Владимир Путин еще не назвал имя своего наследника. Зато уже объявились его духовные, идейные преемники, те, кто готов и дальше нести через годы и расстояния в народные массы свет путинской мысли.
Желающих продолжить дело Путина, возможно, и много, но первой, как и положено главной на сегодняшний день придворной партии, подсуетилась «Единая Россия». «Президент Владимир Путин почти наверняка в 2008 году уйдет», — сказал на минувшей неделе единоросс, член Общественной палаты РФ, один из главных партийных «программистов» и главный редактор журнала «Эксперт» Валерий Фадеев. И добавил, очевидно, в утешение, что «партия «Единая Россия» останется». По мысли Фадеева, именно эта партия как «ведущая парламентская сила» (исход выборов 2007 года, очевидно, сомнений не вызывает) после 2008 года и должна занять свято место президента как «инициатора стратегических положений» развития страны. Март 2008 года партия должна встретить в полной боеготовности — со стратегией развития страны на 20–25 лет вперед.
Так далеко не заглядывала даже КПСС, за которой руководящая и направляющая роль была закреплена 6-й статьей Конституции 1977 года.
«Горизонт планирования» (это определение в стиле советского ретро предложено не единороссами, а СПС) советских коммунистов обычно составлял 10 лет — две пятилетки. Одна докладывалась партийному съезду в детальных проработках, другая — в эскизных. Например, XXVI съезд КПСС, последний брежневский съезд, апофеоз стабильности и застоя, утвердил «Основные направления экономического и социального развития СССР на 1981–1985 годы и на период до 1990 года». Начавший перестройку Горбачев, непривычно молодой и энергичный на фоне прежних кремлевских старцев, решил заглянуть немного вдаль, и в марте 1986 года на XXVII съезде КПСС премьер-министр советского правительства Николай Рыжков разворачивал перед партийными делегатами масштабное полотно преобразований «на 1986–1990 годы и на период до 2000 года». Спустя 10 лет после своего исторического доклада, в марте 1996 года, Рыжков, уже несколько месяцев как избранный депутатом российской Государственной Думы второго созыва, голосовал за денонсацию Беловежских соглашений декабря 1991 года. Соглашений, окончательно поставивших крест и на Советском Союзе, и на стратегии его развития, которую так горячо поддержали и одобрили участники съезда не просто «ведущей», но единственной партии страны.
Прочие стратегические документы, такие как, например, «Концепция развития внешнеэкономических связей СССР со странами-членами СЭВ на 1991–1995 годы и до 2000 года», устарели еще раньше: на рубеже 90-х в большинстве стран соцлагеря произошли «бархатные» и не очень антисоциалистические революции, а в мае 2003 многие из бывших участников СЭВ были приняты в другое политико-экономическое сообщество — Евросоюз.
События последних 20 лет не только в стране, но и в мире вообще должны были отбить охоту к написанию долгосрочных программ и составлению глобальных стратегий.
За эти годы утопии много раз становились реальностью и действительность превосходила самые мрачные антиутопии. Враги превращались в союзников, а друзья переходили в разряд противников. Старые военно-политические и экономические союзы рушились, воссоздавались или переформатировались.
Разбивались прежние иллюзии, и их место немедленно занимали новых заблуждения.
Ценности — идейные и материальные — неоднократно падали и повышались в цене. Кумиры свергались с пьедесталов, и тут же вместо них начинали славить других героев. Выходило из моды и вновь входило в нее все — от гимнов и маршей до культов и идей.
Человечество стало слишком быстро передвигать ноги. Информация о малейшем движении — интеллектуальном, духовном, экономическом, военном — даже где-то за тридевять земель немедленно — о, Интернет! — становится достоянием всего земного шара. Стратегии и программы не поспевают за быстро и постоянно меняющимся миром. Даже в вечно стремящейся к полной и окончательной стабилизации России партия, хоть «Единая Россия», хоть любая другая, вряд ли в состоянии предсказать свое собственное будущее за любыми горизонтами, уходящими за пределы 2008 года.
Пример бессмысленности такого политического планирования демонстрирует тот же «Союз правых сил», намеренный на ноябрьском съезде окончательно одобрить документ «Горизонт 2007–2017». Чтобы, как заявил лидер СПС Никита Белых, знать, что «партия намерена предпринять не только в 2007, но и в 2011 и в 2016 году». Проиграв думские выборы 2003 года и даже не попытавшись выставить своего кандидата на президентских выборах 2004-го, правые заявили о намерении бороться за власть в 2007–2008 годах. По инициативе в том числе и ряда правых политиков был создан специальный Комитет--2008. Спустя три года перед неведомым лицом путинского наследника этот краткосрочный стратегический план, видимо, утратил всякую актуальность. Поэтому приходится раздвигать горизонты в поисках более дальних и туманных целей.
Ирония в адрес неудачных плановых опытов демократов вовсе не говорит о том, что успешная здесь и сейчас партия власти «Единая Россия» окажется более умелым стратегом.
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"incutNum": 1,
"repl": "<1>:{{incut1()}}",
"type": "129466",
"uid": "_uid_860021_i_1"
}
Возможно, конечно, единороссы просто тушевались в тени такого видного стратега, как Владимир Путин. Но и он, кроме международной борьбы с терроризмом (программа, к которой президент, впрочем, уже охладел) и великой энергетической державности, за годы своего правления ничего не придумал. Жизнь за счет продажи национальных богатств явно не является путинским ноу-хау. Этим жили и самодержавные цари, и коммунистические вожди. Так что стратегического буйства мысли наследующих Путину единороссов можно не бояться.
До «Основных направлений экономического и социального развития государства на 2026–2030 годы и на период до 2050 года» партия нынешних бюрократов вряд ли доживет.
Правда, учитывая круговорот идей в российской политике, исключать, что подобный доклад будет торжественно зачитан на съезде какой-то иной руководящей или ведущей партии, все же нельзя.
