Авторитетный научный журнал Nature, подводя итоги уходящего года, назвал десять человек, оказавших наибольшее влияние на развитие науки. Этот список составляется ежегодно и публикуется в предновогоднем выпуске журнала. Так, в прошлом году в десятку вошли руководитель космической миссии «Новые горизонты» Алан Штерн, дипломат Али Акбар Салехи, внесший вклад в достижение ядерного соглашения по Ирану, выпускник МФТИ Михаил Еремец, специалист по сверхпроводникам, и другие.
В 2016 году самыми влиятельными людьми науки названы:
Физик Габриэла Гонсалес, пресс-секретарь международной коллаборации LIGO, объявившей в уходящем году об открытии гравитационных волн. В качестве представителя коллаборации LIGO Гонсалес была одним из ключевых людей, координировавших анализ групп ученых, разбросанных по всему миру, включая исследователей с интерферометра Virgo в Италии. По словам коллег, особо ответственно ученый проявила себя накануне объявления об открытии, когда слухи о нем уже просочились в прессу и Гонсалес приходилось отвечать на вопросы многочисленных журналистов. Гонсалес заявила, что после 2017 года, когда истечет ее контракт, она не вернется на свою должность, а собирается полностью уйти в науку.
На пресс-конференции после матча Ли заявил, что не может с уверенностью сказать, что AlphaGo умнее людей.
Терри Хьюджес — исследователь Большого Барьерного рифа. На вымирание кораллов рифа ученый обратил внимание в марте этого года, пролетая над ним на самолете. «Мы обнаружили, что на 84 рифах вдоль северной и центральной частей Большого Барьерного рифа в среднем 35% кораллов уже мертвы или умирают», — заявил Хьюджес с мае. Было установлено, что причиной вымирания кораллов стало так называемое «отбеливание», при котором кораллы слабеют и теряют покрывающие их цветные водоросли.
Последовавшие в октябре и ноябре исследования показали,
что 67% мелководных кораллов в 700-километровой северной части рифа уже мертвы.
Турчи Мартелли — специалист по инфекционным заболеваниям. Ее жизнь резко поменялась в сентябре 2015 года, когда министерство здравоохранения Бразилии попросило найти причину резкого повышения рождаемости детей с аномально малым размером черепа и мозга. Вскоре Мартелли пришла к уверенности, что перед нацией возникла огромная опасность, и стала выходить на ученых в других странах. Несмотря на большие организационные сложности и отсутствие нужных лабораторий,
ученые доказали связь с микроцефалией и инфицированием вирусом Зика в первом триместре беременности.
Джон Чан — специалист по репродуктивной медицине, который провел первую в мире процедуру искусственного оплодотворения с материалом от трех родителей. Он пересадил митохондрии женщины-донора в яйцеклетку матери. Ребенок родился в апреле 2016 года. Все процедуры проводились в Мексике, так как законодательство США не позволяет использовать такие методы.
Кевин Эсвелт — биолог, разработавший систему редактирования генома CRISPR-Cas9. Возможность изменять геном заинтересовала его еще в детстве, когда он наблюдал за разнообразными животными на Галапагосских островах. «Я хотел узнать больше о том, как эти существа стали такими, как есть, — вспоминает ученый. — И, честно говоря, я хотел создать своих собственных». Методику CRISPR-Cas9 можно использовать для различных целей —
от лечения наследственных заболеваний до селекции растений.
Елена Лонг — ядерный физик и транссексуалка. Помимо физики, она работает над принятием представителей ЛГБТ-сообщества («Международное общественное движение ЛГБТ» признано экстремистским и террористическим, запрещено на территории РФ) на рабочих местах. Елена стала одним из авторов опроса, запущенного Американским физическим обществом и посвященного проблемам ЛГБТ-физиков.
Результаты показали, что из 324 ученых-респондентов каждый пятый подвергался дискриминации, притеснению, запугиванию.
Елена основала группу поддержки ЛГБТ-физиков и добилась создания комиссии по сбору данных о случаях дискриминации. Сейчас она работает над сообществом, деятельность которого будет сфокусирована на разнообразии и инклюзивности меньшинств. «Я уверена, что другие люди сталкивались в этой области с такими проблемами, о каких я даже не думала. Я не хочу, чтобы им пришлось ждать семь лет, пока они не получат место, где будут иметь право голоса», — говорит Елена.
