Кто станет новым лидером Франции

Восемь лет болтовни

09.01.2017, 10:26

Георгий Бовт подводит итоги президентства Барака Обамы

Pablo Martinez Monsivais/AP

Уходит тот, кто повинен в развале российской экономики, ее здравоохранения и образования. Который подзуживал «пятую колонну». Он опустил цены на нефть, сговорившись с шейхами, сделав нам бюджетно больно. Он заставил нас пойти ополченцами против братьев-славян, ввергнув последних коварно в «майданное безумие», обкормив отравленными «печеньками». Мы не хотели брать Крым, но пришлось. Потому как если не мы, то НАТО и Апокалипсис. Он науськивал наших простых и добрых людей мочиться в лифтах и бить лампочки в подъездах. Он их спаивал «боярышником» и сажал на иглу. Не самолично, но настраивая всю мировую Закулису так, чтобы нам всякий раз было тошно и иного пути просто не было, кроме как на иглу. Не на одну, так на другую. Он породил ИГ (заставив Роскомнадзор следить, чтобы мы твердили, что «это запрещенная в России организация», тратя на это бумагу, слова и часы эфирного времени) и научил его торговать нефтью. Он сеял «цветные революции», чтобы мы пожали бурю, но мы превозмогли и взяли Алеппо.

Нам будет «не хватать» этого человека.

В начале президентства он казался подросшим, выучившимся на «рабфаке» в Гарварде героем из «Хижины дяди Тома», эдаким милым лопоухим чуваком с неплохим чувством юмора — объектом ранее неустанной заботы «пролетариев всех стран, соединяйтесь!» И мы вовсе не собирались писать про него на наших «тачках» слово из трех букв, начинающееся с «Ч». Он нас заставил.

Обама, нам будет не хватать тебя.

Без тебя не верстался, кажется, ни один искрометный эфир с орущими клоунами. Без тебя милой энергичной Маргарите Симоньян и ее машине системы RT еще неизвестно, какой бы дали бюджет. А так дали. И известно какой. Трампу еще до такой чести расти и расти…

Ну а теперь — о «наследии» серьезно. Ведь, как ни крути, президент Америки — это «президент мира» в каком-то смысле, если уж эта страна выдает немногим менее пятой части мирового ВВП.

В анализе наследия лауреата Нобелевской премии мира Барака Хусейна Обамы есть одно обстоятельство, мешающее многим быть столь же беспристрастными, как при препарировании лягушек. Он — афроамериканец. Первый на посту президента США. Это было изначальным «бонусом», едва ли не главным достижением этого человека в глазах остального мира. Осталось ли оно единственным? — вот в чем вопрос. Восторжествовавшая политкорректность задает, конечно, непростые вопросы.

Многие либералы, кажется, считают, что критиковать резко президента-афроамериканца — расизм. Нельзя, мол, сказать, что такой «провалился», даже если это так.

Расовая тема и в Америке давно уже табу. В том числе практически не обсуждается тема «черного расизма», являющегося выражением крайности, до которой дошла борьба за расовое равноправие. В этом смысле поза «вечно обиженных наследием рабовладения» — не лучшая для установления реального мира, взаимной доброжелательности и подлинного равноправия в межрасовых отношениях. Для чего у Америки есть все правовые, культурные и институциональные возможности. Но чего там при Обаме, вопреки надеждам многих, не настало.

Напротив, по осторожно выражаемому мнению некоторых, президентство афроамериканца как раз «черному расизму» потворствовало. «Черные бунты-погромы», случившиеся при нем в ряде городов по поводу «зверств белых полицейских», привели к тому, что полиция теперь стала подчас излишне осторожничать в обращении с определенным контингентом, чтобы не вызвать новых волнений.

Зато число получателей «food stamps» (талонов на бесплатное питание) за время его правления выросло на треть (на 10,7 млн человек), достигнув рекордных 44,2 млн (примерно 13% населения страны).

Многие из этих людей — профессиональные и потомственные социальные иждивенцы. Примерно 40% получателей талонов — белые, 25% — черные и 10% — испаноязычные. Если взять пропорции, то среди белых получателей талонов — около 7–10%, среди черных — от 25 до 30% по разным данным.

