На проходящем в Перми фестивале искусств «Белые ночи» были закрыты три выставки: «Welcome! Sochi 2014» красноярского художника Василия Слонова, иронизировавшая над символами сочинской Олимпиады, открывшаяся на её месте экспозиция художественной группы из Израиля «Новый Барбизон», участницы которой выразили поддержку Слонову, а также выставка Сергея Каменного «Российское барокко», творчески переосмыслившая фотографии московских уличных протестов. Кроме того, под угрозой отмены оказался проект «Оккупай Пермь» — городской лагерь для арт-активистов. «Газета.Ru» попросила рассказать о происходящем в уральской культурной столице директора по развитию, сооснователя «Белых ночей» Марата Гельмана (признан в РФ иностранным агентом, внесен перечень террористов и экстремистов Росфинмониторинга) и ключевого участника «Оккупай Перми», основателя «Монстраций» художника Артема Лоскутова.
Марат Гельман
— А как вы видите ситуацию, сложившуюся в Перми во время этих «Белых ночей»? — Объективно говоря, происходит наезд на губернатора [Виктора Басаргина] со стороны некоторых политиков, которые хотят его снять, может быть, хотят на его место. Инициаторами конфликта выступили два депутата Госдумы — Алексей Пушков и Григорий Куранов — и сенатор от Пермского края Андрей Климов. Они начали атаку на Басаргина в местной прессе. Гельмана не ругают — ругают губернатора за то, что он допустил такое.
К сожалению, наша новая администрация губернатора не привыкла к «наездам» и реагирует на них абсолютно неадекватно — на них давят, а они начинают закрывать выставки. Сначала одну, потом вторую, потом третью — и это уже странная ситуация.
— Каковы ваши действия? — Я сочувствую губернатору, но не могу согласиться на то, чтобы закрывали выставки, потому что нет ничего хуже для искусства, чем цензура. Поэтому мы их открываем, несмотря ни на что. И настаиваем: если власти хотят, чтобы Пермский культурный проект продолжался, то все культурные инциденты должны быть прекращены, а из всей истории должен быть извлечен урок — закрывать выставки хуже всего.
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"click": "on",
"id": "4581037",
"incutNum": 3,
"repl": "<3>:{{incut3()}}",
"uid": "_uid_5375501_i_3"
}
— А сам фестиваль «Белые ночи» не под угрозой? — Не хотелось бы заранее говорить. Если выставки откроются и все будет нормально — значит, власти этот урок восприняли и всё продолжается. Если нет… Вы знаете, вторую выставку — «Новый Барбизон» — закрыли только из-за того, что девушки из этой группы повесили объявление о солидарности с Василием Слоновым. И если они после повторного открытия этих выставок начнут принимать какие-то меры, остальные участники фестиваля теоретически также могут выступить в защиту Слонова.
— Вам эта ситуация не напоминает историю с выставками «Родина» или «Icons», которые отменяли, переносили, пикетировали? — Здесь это всё выглядит по-другому. Там была инициатива местных властей, и мы были предметом наезда — то есть наезжали на нас. А здесь мы — инструмент наезда, то есть с помощью художника Слонова пытаются наехать на губернатора Басаргина. А в целом рецидивы «нельзя-мышления» похожи. Здесь даже шутят, что надо внести изменения в закон о чувствах верующих — чтобы было официально запрещено оскорблять чувства верующих в Олимпиаду.
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"incutNum": 2,
"picsrc": "Артем Лоскутов",
"repl": "<2>:{{incut2()}}",
"uid": "_uid_5375501_i_2"
}
— Это должно было напоминать прошлогодний московский «Оккупай Абай»? — Конечно, нет. По системе организации учрежденный фестивалем лагерь со своими часами работы и внутренним распорядком — это, конечно, совсем не похоже ни на то, что в мае прошлого года было в Москве, ни на то, что в поддержку «Абая» происходило в Новосибирске. Мы, собственно говоря, должны были прочитать лекцию об «Оккупае» и «Монстрации», а также развешать вокруг лагеря лозунги — в духе «Монстрации» же, которые собирались придумать и сделать вместе с пермскими арт-активистами. Политических манифестаций там тоже не должно было быть — по закону на такие мероприятия нужно отдельное разрешение; да мы на политику и не претендовали. Так что спасибо пермским чиновникам, материал для высказывания предоставили.
— Подождите, и вам запретили? — Нам позвонили из Перми и сообщили, что на фестивале начались глобальные разборки, что власть недовольна и требуют закрыть «выставку этого уголовника» (на Лоскутова завели несколько административных и уголовных дел за производство футболок в поддержку Pussy Riot, на которых был изображен лик обобщенного святого в балаклаве. - «Газета.Ru»). А потом рассказали историю с закрытием «олимпийской» выставки Василия Слонова, и тут уже стало ясно, что положение серьезное.
— А в ваших лозунгах было что-то противозаконное? — Послушайте, лозунги, которые мы придумали, можно и в городской среде вешать, как паблик-арт, и в музее выставлять — в них нет ничего противозаконного.
— Где пройдет «Оккупай Пермь» в результате? — Марат Гельман пообещал перенести все закрытые выставки, в том числе и наш проект, в возглавляемый им музей PERMM и на независимые площадки. У нас есть еще время.
— Вы обескуражены сложившейся ситуацией? — Нет, что вы. Мы перед отъездом думали, что не может мероприятие со словом «Оккупай» в названии пройти без сучка и задоринки, без сопротивления со стороны региональной власти. И если оно пройдет гладко, то оно будет искусственным, спущенным сверху, ненастоящим. То, что произошло с этим проектом еще до того, как он начался, вернуло все в русло настоящей жизни. Как-то все правильно очень получилось.
— Региональные власти вашего родного Новосибирска в свое время тоже отметились... — Да, но интересно, что выставку Слонова никто не трогал! Она совершенно спокойно висела в Сибирском центре современного искусства. Были пикеты против Пикассо, закрывали выставку Марата Гельмана «Родина», но Слонова не трогали. Но в каждом регионе у власти, видимо, свои предпочтения.
