Цивилизация
В 1972 году, незадолго до выборов, по результатам которых Ричард Никсон был избран на второй срок, в штабе демократической партии застукали устанавливающих прослушивающие устройства незнакомцев. В том, что заказчик — Никсон, мало кто сомневался, и, хотя прямые доказательства отсутствовали, по прошествии двух лет президент вынужденно ушел в отставку. Случай вошел в американскую историю как Уотергейтский скандал, а через несколько лет президент в изгнании согласился дать серию интервью британскому шоумену Дэвиду Фросту в надежде реабилитироваться и вернуться в политику. Интервью и стали основой для пьесы Питера Моргана, сначала год просуществовавшей в виде спектакля, а затем экранизированной с теми же актерами: Фрэнком Лангеллой (за своего Никсона он получил премию «Тони») и Майклом Шином в роли Дэвида Фроста.
Подобный сюжет, кажется, создан для Джорджа Клуни.
По крайней мере, в его режиссерской фильмографии, включающей схожую историю журналистского разоблачения сенатора Маккарти «Доброй ночи и удачи» и экранизацию мемуаров ведущего популярных телешоу Чака Берриса «Признания опасного человека», «Фрост против Никсона» смотрелся бы логично. Глядя развлекательные ток-шоу, мы все реже об этом вспоминаем, но телевидение, как бы пафосно это ни звучало, должно помогать пусть не узнать правду, а хотя бы получить возможность заглянуть чуть глубже и сформулировать собственные вопросы. Вероятно, именно так выглядел бы «Фрост против Никсона», если бы его снимал Клуни.
Но из вереницы режиссеров, выразивших желание экранизировать пьесу, — Скорцезе, Мендеса, Клуни — продюсеры предпочли самого, на первый взгляд, неподходящего человека: автора «Игр разума», «Аполло-13» и устрашающего «Кода да Винчи» Рона Ховарда.
И это сработало. Если у кого-то есть сомнения в том, что длиннющая политическая разговорная драма может оказаться захватывающей, как детектив, «Фрост против Никсона» запросто докажет обратное. Два часа пролетают как несколько минут, хотя в фильме мало что происходит: вот сгорбленный хитрюга Никсон играет на фортепьяно, вот Фрост, обычно такой самонадеянный, сидит в гостиничном номере, охваченный ужасом. Вот, наконец, отрывки интервью: Фрост натужно улыбается, Никсон шутливо отделывается от опасных вопросов...
«Фрост против Никсона» Ховарда — это дуэль: интеллектуальная, эффектная, напряженная.
С одной стороны, битва двух личностей, людей из разных миров, которым вроде не о чем говорить, но, как ни странно, эти двое вдруг находят общий язык. С другой стороны — не Фрост сражается, а само телевидение, и не против Никсона, а против самого обычного человека, ведь ничто так не умеет переворачивать смысл сказанного, как нужный ракурс. И ничто не служит лучшим доказательством, чем наглая уверенная улыбка.
Не имеющий столь ярой общественно-политической позиции, как Клуни, Ховард не сваливается в пафос, он выступает над схваткой, как арбитр, способный зафиксировать и дурость противного журналюги, и злобу бывшего президента. Да, Ховард, подобно своему герою журналисту, преследует не самые доблестные цели: он просто хочет сделать удачное профессиональное шоу, а вовсе не докопаться до правды. Но, может, именно поэтому ему, как и Фросту, удается выйти победителем.
