Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Правда-мать или «ложь во благо»

17.09.2014, 13:47

Александр Ткачев о мифотворчестве в хоккее

Восьмого сентября в городе Ванкувере произошло событие неслыханное. Родными канадскими болельщиками была освистана сборная Канады по хоккею. Случилось это, правда, уже довольно давно. В эти дни исполняется 42 года самой первой хоккейной Суперсерии, ставшей легендой еще по ходу проведения.

Если представить себе советскую и канадскую школы хоккея как две космических цивилизации, то эта встреча стала эдаким ключевым событием в развитии, скачком в эволюции. До этого, конечно, и те, и другие обнаруживали себе подобных где-то тут и там, но встретить действительно равного себе по классу соперника им не доводилось…

Восемь матчей, по четыре в Канаде и СССР. Почти полное незнание соперника с обеих сторон. Массовый ажиотаж, переходящий в истерию. Интерес первых лиц обеих стран… Истории о том, как мы их там, на канадской земле, и как потом они нас еще больнее уже у нас дома, хватает. Есть книги и фильмы, в том числе созданные непосредственными участниками Суперсерии.

Другое дело, что само слово «легенда» можно воспринимать весьма по-разному. И стоит разделять легенды и вранье, которое можно для красоты назвать «мифотворчеством».

Легендарное событие — не выдумка, а некое выдающееся из ряда вон происшествие (обычно позитивного толка). А мифотворчество практически всегда искажение исторической правды, подмена реальных фактов удобной и красивой версией.

Причины, по которым мифы творятся в спорте, почти столь же разнообразны, как и причины того, зачем люди вообще врут. Но главное — понимать, что являющееся нормой для художественного произведения никак не может считаться приемлемым для официальных заявлений и документов.

Раскрученный фильм «Легенда №17», частично пересекающийся с той самой Суперсерией, местами похож на правду, как телепузики на реальных детей. Сценаристы даже умудрились вообще выкинуть из истории Аркадия Чернышева. Но ключевой нюанс здесь — это художественный фильм, а потому авторы не обязаны ставить во главу угла историческую правду.

А вот пример мифотворчества, как раз связанного напрямую с Суперсерией. Две победы советских хоккеистов за океаном и три поражения дома. Итоговая победа в серии за канадцами: четыре победы против трех при одной ничьей. Впрочем, в Советском Союзе о поражении говорить было запрещено. Историю о том, как с самого верха пришло распоряжение, повелевающее правильно освещать итоги серии, рассказывал мне один из моих учителей — Дмитрий Рыжков.

Указание было простым и незатейливым — упоминать о поражении в серии нельзя вообще никак. Мозговой штурм в ситуации, когда писать-то все равно необходимо, породил на свет вариант — мы их победили… по шайбам.

Разница шайб действительно в серии была за сборной СССР, другое дело, что к исходу серии это не имело никакого отношения. Но варианта не выполнить указание с самого верха просто не существовало.

Принято считать, что корни у стремления найти оправдание нашим спортивным неудачам идут от реальной угрозы проигравшим со стороны власть предержащих, ведь представителям советского строя ну никак нельзя проигрывать. А потому стали появляться рассказы про вечно злых на нас судей, нехороших организаторов и всякие проблемы на площадке из серии «газон неровный» — «лед не скользкий» (причем всегда исключительно на нашей половине поля).

Ситуация эта привычная настолько, что многие даже и не считают это проблемой, отписывая все в категорию «ложь во благо», категорию сколь популярную, столь и неоднозначную. Представляется, что ложь врача неизлечимому пациенту, считающаяся хрестоматийным примером «хорошей лжи», едва ли подходит к выдумкам про причины спортивных неудач.

Но вопрос, собственно, в том, куда приводит это вранье, создает ли оно затем самим «мифотворцам» проблемы? Или, с другой стороны, нужна ли правда, ведущая к неприятностям разного рода в подобных ситуациях?

Вымученная победа в Суперсерии стала для канадцев одним из краеугольных камней, позволивших осознать необходимость интеграции с европейским хоккеем, улучшения методик и технологий подготовки национальных команд, использования научно-технического прогресса для нужд спорта. Другими щелчками по носу были выигранные сборной СССР Кубок Канады-81 и Кубок Вызова-79 с уничтожением боумэновской сборной 6:0.

В постсоветские времена, когда отечественный хоккей перестал быть главным соперником для канадцев, еще одним толчком к правде для кленового хоккея стало поражение от США в Кубке мира — 96.

