Цивилизация
«Я что, уже в раю?» — спрашивает полусонная конопатая пассажирка машины, только что пропахавшей стену скромного жилища Фрэнка Мартина, также известного как Перевозчик. Вопрос не то чтобы праздный, но, скорее, все же риторический. Через пять секунд Фрэнка вырубят неизвестные негодяи, через десять он очнется в незнакомой хайтековой комнате с модным браслетом на руке. Такой же только что взорвал его коллегу, сидевшего за рулем машины с веснушчатым чудом на заднем сиденье. Теперь по воле враждебно настроенных господ он не может отходить от машины дальше, чем на двадцать пять метров, если не хочет стать фейерверком. Его грузом станет, собственно, пассажирка — Валентина, дочка украинского министра, почему-то противящегося сливу в Черное море опасных химикатов. Ее он и будет перевозить, отбиваясь от бандитов, из Марселя в Одессу с остановками в Штутгарте и Будапеште.
По дороге Фрэнк и Валентина успеют поговорить о наркотиках, загадочной русской душе и отличии ее от украинской и влюбиться друг в друга по уши.
Вопрос, почему малолетнюю удолбанную оторву нельзя было просто по-тихому похитить с дискотеки на Ибице, посадить в труднодоступном месте и угрюмо требовать выкупа, оставим на совести сценаристов. Тем более что вопрос про рай, с которого мы начали, куда важнее. С момента выхода первого «Перевозчика» прошло всего пять лет. За эти пять лет лысый череп Джейсона Стэтхема стал для львиной доли киноманок таким же гарантом земного рая, каким раньше была аналогичная часть тела Брюса Уиллиса. «Перевозчик» стал первой главной ролью Стэтхема, и поверить, что виной тому очередная продюсерская блажь Люка Бессона, все так же сложно, как и пять лет назад.
Третья часть практически полностью следует заложенному и отточенному первыми двумя фильмами канону.
Небольшой бюджет, второстепенный сценарий, дающий максимум простора для погонь, трюков и драк плюс звериная невозмутимость Стэтхема неизменно обеспечивали франшизе отличную прокатную судьбу. Режиссер со смешной фамилией Мегатон, впрочем, объясняет, что пытался раскрыть характер, показать чувства и эмоции героя, но в одном взгляде, которым Фрэнк удостаивает нежелательных заказчиков, содержится больше этого самого (признаемся, весьма сильного и очевидного) чувства, чем во всей романтической линии. Попытки показать героя вне мордобития, скорее, мешают. Вот Фрэнк со своим другом комиссаром Таркони ловит рыбу. Вот доедает остывающую пиццу… В этих сценах Фрэнк дает такой европейской буржуазности, которая не очень вяжется с образом бывшего морпеха и действительного криминального курьера.
В конце концов, прелесть прошлых фильмов была именно что в почти примитивной интриге и удивительной мимике Стэтхема, который без лишних слов, одними глазами умеет объяснить, где он все происходящее видал и прочие необходимые для понимания характера персонажа переживания.
Однако неуклюжие попытки разнообразить сюжет политическими интригами и «углублением характера» не позволили забыть о главном. Или не дал забыть об этом неизменный постановщик трюков всех «Перевозчиков» Кори Йен. Хронометраж фильма увеличился на целых полчаса (два вместо полутора), и большую часть этого времени полюбившийся герой мочит ногами и руками по каким-то причинам забывших о пушках противников. Кроме того, он водит так, как лучше в обычных условиях не пробовать, и время от времени что-нибудь взрывает. Хотя некоторые бои почти цитируют схватки из первой и второй части, они все так же динамичны и изобретательны. От них все еще по-честному захватывает дух. В драки, впрочем, тоже просочилась доза обидной вальяжности — все это уже и герою, и зрителю знакомо от начала до исхода и граничит с памятными боями, простите, Джеки Чана. Но кто, в конце концов, ждет от редкого в наше время образца чистого боевика откровений?
Глядя на все это, хочется верить, что Бессон не будет продолжать доить успешный, но уже несколько истощенный сериал. Понятно, что при минимуме бюджета он дает первые места в бокс-офисе, но надо же и честь знать. Пока же немного жалко в этой истории только собственно Джейсона Стэтхема. После просмотра бэкграундом эйфории от увиденного зубодробительного боевого балета маячит горьковатое чувство, что актер может так и остаться мастером помахать ногами и послать в нужном направлении движением глаз, хотя, если вспомнить трехлетней давности «Револьвер», понимаешь, что драматических талантов у мужчины хватит на большее. Да и на роль доктора Ватсона Гай Ричи его, несмотря на слухи, так и не взял.