Научный интернет-пират
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"incutNum": 1,
"picsrc": "Александра Элбакян",
"repl": "<1>:{{incut1()}}",
"src": "pvsm.ru",
"uid": "_uid_10437521_i_1"
}
Элбакян создала этот сайт в 2011 году, столкнувшись с проблемой доступа к научным публикациям, когда занималась разработкой нейрокомпьютерного интерфейса. Сайт позволяет любому желающему скачивать статьи из журналов, подписки на которые обычно дороги и потому имеются у крупных университетов мира.
В этом году интерес к Sci-Hub вырос взрывными темпами, одновременно с вниманием СМИ и ростом скачиваний.
Сайт сейчас содержит 60 млн статей, в 2016 году было более 75 млн скачиваний — по сравнению с 42 млн годом ранее. По оценкам, это около 3% от всех скачиваний из научных журналов в мире.
«Газете.Ru» удалось задать создательнице сайта несколько вопросов.
— Александра, действительно ли в этом году был всплеск популярности сайта?
— Если честно, я не считала. За сутки несколько сотен тысяч скачиваний. Я бы сказала, что сайт рос равномерно на протяжении всего времени. Сайт стал набирать большую популярность в Китае, и после этого последовал иск от издательства Elsevier. Затем его осветили в СМИ, что еще добавило популярности. Иск до сих пор висит в суде Нью-Йорка.
— После иска вы сменили американский сервер на другой?
— Так говорить некорректно, у нас отобрали только американский адрес .org, поэтому сайт сейчас доступен по другим адресам. А где сейчас физически находятся серверы, лучше оставить в секрете. На самом деле в Америке серверов никогда не было. Сейчас сервер Front-end, который закрывает расположение настоящего сервера, находится на Сейшелах.
— Из-за проблем, которые ученые имеют с доступом к чужим статьям — в США, к примеру, уже вводятся требования выкладывать статьи через год после публикации в открытый доступ, — на днях 60 немецких библиотек объявили бойкот издательству Elsevier. Что будет дальше с научными публикациями?
— Думаю, журналов открытого доступа будет становиться все больше, и со временем они вытеснят закрытые издания. Не нравится мне то, что здесь отодвигается на второй план проблема копирайта. Лучшим вариантом был бы полный отказ от законов о копирайте: если кто-то распространяет в интернете научную или учебную информацию, то он не привлекался бы к ответственности. На мой личный взгляд, свободно в интернете должно распространяться все, включая кино.
— Вы против того, чтобы называть ваш сайт пиратским?
— Я не против называть наш сайт пиратским. Сейчас это слово стало означать свободное копирование и распространение в интернете информации. Ничего зазорного в этом нет.
— Из каких стран больше всего скачиваний? Из каких меньше всего?
— Больше всего — страны БРИКС: Бразилия, Индия и Китай. Вот лидеры статистики за вчерашний день: Китай (150 820), Иран (29 627), Индия (19 484), Индонезия (13 814), США (13 733), Россия (12 967), Бразилия (9859). Зимбабве тоже есть, кстати,
— Сайт приносит вам какую-то прибыль?
— Я точно могу сказать, что проект некоммерческий. Он сделан не ради выгоды. Кампании по сбору денег были направлены на покупку чего-то глобального, например сервера для зеркалирования всей базы статей. Сейчас хватает пожертвований, которые приходят сами по себе.
— Вы видите угрозы сайту в будущем — иски, баны?
— Конечно, теоретически проект при помощи государства можно загнать в глубокое подполье, при помощи тоталитарных методов. Совершенно закрыть его нельзя.
— Вы продолжаете заниматься нейронауками?
— Я делала диплом по нейрокомпьютерным интерфейсам и работала по этой теме в нескольких научных лабораториях в РАН, в Германии и в США, в Атланте. Но этой темой я давно не занимаюсь. Сейчас Sci-Hub лишь часть того, что меня интересует, — это обработка информации в сложных системах, текстах и прочее.
— Почему некоторое время назад, когда фонд «Династия» причисляли к иностранным агентам, в паблике Sci-Hub «ВКонтакте» вы банили людей, симпатизирующих фонду? Почему нельзя любить ваш проект и фонд «Династия»?
— По-моему, я так не ставила вопрос... Именно тогда у нас возник конфликт со сторонниками фонда «Династия» —
они начали нападать на меня и проект, и я решила принять какие-то меры.
Но насколько я помню, на тот момент в группе было 9 тыс. подписчиков, после этого осталось столько же. Дело в том, что скрывается информация, что этот фонд был связан с финансированием политической оппозиции, финансированием Навального, с подготовкой «майдана», и этот конфликт был не на пустом месте...
