В последние годы Лопатов занимается делами, далекими от спорта, являясь председателем совета директоров коммерческого банка. Естественно, он в курсе всех баскетбольных новостей хотя бы потому, что его зять - Андрей Кириленко. С известным советским баскетболистом на «Матче Звезд» побеседовал корреспондент «Газеты.Ru».
— Какой эпизод из столетней истории отечественного баскетбола для вас самый значимый? — Бесспорно, финал Олимпиады-72 в Мюнхене. Эти три секунды перевернули взгляд на баскетбол целого поколения игроков, тренеров, болельщиков.
— Сегодняшний праздник для вас - возвращение в юность? — Конечно! Баскетбол - это большая часть моей жизни. Замечательный период, который подарил мне друзей и возможность увидеть мир.
— Часто ли Андрей советуется с вами по баскетбольным вопросам? — Чаще он обращается за советами к своему отцу. Со мной больше беседует на темы, не связанные с баскетболом. Игра ведь - только часть жизни. Мы часто созваниваемся, последний раз беседовали неделю назад. «Юта» тогда лидировала в своем дивизионе, и настроение у Андрея было замечательное.
— Из баскетболистов вашего поколения вы выглядите наиболее подтянутым и спортивным. В чем секрет? — Это заслуга родителей, заложивших в меня хорошие гены. Да и вырос я на севере, где в ту пору выживали только здоровые люди. Я начинал играть в заполярной Инте, где работал настоящий фанат баскетбола тренер Величко Юрий Петрович.
— В ЦСКА вы попали прямо из юношеской команды? — Школу я окончил в Горьком, полтора года учился в спортивном интернате, играл за сборную России. На Спартакиаде школьников неплохо проявил себя, и вместе с аттестатом получил приглашение в ЦСКА.
— В армейский клуб обычно приглашали сформировавшихся баскетболистов, лидеров других клубов. Не сложно было пробиваться, будучи игроком всего лишь юниорской сборной? — Тогдашний главный тренер ЦСКА Александр Гомельский всегда экспериментировал. По прошествии многих лет понимаю, что и со мной Александр Яковлевич ставил своеобразный опыт. Данные у меня были достаточно хорошие, и он решил посмотреть, получится или не получится. Был еще очень интересный момент в моей биографии, когда Владимир Петрович Кондрашин вызвал меня на один из сборов национальной команды. Просто на пробу. Этот вызов, как мне кажется, сыграл ключевую роль для Гомельского, который тогда работал только с ЦСКА. Вечная конкуренция между двумя великими тренерами заставляла их очень ревниво относится к игрокам, приглянувшимся конкуренту. А тут, вроде, человек со стороны увидел то, чего сам не видел в своем огороде. Гомельский начал меня выдвигать на первые роли, и результат не замедлил сказаться. Был даже такой парадоксальный случай: меня взяли на сбор перед чемпионатом мира 1978 года в Маниле. Никаких шансов туда попасть у меня вообще не было. А в конечном итоге не просто поехал, а еще и играл в стартовой пятерке. Думаю, это судьба, которая ко мне всегда благоволила.