В каждом из этих случаев следовал «разбор полетов», безусловная «головомойка» в прессе и т.д. Но признание собственных ошибок позволяло искать, причем не откладывая на будущее, пути к совершенствованию.

И нынешние три канадских золота за четыре олимпийских цикла нового века вовсе не случайны. Родоначальники хоккея прошли от канадской и чуть-чуть американской к безоговорочно сильнейшей хоккейной лиге планеты, зарабатывающей миллиарды в год. Канадцы отслеживают при подготовке сборной по видео все, малейшие нюансы тактики соперников, особенности каждого полевого и техники вратаря, знают даже нюансы характера.

Стиснув зубы, учатся у американцев, как работать с молодежью, ведь американская система за полтора десятилетия доказала свое превосходство.

Кстати, та система — тоже отличный пример нашего мифотворчества. Когда первое лицо отечественного хоккея говорит, что вот американцы тут придумали кое-что и надо посмотреть, а придумано это больше полутора десятилетий тому… Или от того же лица тезис на другую тему: победой на домашнем чемпионате мира в 2016-м мы исправим олимпийскую неудачу в Сочи.

Подозревать главного по хоккею, причем великого в прошлом хоккеиста, в некомпетентности не хотелось бы. А значит, все сказанное имеет некую цель, некоего адресата, несет некую задачу. Вероятно, тут вновь «ложь во благо», как бы даже с благородной целью. Но плюсы этого процесса чаще всего кажущиеся и практически никогда не долгосрочные. Правда имеет обычай рано или поздно выбираться наружу. Хотя, конечно, на «короткой дистанции» это помогает сохранять должности и материальные блага, а что там и когда будет дальше, так еще во времена Людовиков XV и XVI объясняли.

Не каждый, наверное, поверит, но у некоторых хоккейных чиновников до сих пор сохранился тезис «Мы же научили их играть в хоккей!».

Теперь он применяется, когда нас обыгрывает кто-то европейский, и тут мы как бы очень возмущены — да кто это вообще, да что это за… Даже забывая, что научили мы в Европе, мягко говоря, не всех, десятилетия, когда наша тренерская школа несла хоккейное просвещение, сгинули вместе с советским хоккеем. Но мифотворческий тезис остался.

Понятно, что хоккейному миру за пределами 1/6 части суши не требовалось объяснений по матчу сборных России и США в Сочи. Не требовалось потому, что решения арбитров исчерпывающе описывались правилами ИИХФ. Но мы раздули скандал, достойный упоминания другой Олимпиады с тем же соперником, Лейк-Плэсид-80. Рассказ о том, как плохо с нами обходились организаторы, плюс туманные намеки, что их студенты, мол, и не студенты ни фига.

Именно эти два мифотворческих факта в основном оседают в памяти простого болельщика. И дело даже не в том, что американцы и правда были в подавляющем большинстве студентами, а в том, что победа над сборной СССР была для них уже пятой на турнире. И еще нужно было выиграть у финнов, чтобы материализовать свое чудо на льду.

Реальный интерес первых лиц государства к хоккею в последние годы подарил небывалое даже по советским меркам финансовое благополучие. Золотой дождь, к сожалению, почти не просочился на уровень детско-юношеского хоккея, но позволяет замечательно чувствовать себя КХЛ и институту первой сборной.

И вероятно, именно этим объясняется нынешнее хоккейное мифотворчество. Когда на уровне федерации создается миф, что чемпионат мира и даже хоккейное «первенство водокачки» — Евротур тоже вполне себе сопоставимые турниры.

КХЛ же — лучшая из отечественных спортивных лиг практически по всем профессиональным вопросам. Но и у нее мифотворчество в крови. Дело даже не в эдиповом комплексе относительно НХЛ. Декларируя свой профессиональный статус, КХЛ забывает предоставить действительно равные условия для всех участников, что убивает соревновательность и ставит под сомнение сам термин «профессиональный». Допуская десятикратную разницу в бюджете между бедными и богатыми, лига по факту занимается обслуживанием интересов клубов-олигархов.

Привычка к мифотворчеству — одна из наиболее укоренившихся у отечественного спортивного чиновника, который с ходу объяснит, почему иногда нужно говорить именно так, а не иначе. Ну а потом, чтобы объяснить один тезис, нужно придумывать и притягивать другой и так далее. Главное — «искренне верить», что все это во благо…

Хотя действительно правильный ответ на данный вопрос сформулирован давным-давно Марком Твеном: «Если вы говорите правду, то не придется ничего запоминать».

Болейте на здоровье!