Проблема 1. Без начала и конца
Временные рамки переговоров известны — с 25 по 29 января. Однако хватит ли этого времени для того, чтобы согласовать состав переговорщиков и начать обсуждения, неизвестно.
В понедельник госсекретарь США Джон Керри объявил, что ожидает по переговорщикам «ясности» в течение 24–48 часов. Пока это не нарушает регламент, описанный дипломатом ранее.
24 января специальный представитель генсека ООН по Сирии Стаффан де Мистура должен был выслать всем предполагаемым участникам приглашения. В понедельник должны были начаться «некоторые дискуссии». «Я бы сказал, что ко вторнику или среде люди начнут там собираться», — цитировало Керри агентство Reuters 21 января.
Проблема 2. Неизвестно, кто
В процессе участвуют более 20 сторон. Прежде всего это участники Международной группы поддержки Сирии (МГПС), которая с ноября 2015 года стала главной движущей силой по преодолению военного кризиса. В нее входят не только державы, оказывающие основное влияние на течение сирийских событий (Россия, США, ЕС, Турция, Саудовская Аравия и Иран). Членами МГПС также являются Китай, региональные игроки (например, ОАЭ, Египет и Ирак), а также международные организации (Лига арабских государств и ООН).
Однако главная сложность заключается в том, кто будет представлять в Женеве сирийскую оппозицию. Отсрочка переговоров, о которой говорил Керри в понедельник, связана с попытками окончательно согласовать состав оппозиционной делегации. Именно поэтому до начала женевского процесса ни МГПС, ни ООН не опубликовали список участников.
Проблема 3. Оппозиция размножается
В том, кто должен представлять интересы оппозиции, кроется ключевая сложность переговоров в Женеве. У всех крупных игроков свое видение, кто достоин войти в состав оппозиционной делегации. Пока предполагаемый глава оппозиционной делегации — Рияд Хиджаб, бывший премьер Сирии и глава антиасадовского Высшего комитета по переговорам.
Но не исключено, что в Женеве появятся две команды, представляющие силы, воюющие против режима президента Сирии Башара Асада. Первая будет отвечать в большей степени российским и иранским запросам, вторая — саудовским, турецким и западным.
В первую очередь могут возникнуть проблемы с участием Муслима. Он представляет курдскую оппозицию, против которой резко выступает турецкая сторона. Анкара с большой опаской следит за подъемом курдского национализма на юге Турции, поэтому всячески препятствует усилению международного влияния курдских организаций.
Премьер-министр Турции Ахмет Давутоглу на прошлой неделе заявил в Давосе, что Россия, выступая за подключение к женевским переговорам курдов, потворствует террористам. Москва парирует, что исключение из процесса курдских организаций, активно воюющих против запрещенного в России террористического «Исламского государства» (организация запрещена в России), отразится на всем процессе национального примирения.
Кремль, в свою очередь, протестует против подключения к переговорам ряда радикальных организаций, в том числе запрещенной в России «Джейш аль-Ислам» и «Ахрар аш-Шам». Их боевики обстреливали здания, принадлежавшие российской дипмиссии. Между тем Саудовская Аравия особенно активно поддерживала идею сделать главным переговорщиком Мухаммеда Аллуша, члена политбюро «Джейш аль-Ислам». Кстати, Аллуш на прошлых выходных уже заявил журналистам, что Джон Керри оказывает на сирийскую делегацию сильное давление, пытаясь усадить их за стол переговоров с представителями Дамаска.
Проблема 4. Саудиты против иранцев
Противоречия по Сирии между западными державами и Россией сохраняются примерно на одном и том же уровне с начала кризиса в 2014 году. США и их европейские партнеры хотят, чтобы президент Сирии Башар Асад ушел со своего поста и дамасское руководство на мирных переговорах представлял бы кто-то другой. Москва, напротив, считает уход лояльного себе Асада фактором, который может только усугубить сирийский конфликт.
В ноябре 2015 года Россия и США, видимо, окончательно достигли баланса интересов. Официальный представитель МИД РФ Мария Захарова в ноябре заявила радиостанции «Эхо Москвы», что Россия «никогда не говорила, что сохранение Асада является принципиальным моментом». Главное — это сохранение действующего режима в Дамаске. 18 декабря США согласились принять резолюцию Совбеза ООН по Сирии, из текста которой было исключено требование сместить Башара Асада с президентского поста.
Несмотря на уверения Эр-Рияда в обратном, западные дипломаты в январе утверждали, что саудовский МИД уже начал саботировать сирийские переговоры.
Суннитская Саудовская Аравия, с чьей территории ранее обильно финансировались боевики ИГ, сегодня выступает главным противником режима Башара Асада на Ближнем Востоке. Шиитский Иран между тем считается главным покровителем Асада, чей клан алавитов управляет Сирией почти 50 лет.
Проблема 5. Война
Боевые действия в Сирии продолжаются, и они по очевидным причинам могут сорвать дипломатический процесс в любой момент.
На данный момент, по информации ООН, в сирийском конфликте погибли более 250 тыс. человек.
22 января Джордж Сабра, председатель оппозиционного Сирийского национального совета и участник женевских переговоров, заявил журналистам, что делегация, в которой он состоит, не начнет диалог с Дамаском, пока на сирийской территории продолжаются бомбардировки ВКС России.
Кроме того, в конце января войска Асада добились самых крупных военных успехов со времени вступления российской авиации в сирийский конфликт. ВС Сирии заняли город Сальма (кстати, это один из самых популярных горных курортов в Сирии) плюс находящуюся неподалеку плотину и несколько деревень, получив стратегически выгодный район провинции Латакия, который позволяет развить наступление к границе с Турцией. Эти победы Дамаска также могут вызвать резкую реакцию оппозиции и сорвать женевские переговоры.
