Чиновник отметил, что ЕС не собирается вводить «объективный и честный» безвизовый режим с Турцией. Ранее о возможности прекращения действия соглашения с ЕС заявлял глава МИД Турции Мевлют Чавушоглу. По его словам, граждане Турции видят, что ЕС «пытается тянуть время», однако «терпение страны не безгранично». Он пообещал, что в случае, если ЕС не отменит визы, Турция предпримет шаги, предусмотренные соглашением о реадмиссии.
Речь идет о соглашении, которого Турция и ЕС достигли в 2016 году. Согласно этим договоренностям нелегальные мигранты с Ближнего Востока, прибывающие в ЕС через территорию Турции, но не получающие убежища, будут высылаться назад в Турцию. При этом за каждого высланного нелегала ЕС будет принимать одного беженца, уже зарегистрированного в Турции.
Соглашение также предусматривает выделение Евросоюзом средств на содержание беженцев в размере до €6 млрд. Однако пока было перечислено лишь $677 млн.
Частью сделки со стороны ЕС также было обещание введения безвизового режима для Турции в обмен на выполнение 72 условий, из которых пока выполнена лишь половина. Среди требований ЕС к Турции особенно отмечается необходимость доказать, что страна соблюдает права человека, а граждане имеют право на справедливый суд.
В этой сфере у Турции большие проблемы, ее упрекают в нарушениях свободы прессы и преследованиях журналистов. Один из них — гражданин Германии турецкого происхождения Дениз Юсел, задержанный в Турции по подозрению в террористической деятельности, стал предметом дипломатической перебранки Берлина и Анкары.
Именно на невыполнение соглашения в полном объеме указывают чиновники ЕС и не спешат выполнять условия сделки. Эксперт по Турции Дэвид Филлипс, автор книги «Неуверенный союзник: Турция под диктатурой Эрдогана», в интервью журналу Foreign Policy высказал мнение, что «сделка была мертворожденной», так как ЕС и не собирался давать Турции возможность безвизового въезда.
В свою очередь, турецкое правительство смогло «продать» соглашение своим гражданам, только посулив им безвизовый въезд в ЕС, так как внутри страны много тех, кто недоволен пребыванием в стране мигрантов.
В настоящее время в Турции есть несколько лагерей беженцев, где в общей сложности содержатся 815 тыс. человек, в основном бежавших из Сирии. Всего, по данным Анкары, на территории страны сейчас находятся около 3 млн бывших жителей Сирии. Турция утверждает, что потратила на их содержание более €7 млрд.
Европейский турецкоподданный
Эрдоган еще в начале своего правления провозгласил курс на интеграцию Турции в ЕС. В 2005 году страна начала официальный переговорный процесс на эту тему. Однако постепенно турецкий лидер начал охладевать к этой идее, как, впрочем, и большая часть турецкого общества. К 2015 году количество желающих вступить в ЕС сократилось с 75 до 20%.
Сегодня Эрдоган, как отмечает завсектором стратегических оценок Центра ситуационного анализа ИМЭМО Сергей Уткин, активно использует «рост напряжения» с ЕС для повышения собственной популярности. «Турецкий избиратель консолидируется вокруг него, видя давление со стороны Запада», — констатировал в разговоре с «Газетой.Ru» эксперт.
«Эрдогану в плане международной политики хотелось бы сформировать собственную, независимую от Запада, внешнеполитическую линию регионального лидера, — считает Уткин. — Но, вероятно, есть и опасения: при всех риторических баталиях Турция экономически тесно связана с ЕС и немало выигрывает от этих отношений».
При этом эксперт отмечает, что, хотя все стороны считают, что просчитывают риски, ситуация может выйти из-под контроля.
Премьер-министр Нидерландов Марк Рютте заявил, что турецкий лидер должен извиниться за свои высказывания. Он назвал провокационные высказывания «неприемлемыми». Пока извинений со стороны Турции не последовало.
Как отмечает Сергей Уткин, напряженность в отношениях между Турцией и ЕС «растет», однако накануне выборов в Нидерландах это «позитивно воспринимается большинством избирателей». В среду в Нидерландах проходят парламентские выборы, очки на которых набирает правонационалистическая Партия свободы. Ее лидер Герт Вилдерс построил свою кампанию на резкой антимусульманской риторике, находящей отклик у избирателей.
