Цивилизация
Шурховецкая родилась 17 декабря 1913 года Пятигорске. Ей пришлось видеть две революции — Февральскую и Октябрьскую — и две войны — Гражданскую и Великую Отечественную. И не только видеть, но и пережить: ее отец был активистом местной большевистской ячейки и устроителем подпольной типографии. При подходе белых ее семье чудом удалось бежать в Баку, обманув жандармов: отец напечатал членам семьи поддельные паспорта.
Училась Шурховецкая уже в Ростове — при тамошнем Театре драмы работал Государственный институт театрального искусства им. А.В. Луначарского. В составе курса через три года — как сказали бы позже, по распределению — попала в туркменский Ашхабад, где играла в Русском драматическом театре. Вернувшись в Ростов в середине 30-х, вошла в труппу местного ТЮЗа.
Среди однокурсников Шурховецкой был Виктор Некрасов — будущий диссидент, автор знаменитой книги «В окопах Сталинграда».
И, как и в прозе знаменитого писателя, война стала главной строчкой в биографии.
К началу Великой Отечественной она работала в Театре Красной армии Северо-Кавказского военного округа. Она и почти все ее сокурсники написали заявления об отправке на фронт, и почти всем им было отказано — исключением стал только Некрасов, обладавший ценной для фронта специальностью сапера. Театр был переведен на военное положение, а его артистам было поручено войти в состав фронтовых актерских бригад. Работать им было предписано на юге России, бывшем одним из самых жарких участков, так что бригада множество раз попадала под бомбежки. Работа их мало отличалась от службы тех, кто нес ее с оружием в руках. Причем часть артистов последовала за фронтом за рубежи СССР — Шурховецкой довелось побывать с фронтовыми концертами в Румынии и Болгарии.
За время войны Шурховецкая вместе со своими товарищами дали 3,2 тыс. концертов на линии фронта и в госпиталях, выступая по три-четыре раза за день. Как рассказывала Шурховецкая автору ростовской редакции «АиФ» в интервью, посвященном своему столетию, зачастую врачи госпиталей обращались к артисткам за помощью из-за нехватки медсестер — и
после артистической вахты участники фронтовых бригад перевязывали и мыли раненых.
При этом о себе самих часто не хватало времени позаботиться: Шурховецкая признавалась, что во время одной из «гастролей» в Астраханской области перенесла на ногах малярию. Уже после войны, в 1948 году, она перешла на работу в Ростовский театр драмы, затем — в Ростовский театр комедии.
Удивительно, что при изумительных внешних данных и огромной энергии Шурховецкой почти не предлагали киноролей. В 1967 году она сыграла кассиршу в картине «Дай лапу, друг» по сценарию Юрия Германа. В Театре Красной армии СКВО играла в спектаклях «Полководец Суворов», «Порт-Артур», «Под каштанами Праги», «Надежда Дурова» — за роль в последнем еще на фронте удостоилась похвалы маршала Толбухина. «Вот бы мне такого гусара», — воскликнул военачальник прямо на спектакле.
В Ростовском театре комедии и Ростовском театре драмы — пани Завальску в «Сверчке Тадеуша Кожушника, Бабушку в «Я, бабушка, Илико и Илларион» Нодара Думбадзе, Гертруду в «Гамлете».
При этом героине войны долго пришлось доказывать, что она является участником Великой Отечественной, чтобы получить прибавку к пенсии:
архив театра сгорел еще во время войны, а афиши, фотографии и другие свидетельства деятельности артистки-фронтовички на благо родины на сотрудников собеса впечатления не производили: «Вы мне справку, документ принесите», — слышала актриса в органах социальной защиты. Уже в наше время Шурховецкая подала запрос в архив Минобороны в Подольске, в ответ на который ей прислали нужный документ.
Свое столетие актриса, по свидетельству навестившего ее в 2013 году корреспондента «АиФ», встречала в беседах с подругами по телефону и ежеутренним кофе с коньяком. Проститься с ветераном сцены можно будет 29 мая, рассказали ТАСС в пресс-службе ростовского СТД.