Если говорить в целом об экономике, то оно лучше, чем в момент переезда Обамы в Белый дом, когда страна находилась в глубокой рецессии. Сейчас уровень безработицы в США — 4,6%, низший уровень с 2007 года. Однако многие отдают приоритет в заслугах по выводу страны из рецессии программе «количественного смягчения», запущенной еще Бушем, политике Федрезерва, державшего учетную ставку на отметках около нуля, и сомнительной с точки зрения социальной справедливости политике «спасения» корпораций и банков, которые «слишком большие, чтобы рухнуть».

За два срока правления Обамы в Америке создано около 17 млн новых рабочих мест. Правда, накануне его правления число резко упало — на 8 млн. То есть наполовину это было «восстановление». Более показательно правление Клинтона: 21 млн новых рабочих мест. И Клинтон как раз оказался куда больший «прогрессист» в экономике, чем Обама. При нем не было столь масштабного прироста госдолга (увеличился на $1,3 трлн), как и при Рейгане (15 млн новых рабочих мест на фоне роста госдолга на $1,8 трлн).

При Обаме государственный долг США вырос на $9,2 трлн, достигнув $19,9 трлн (при Буше-младшем, чье правление считается неудачным, прирост составил более $5 трлн). При этом к совокупному налоговому бремени на корпорации и граждан было добавлено около $1 трлн. Из них $377 млрд (подсчет палаты представителей конгресса) выпали на средний класс, который не стал жить лучше.

Бремя новых бюрократических регуляций администрации Обамы, которые республиканцы называют «социализмом», оценивается в почти $900 млрд.

Обама провел реформу медицины. Однако, похоже, не лучшим образом для тех, кто работает и платит налоги: для среднего класса страховые медицинские взносы вообще-то в среднем выросли. И теперь новая администрация первым делом эту реформу похоронит.

Правление Обамы стало сокрушительным ударом по самой Демократической партии. Он приходил как «президент-модернизатор», как прогрессист, от которого ждали прорыва в установлении более справедливых правил в экономике, прежде всего для среднего класса, сокращения разрыва между самыми богатыми и бедными. Однако средний класс продолжил размываться, страна стала еще более разобщенной, имущественный разрыв вырос. Бешеная реакция части американского общества на победу Трампа — один из симптомов.

Надежды на «прогрессиста» оказались пшиком. Президентство первого афроамериканца оказалось невнятным во внутриполитическом плане. И «заслуга» прежде всего Обамы в том, что провал его лозунгов (он выступал за сhanges — перемены) привел к феномену Трампа как «восстанию против истеблишмента».

При Обаме Демократическая партия потеряла 717 мест в легислатурах штатов (в нижних палатах) и 231 место в верхних палатах, 63 места в палате представителей конгресса, 12 мест губернаторов и 12 мест в сенате США. Сегодня в 32 штатах законодательные органы полностью под контролем республиканцев (обе палаты), 13 — под контролем демократов, остальные «поделены».

На международной арене, по мнению многих, итогом правления Обамы стало ослабление позиций Америки. Если резче — это были восемь лет пустопорожней болтовни.

Что, может, и неплохо для тех стран, которые считают себя противниками Америки. Но «стабильности в мире» точно не прибавилось.

Наиболее «впечатляющий результат» — на Ближнем Востоке. Отправной точкой была речь Обамы в Каире в апреле 2009 года. Это была попытка примирения с исламским миром после того, что наворотил в Ираке Буш. Однако вылилось все это в заигрывание с исламизмом, который Америку все равно «не простил». Белый дом Обамы приветствовал приход «братьев-мусульман» к власти в Египте во главе с «умеренным исламистом» Мурси. В 2012 году Обама лично принимал в Белом доме Хани Нур Эдина, члена организации «Джамийа аль-Исламийа», или «Исламский университет». Идейный лидер этого «университета» Омар Абдель Рахман был осужден в 1995 году в США как организатор первой попытки террористической атаки на Всемирный торговый центр в Нью-Йорке.

