Трогательная история из советской «Варежки», где девочка гуляла с воображаемым щенком, превращается в массовое городское явление. В парках и на улицах всё чаще можно увидеть людей с поводком, за которым никто не бежит. Новое увлечение — хоббидоггинг — стремительно выходит из интернета в офлайн и уже стало социальным феноменом. Почему оно набирает популярность и к чему может привести, выяснили специалисты Пермского Политеха. Об этом «Газете.Ru» сообщили в пресс-службе образовательного учреждения.
Хоббидоггинг вырос из хоббихорсинга — спорта, где участники «скачут» с игрушечной лошадью, — но, по словам психологов, корни этого тренда куда глубже. Люди во все эпохи создавали себе воображаемых спутников: от античных «внутренних советчиков» до современных виртуальных друзей. Новая волна, считают эксперты, связана с тем, что общество устало от перегрузки контактов и непрерывного потока тревожной информации.
«Люди ищут способ получить эмоциональную связь без риска, без больших затрат времени, внимания и денег. В этом смысле хоббидоггинг и общение с искусственным интеллектом работают по одним законам: такая связь легко устанавливается и легко разрывается», — объяснила старший преподаватель кафедры «Социология и политология» ПНИПУ, психолог Ольга Ганина.
У детей «гуляние» с невидимым псом может быть частью нормальной ролевой игры — тренировки заботы, социальных правил, умения взаимодействовать с другими. Но только если игра встраивается в реальную жизнь. Психологи отмечают: если ребенок, выгуливая «питомца», активно общается, придумывает сюжеты и вовлекает сверстников — это безопасный и даже полезный опыт. Опасность возникает в другом сценарии — когда воображаемое животное становится заменой реальных контактов.
«Если у ребенка нет друзей, и единственный «партнер» — воображаемая собака, это не развитие коммуникации, а бегство от нее. Ребенок не получает опыта споров, примирений, настоящей эмоциональной отдачи. Он привыкает к полному контролю, а в реальных отношениях это невозможно», — добавила Ганина.
Доцент кафедры «Социология и политология» ПНИПУ, психолог Ольга Юрьева уточнила тревожные признаки: уход в себя, отказ от «несценарного» общения, агрессия или слезы, если взрослые пытаются вывести ребенка из игры. В таких случаях, по словам экспертов, нужна помощь специалиста.
У взрослых невидимые питомцы — более сложный сигнал. Хоббидоггинг может удовлетворять базовую потребность в привязанности и заботе, которая в условиях дефицита искренних человеческих контактов становится все более острой. Но в долгосрочной перспективе последствия могут быть неоднозначными.
Нейробиологические механизмы работают одинаково: мозг способен формировать эмоциональную связь даже с воображаемым существом, если человек достаточно подробно представляет его. Активируются те же цепи, что и при привязанности к реальному питомцу. Человек проецирует на «собаку» качества, которые хочет видеть, и получает иллюзию предсказуемой взаимности.
«Но это все же не полноценная привязанность. Это управляемая проекция — она исключает необходимость сталкиваться с трудностями отношений и обходится без эмоциональных вложений», — подчеркнула Ганина.
Ранее россиян предупредили об опасности тренда на «бежевых мам» для психики детей.
