Цивилизация
Посошок получается бронзовый, а бронза - металл тяжелый, можно сказать, полновесный (пусть к разряду благородных относится с некоторой натяжкой).
Кстати, здесь, в Вене, художественная бронза подороже серебра ценится. Это я не ради красного словца и не ради того, чтобы придать бронзовым медалям сборной России некий дополнительный вес. Они и так тяжелые.
Есть у меня знакомый болельщик, с которым мы перекидываемся двумя-тремя словами по ходу не первого уже чемпионата. Сейчас это было на ходу, перед третьим периодом матча за третье место, и сказал он буквально следующее:
«Еще неизвестно, чему бы я был больше рад - серебру или вот этой уже близкой бронзе.
Конечно, легко побеждать команду, которая не играет, но завершать чемпионат на победной ноте - просто здорово!».
Что-то в этом есть, не правда ли?
Теперь чуть снизим пафос, тем более что поводов достаточно. Я не про игру - игру вы сами видели и сами свое впечатление составили. Просто утром шли мы по улице Грабен, пребывающей в воскресной и очень тихой праздности. И натолкнулись на группку наших болельщиков, в раздумчивости стоявших возле очередной ресторанной вывески. Раздумье было столь глубоким, что окружающие не могли не заинтересоваться.
А разрешение ситуации было понятно, наверное, только нам, потому что лидер после мхатовской паузы горько изрек: «Здесь мы уже бухали…». Попали ребята в Бермудский треугольник (почти официальное название скопления пивных заведений), ничего, бывает…
Воспользовавшись этой замечательной российской терминологией, продолжу так: за бронзу мы действительно еще не бухали. За 13 чемпионатов с участием российской сборной обмывали золото (уже в незапамятные времена), серебро (добытое тяжким каторжным трудом в шведских рудниках), а вот с бронзой был какой-то непорядок. Сейчас на 13-й, между прочим, год участия, наконец, получился комплект.
Единственный его обладатель, между прочим - Борис Петрович Михайлов. В ответ на поздравления «полный кавалер» замахал руками - «это не ко мне…». И другим новоиспеченным медалистам отмечать было некогда - на самолет спешили.
А обладатель самой большой коллекции наград Владимир Владимирович Юрзинов на прощание сообщил: «Все, это последний мой чемпионат мира».
И даже погрустить было некогда, не то чтобы выпить…
Ну, на посошок!
