В среду на встрече в Шатурском районе глава МЧС Сергей Шойгу, полпред президента в ЦФО Сергей Полтавченко и губернатор Московской области Борис Громов обсудили проект обводнения торфяников, на который днем раньше правительство выделило 300 млн рублей.
«Москва задыхается в дыму, и это повторяется уже не первый год, — во вторник на совещании в Рязани заявил премьер-министр России Владимир Путин. — Связано это с брошенными торфяниками, которые раньше разрабатывали». Он поручил Громову затопить самые опасные очаги возгораний и наладить обводнение остальных торфяников, чтобы предотвратить повторение пожаров лета 2010 года.
Обводнение — это не затопление торфяников, а сооружение системы каналов, с помощью которых можно освоенные территории снова превратить в болота.
В Рослесхозе уточнили, что обводнение проведут на территории бывших открытых карьеров. «Здесь в 1930-е годы были разработаны большие территории по добыче торфа. Затем этот вид топлива был исключен из реестра стратегических, и их забросили», — говорит руководитель пресс-службы Рослесхоза Владимир Дмитриев. По его словам, торфяные карьеры поддерживались в нормальном состоянии, пока торф поставлялся для нужд Шатурской ГРЭС, а после перевода электростанции на газ на заброшенных местах добычи торфа стали возникать пожары. Почему торфоразработки оставались в пожароопасном состоянии, ни областные власти, ни Рослесхоз сказать не могут.
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"id": "3406433",
"incutNum": 1,
"repl": "<1>:{{incut1()}}",
"uid": "_uid_3406650_i_1"
}
С ним не согласны специалисты: по их словам, выделенных 300 млн достаточно, но на создание системы обводнения уйдет около 10 лет.
«Если делать все по уму, это примерно столько и стоит», — говорит руководитель лесной программы Greenpeace России Алексей Ярошенко. Он опасается повторения истории обводнения, начатого в 2000 году: «Тогда тоже все горело, решили обводнять, начали разрабатывать программу, но за два года все заглохло». По его словам, в Талдомском районе, где специалисты своими силами построили систему обводнения (запруды), она подтвердила свою противопожарную эффективность.
«В 2002 и в 2006 годах, когда были сильные лесные пожары, мы готовили специальную программу для управления сельского хозяйства Московской области, но в октябре начались дожди, все потухло, и сразу не оказалось лишних денег, программа сошла на нет. Могут и на этот раз к осени передумать, заявить, что система не так уж эффективна», — разделяет опасения эколога директор Всероссийского научно-исследовательского института гидротехники и мелиорации (ВНИИГиМ) им. А. Н. Костякова Борис Кизяев.
На выданные деньги областное правительство должно нанять спецподрядчиков, которые имеют оборудование и опыт подобной работы, уточнили в Рослесхозе. Кто именно будет участвовать в проекте обводнения — чиновники еще не знают. «Рослесхоз этим заниматься не будет», — сказал глава пресс-службы агентства Дмитриев. В МЧС Подмосковья признались, что впервые столкнулась с обводнением: «Последний раз в 1972 году проводили». В ведомстве добавили, что работы будут проводиться совместными силами, правда, не смогли уточнить, кто будет помогать спасателям в затоплении и увлажнении проблемных участков.
«Привлечем и МЧС, и Мособлпожспас, и других специалистов. В ближайшие дни механизм будет понятен до конца», — сказал пресс-секретарь губернатора Андрей Барковский. При этом к «активной фазе» в области готовы перейти уже в четверг: «Торфяники будут обводняться с востока области. В первый день спасатели начнут с того, что будут прокладывать трубопроводы, по которым пойдет вода», — уточнил Барковский.
В МЧС «Газете.Ru» добавили, что уже сейчас ведется трубопровод от реки Оки для обводнения торфоразработок в Егорьевском районе.
В Рослесхозе не исключают, что для обводнения придется переселять некоторые близкие к горевшим торфяникам деревни.
«Но, возможно, этого не потребуется, потому что сейчас есть технологии для того, чтобы обойтись без этого», — заметил собеседник. Какие — он уточнить отказался. Решение о переселении, если понадобится, будет принимать правительство Московской области.
Лесные пожары в Брянской области на территориях, загрязненных в результате аварий на Чернобыльской АЭС, не повлияли на радиационный фон в Москве, заявили в среду в столичном НПО «Радон». «Мы можем сказать, что ситуация с радиацией в Москве озабоченности не вызывает, радиационный фон в норме «, — цитирует «Интерфакс» представителя НПО.
В Рослесозащите также заявляют об отсутствии поводов для паники из-за горящих лесных массивов на территориях, загрязненных из-за аварий в Чернобыле и на других предприятиях. «Ситуация с пожарами несколько улучшается, поскольку начались дожди во многих субъектах, где находятся радиоактивно загрязненные территории, пожары потухли в Брянской и Калужской области», - сказал «Интерфаксу» замдиректора Рослесозащиты Василий Тузов в среду. По его словам, только в Челябинской области не очень хорошо обстоит ситуация с тушением пожаров.
«Нужно серьезно к этой ситуации относиться, но причин для панических настроений нет, насчет опасности для здоровья еще предстоит провести опытные работы», — отметил Тузов. По его словам, во время пожаров происходит рассеивание радиационного фона и в воздух поднимается незначительная часть имеющихся радиационных остатков. «Население зря так беспокоится, потому что в целом обстановка не слишком тревожная. Дело в том, что эти 4 тыс. га территорий, пройденных пожарами, это всего лишь 0,3% территорий, зараженных нуклеидами в России. Это относительно небольшая площадь», — сказал представитель Рослесозащиты. Он пояснил, что в Курганской, Свердловской и Челябинской областях радиационное загрязнение произошло вследствие аварий прошлых лет на химкомбинате «Маяк» и крупных оборонных предприятиях.
«Там, где после выработки были созданы сельскохозяйственные предприятия, торфяники, как правило, не горят, потому что поля увлажняются и торф в таком состоянии, что его при желании не подожжешь», — объяснил «Газете.Ru» Кизяев. Там же, где на месте разработок растет кустарник и от жары высыхает трава, «достаточно малейшей искры», говорит профессор. Торф начинает тлеть, как вата, снизу, пожар распространяется, местами превращаясь в верховой.
В районах торфоразработок в начале и середине XX века строили каналы, чтобы отвести воду и осушить болота. Сейчас они заросли. «Эти каналы сейчас как раз и нужны. Они должны представлять собой так называемую систему двойного регулирования, для этого нужно построить дамбы. Весной по каналам будет удобно сбрасывать лишнюю воду, а в преддверии засушливого периода их перекрывать — тогда вода не будет сбрасываться, будет стоять на уровне примерно 0,8 метра, увлажняя почву», — описывает систему обводнения профессор. Каналы должны располагаться на расстоянии 200—300 метров друг от друга, соединяющие их перемычки-дрены (трубы со специальными отверстиями) — на расстоянии 20—30 метров.
Кроме того, говорит Кизяев, необходимо прокладывать противопожарные дороги, создавать пруды-накопители, к которым в случае пожара смогут подъехать машины для забора воды. «У нашего института в Рязанской области есть опытное хозяйство, там мы сделали такую систему двойного регулирования, и сейчас туда подъезжают пожарные машины, это единственное место поблизости, где можно взять воду», — сказал директор НИИ.
