Пенсионный советник

Кто убивает нас сильней

Сериал «Жизнь и судьба» на телеканале «Россия 1»

Дмитрий Черемнов 12.10.2012, 13:00
__is_photorep_included4809805: 1

Телеканал «Россия» в воскресенье начинает показ сериала «Жизнь и судьба», снятого Сергеем Урсуляком по одноименному роману Василия Гроссмана.

В Сталинграде идут бои: советские войска вытянулись в тонкую линию на берегу Волги, им противостоит немецкая 6-я армия. В одном из зданий держит оборону отряд «управдома» капитана Грекова (Сергей Пускепалис): отбивает постоянные атаки немцев, корректирует артиллерию, стоящую за рекой, и оставлять выгодную позицию не намеревается. На участок дивизии, которой подчиняется отряд Грекова, прибывает комиссар Крымов (Александр Балуев) — он встречается со снайперами, слушает рассказы об убитых врагах и собирается попасть в героический дом.

Женя Шапошникова (Полина Агуреева), бывшая жена Крымова, пытается устроиться в эвакуации в Куйбышеве: она уже работает в конструкторском бюро чертежницей, одна из улиц этого города названа в честь её отца, но получить прописку не может из-за бюрократов, и помогает ей только вмешательство высокого партийного начальства. Влюбленный в Женю полковник Новиков (Евгений Дятлов) принимает танковый корпус, которому предстоит сражаться под Сталинградом.

Людмила (Лика Нифонтова), сестра Жени, замужем за талантливым физиком Штрумом (Сергей Маковецкий) — они тоже в эвакуации, в Казани;

Штрум работает над теорией ядерного распада, ждет письма от оставшейся на оккупированной территории матери-еврейки и злится, что не может объяснить полученные в эксперименте данные.

Впрочем, новая теория у него сложится: после околополитического разговора по дороге домой на пустынной улице он найдет верное решение. А сын Людмилы от первого брака молодой лейтенант Толя Штрум (Никита Тезин) воюет в Сталинграде и попадает в отряд Грекова — ему предстоит научиться специфике городского боя, когда враг совсем рядом, а убийство превращается в обычную работу. И влюбиться.

Сергей Урсуляк, режиссер «Ликвидации» и «Исаева», снял двенадцатисерийный фильм «Жизнь и судьба» по одноименной книге Василия Гроссмана — показ этого сериала в воскресенье, 14 октября, начнется на телеканале «Россия».

Сталинградская эпопея Гроссмана — попытка писателя сделать новую «Войну и мир» на примере ключевого сражения огромной войны; писатель сам прошел через сталинградский ад как военный корреспондент и описал в книге свои переживания от увиденного. Но только батальными сценами Гроссман не ограничился: по всей воюющей стране он собрал когорту главных героев и соткал сюжет из их разговоров, диалогов и внутренних монологов, в которые вложил своё отношение к тому, что происходило в СССР за пятнадцать-двадцать лет до написания романа. Отношение очень жесткое: тоталитарный Союз у него тождествен тоталитарной Германии, поголовные репрессии обескровили страну перед самой войной, а наверх вылезла всякая шваль. События книги происходят вокруг семьи Шапошниковых и всех, кто её окружает: мужей, детей и любовников трех сестер, знакомых, знакомых знакомых, коллег, подчиненных, начальников и просто случайных попутчиков.

Эпопея состоит из двух частей. Первая книга — «За правое дело» — была опубликована еще при жизни Сталина и рассказывает предысторию: что за семья Шапошниковых, как её члены связаны с другими героями и, разумеется как немцы дошли до Сталинграда.

«Жизнь и судьба» начинается там, где заканчивается «За правое дело».

Но судьба у этих книг получилась очень разная, и, несмотря на сквозных героев, два тома, по сути, стали отдельными произведениями. Первая часть, по которой огнем и мечом прошлась цензура, получилась более официозной, а «Жизнь и судьба» добралась до читателя лишь через много лет после смерти Гроссмана.

Возможно, всё у «Жизни и судьбы» могло сложиться иначе, случись у романа свой Твардовский: как раз в начале 60-х, когда шли обыски у Гроссмана, а Политбюро конфисковало рукопись его романа, главный редактор «Нового мира» сумел добиться от тех же членов ЦК разрешения на публикацию повести начинающего писателя Александра Солженицына «Один день Ивана Денисовича». В итоге именно Солженицын стал проповедником нового понимания советской истории.

Роман Гроссмана свою долю славы получил, но много позже положенного срока. Спустя три года после запрета, в 1964 году, писатель скончался, уверенный, что книга если и будет напечатана, то лет через 200—300, как уверял его главный советский идеолог Суслов. Впрочем, прогноз главного цензора не сбылся: уцелели две копии — позже их вывезли их на Запад и издали в 1980 году в Швейцарии.

