружбу. Не случайно одна из выставок в честь 150-летия со дня рождения этого всемирно известного русского философа весной прошла в московском музее Цветаевой. А осенью она вновь вернулась — уже в обе столицы.

Выставка «Лев Шестов: странствование по душам» открылась в РГПУ им. А.И. Герцена в Санкт-Петербурге. В тот же день на конференции «Лев Шестов в контексте современности» в Русской христианской гуманитарной академии обсуждали разноплановость и многообразие его философского наследия.

15 и 16 сентября Шестовские торжества проходят в Москве: проводится конференция в Институте философии РАН и выставка в Доме русского зарубежья. В организации этих событий приняли близкое участие правнучатые племянницы мыслителя Татьяна Балаховская и Анна Лоран. «Газета.Ru» расспросила переводчика и культуролога Анну Лоран, как возник этот проект.

— Лев Шестов — один из самых необычных, глубоких и уважаемых в мире русских философов. И было бы странно не отметить 150-летие этого удивительного человека. К тому же моего родственника. Когда Татьяна и я предложили провести в Париже дискуссии, концерты и выставку, посвященные памяти Шестова, наша идея встретила понимание. Причем не только в творческой и академической среде, но и у чиновников.

Все дальнейшее — дело упорства и техники. Стоило Рамоне Фотиад показать возможные экспонаты выставки будущему ее дизайнеру Пьеру Питру, другу внучки Шестова Катрин Скоб, и он мгновенно все придумал. Любовно собранные нами уникальные портреты и снимки Шестова и его современников, плакаты, книги, журналы, рукописи — все нашло в экспозиции свое, точно выверенное, место. Выставка открылась в прекрасном двухэтажном помещении в мэрии 6-го района Парижа на старинной площади Сен-Сюльпис. С точки зрения оформления, содержания и внимания публики она прошла безупречно.

— Что стало центром экспозиции?
— Книги. «Власть ключей», «Гегель и Иов», «Эрос и идеи» и многие другие, изданные и недавно, и в 1920–1930-х годах. А также фотографии, письма и рукописи. Это самые ценные экспонаты. Увы, ряд оригинальных документов, которые выставлялись в Париже, мы не смогли привезти в Москву. Но мы привезли новый образ Шестова — блестящего представителя великолепной плеяды мыслителей русского зарубежья.

— Однако в числе шестовских событий в Париже была не только выставка…
— Прошли «круглые столы» в Сорбонне и в одном из старейших издательств русской эмиграции — YMCA-press. В нем успел поучаствовать основатель издательства Никита Струве, скончавшийся 7 мая этого года.

— Известно, что идеи и мнения Шестова много значили для таких людей, как Андре Жид и Андре Мальро, Мартин Хайдеггер и Мартин Бубер, Эдмунд Гуссерль и Томас Манн, Евгений Замятин и Марина Цветаева, Густав Шпет и Николай Бердяев …
— Это так. Но радует и то, что на выставки, концерты и дискуссии приходит много людей, которых мы не знаем и которые прежде не так уж много слышали о Шестове и его учении. Представленная нами богатая экспозиция пробуждает новый — более широкий и острый — интерес к этому ученому, чье влияние простерлось далеко за пределы России и Франции, где он жил в эмиграции почти двадцать лет. И когда мы это увидели, то решили…

— …привезти выставку в Россию.
— И провести Шестовские торжества в главных городах его жизни и судьбы: в его родном Киеве и крайне важных и дорогих его сердцу Санкт-Петербурге и Москве.

Да, русский философ Лев Шестов не только путешествовал по лицу земли, читая лекции в Швейцарии, Германии, Голландии и довоенной Палестине… Он был странником по душам тех, о ком мыслил и писал — Платоне и Ницше, Шекспире и Спинозе, Сологубе и Достоевском, Толстом и Чехове… И многих, многих других ярчайших героях прошлого и его современниках, в трудах которых нередко сплетались философия и литература.

Нет, не о том мечтал его отец — киевский миллионер Исаак Моисеевич Шварцман, фабрикант, торговец текстилем и знаток древних книг. Он видел своего сына, рожденного 31 января 1866 года, успешным дельцом. Дал ему прекрасное образование в гимназии, Московском и Киевском университетах. Которое он и завершил со степенью кандидата права. А потом участвовал в бизнесе отца и даже однажды спас его от разорения. Но это не помешало карьере мыслителя. Шестов и его труды стали хорошо известны мыслящей России задолго до революции и его изгнания. А работа «Апофеоз беспочвенности» сделала его знаменитым.

После бегства от советской власти Шестов ни разу не был в России. Но вернулся в ореоле славы известного философа.

Книги и статьи Шестова, одного из немногих русских философов-экзистенциалистов, бежавшего от красных в 1920 году, переведены на много языков и изданы в Австрии, Германии, Дании, Великобритании, США и других странах. Он быстро стал фигурой европейского масштаба и звездой интеллектуальной эмиграции первой волны, в которой сияли Карсавин, Лосский, Струве, Сорокин, Степун, Франк, Бердяев...

Книги об этих и других философах, чьи голоса достойно звучат в виртуозном хоре мировой мысли, вышли в серии «Русская философия XX века», над составлением которой трудятся профессора Борис Пружинин и Татьяна Щедрина.

Теперь в нее вошел новый, только что изданный том — «Лев Шестов». Его презентация — достойный аккорд, завершающий петербургские и московские торжества, посвященные 150-летию философа.