В мягкости подхода к радикальному исламизму Обама был верен себе все восемь лет. Он старательно избегал даже термина «радикальный ислам», даже в отношении ИГ. Отсюда во многом проистекает двойственная политика в отношении так называемой умеренной сирийской оппозиции, в случае с которой Америка выступила, по сути, подручным ваххабитских режимов Персидского залива.

Зато был свергнут режим Каддафи в Ливии, после чего страна лежит в руинах. Заключена «ядерная сделка» с Ираном. Но, по мнению многих, она не блокировала развитие ядерной военной программы страны. Став во многом воплощением всего лишь личных амбиций и тщеславия Обамы. Ровно по этим же причинам он пытался отбить у ИГ иракский Мосул «к выборам», но не удалось. Замирение с Кубой под конец правления, опоздавшее лет на 25, из этой же серии. В то же время заявленные амбициозные глобальные интеграционные проекты вроде Атлантического и Тихоокеанского партнерств забуксовали и будут похоронены консервативными реваншистами из команды Трампа.

Политика администрации Обамы на российском направлении была столь же невнятной, с какой стороны ни посмотри — что с «русофильской», что с «русофобской».

С одной стороны, попытка «перезагрузки», с другой — неудачная с точки зрения дипломатии ставка лично на Медведева при демонстративном выражении «нежелательности» возврата Путина в Кремль. С одной стороны, «мягкотелость и попустительство» (как считают «ястребы») по отношению к Москве, с другой — ряд совершенно лишних конфронтационных выпадов против Москвы и лично Путина. Отношения которого с Обамой не сложились во многом потому, что он считал президента США «фальшивым» и ему не нравилось, как тот тыкал нравоучительно пальцем в его сторону при личных встречах. Как выразился в адрес главы МИД Британии наш штамповщик хлестких фраз Сергей Лавров, «кто ты такой, чтобы меня учить».

И вот напоследок администрация Обамы решила «выстрелить» именно на «российском треке», раздувая «хакерский скандал». В подаче антитрамповски настроенных СМИ это чуть ли не новый «Уотергейт».

Парадокс: часть правящей элиты Америки открыто подрывает легитимность победы нового президента, называя ее «делом рук русских».

Главное даже не в том, есть ли в опубликованной несекретной 25-страничной части доклада разведсообщества (полная версия в 50 страниц представлена конгрессу) какие-либо доказательства. Их там и впрямь не видно — одни выпады и предположения, которые кажутся надерганными из прессы путем «копипаста». Раздувание зловещей роли RT выглядит так и просто фантасмагорией. Возможно, в секретной части имеются более веские факты, и именно поэтому Трамп после брифинга спецслужб заметно снизил градус публично выражаемого скепсиса по поводу хакерских атак.

Однако тут важнее сам настрой, главный посыл: Россия Путина — это враг, и с ней не надо иметь никакой «перезагрузки». Хакерский скандал — это очередной «пузырь» администрации Обамы, а уже потом все остальное.

Если бы в свое время с таким же пафосом отнеслись к китайской хакерской активности, то сегодня отношения двух стран были бы вконец испорчены. Если бы Никсон так же «взыскательно» в свое время относился к брежневскому режиму, не было бы разрядки и разоружения.

Уходящая администрация пытается загнать российско-американские отношения в такую ловушку, под влиянием личных обид пренебрегая всякой прагматикой двусторонних отношений, чтобы сделать улучшение этих отношений невозможным.

Для начала — «торпедировать» утверждение в сенате кандидатуры Рекса Тиллерсона, экс-главы корпорации ExxonMobil, которого обвиняют в симпатиях к Путину, новым госсекретарем.

P.S. Часто после подобных «разборов полетов» правительств других стран звучат реплики типа «Не видите бревна в своем глазу, а соринку в чужом заметили». Но дело в том, что методология «разбора полетов» применительно к разным странам во многом универсальна. Когда (и если) подойдет к концу президентство Владимира Путина, мы обязательно будем подводить его итоги примерно по такой же методике.