На родину «Жизнь и судьба» вернулась в конце 80-х, во время перестройки и на закате СССР.

А пару лет назад она даже стала бестселлером в Англии благодаря радиоспектаклю «Би-би-си».

Экранизировать даже одну часть книги, действие которой происходит в десятке различных мест, от гитлеровских концлагерей до колымских подразделений ГУЛАГа, от Сталинграда до Москвы, а количество только поименованных героев приближается к сотне, — дело практически безнадежное. В своё время Сергей Бондарчук потратил шесть лет на семичасовую «Войну и мир», а сколько она стоила денег, не знает никто.

У Сергея Урсуляка, одного из лучших современных телевизионных режиссеров, возможностей и ресурсов Бондарчука-старшего, очевидно, не было, и он не стал замахиваться на то, чтобы дословно перенести «Жизнь и судьбу» на экран. Сценарий сериала написал Эдуард Володарский, который не дожил до премьеры «Жизни и судьбы» всего несколько дней.

Сериал создавался накануне 70-летней годовщины начала Сталинградской битвы: в ноябре 1942 года началось контрнаступление советских войск, а 2 февраля 1943 окруженная группировка фельдмаршала Паулюса капитулировала. Эти даты и определили, что в сериале заботливо сохранены все сталинградские военные эпизоды романа:

передний край, под постоянным обстрелом идет обычная для войны жизнь, с осетром, удачно выброшенным из воды прямо на полковую кухню, и простыми солдатскими радостями вроде нескольких часов сна.

Смерть всегда рядом, и голову высоко поднимать не стоит. Описание обороны «Дома Грекова» у Урсуляка и Володарского оказалось шире, чем у Гроссмана: то, что в романе умещалось в пару фраз, в сериале превратилось в большое батальное полотно, а сам Греков стал харизматичным лидером отряда героев. По рассказам создателей картины, под Ярославлем разрушенный Сталинград был создан заново, а над спецэффектами работала целая команда специалистов.

Но главной линией сюжета стала борьба физика Штрума с властью и самим собой — она обещает быть жесткой и бескомпромиссной.

В романе интеллигент эту борьбу проиграет: его проблемы решит своеобразный бог из машины — звонок Сталина, а в финале Штрум окончательно перейдет на сторону своих врагов-бюрократов. Образ физика, кстати, едва ли не самый сильный в сериале: Маковецкий своей игрой рассказал больше, чем вошло в сценарий. Впрочем, Урсуляку удалось собрать довольно сильный ансамбль: с Агуреевой и Маковецким он уже работал на «Ликвидации» и «Исаеве», остальные роли исполнили не менее востребованные актеры.

В сериал уместились еще пара сюжетов из книги — это любовный треугольник Крымова, Жени Шапошниковой и Новикова, у каждого из которых вроде бы своя жизнь. Свой треугольник ждет и Штрума — жену его коллеги Марью Соколову сыграет Анна Михалкова.

Конечно, снимать военный фильм специально к дате, может быть, и не стоило: Сталинградская битва представлена в кинематографе довольно обширно:

был абсолютно «сталинистский» фильм Владимира Петрова 1949 года, двухсерийный «Сталинград» Юрия Озерова. Были и «Солдаты» по книге Виктора Некрасова «В окопах Сталинграда», и «Они сражались за родину» Сергея Бондарчука, и «Горячий снег» по Юрию Бондареву. Был даже немецкий «Сталинград» и голливудский «Враг у ворот». Готовится к выходу и новый отечественный кинопроект, посвященный круглой дате: в следующем году выйдет полнометражный «Сталинград» Федора Бондарчука — в форматах 3D и IMAX со звуком от звукооператоров «Властелина колец».

Но Урсуляк вместе с телеканалом «Россия» решают не только формально-мемориальную задачу.

Сталинградское преодоление (как и Победа вообще) — один из немногих мотивов отечественной истории, объединяющих российскую нацию, одна из тех основ, на которых может строиться фундамент национальной идеи, поисками которой власть озабочена сейчас. Другое дело, что книга Гроссмана не совсем тот фундамент, на котором строительство такой идеи в принципе возможно. Его книга — о столкновении двух тоталитарных молохов, двух смертоубийственных государственных машин, об их вмешательстве в судьбы простых людей. Из следующих серий станет ясно, остались ли в сериале сцены в лагерях — колымском и Аушвице — или хотя бы разговоры, что вели между собой заключенные этих лагерей. И тогда станет понятно, какую задачу взялись решать авторы — горделиво напомнить о великой народной виктории или подбросить дров в снова занявшийся огонь дискуссии о том, почему ее вообще пришлось одерживать и какой ценой она досталась.

Впрочем, одна задача решена точно: писатель Василий Гроссман, чьи книги отсутствуют на полках российских книжных магазинов и в школьной программе, хотя бы на время окажется в центре внимания всей страны, которого он оказался трагически лишен при жизни.