Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Слишком много безопасности

19.07.2013, 09:50

Семен Новопрудский о том, что государству не следует настолько яро защищать своих граждан

В московском метро строгий мужской голос с почти левитановской интонацией — «от советского информбюро» — постоянно сообщает о проверке документов и досмотре граждан полицией. Просит относиться с пониманием. В конце произносит эффектную фразу, практически рекламный слоган: «Слишком много безопасности не бывает». Скромный очкарик Эрик Сноуден доказал, что безопасности как раз бывает слишком много. А виноваты в этом государства, которые под благовидным предлогом борьбы за сохранение жизни граждан готовы превратить нас в участников нескончаемой воображаемой контртеррористической операции.

Сноуден поставил Россию и лично Владимира Путина в положение, которое можно описать замечательным театральным анекдотом: «Роман Виктюк поставил «Дядю Ваню». Так дядю Ваню не ставил еще никто». С одной стороны, нам чертовски хочется дать политическое убежище, гражданство России и даже представить к государственной награде человека, который нагадил нашему «главному врагу», рассекретил страшные тайны ЦРУ. Оказывается, спецслужбы подслушивают, а мы-то и не знали… С другой стороны (и дело тут даже не в маловероятном бойкоте США Олимпиады в Сочи или расширении «списка Магнитского» на ближайшее окружение российского лидера), Сноуден совершил самое ужасное, с точки зрения представлений о мире российского лидера, преступление. Полковник КГБ прекрасно понимает, что такое предать ЦРУ. Добро бы Сноуден просто героически шпионил (то есть, простите, разведывал) в пользу России, а так — просто слил в прессу пошлые корпоративные секреты.

«Межгосударственные отношения важнее, чем дрязги спецслужб», а «любая деятельность, связанная с нанесением ущерба РФ и США, для Кремля неприемлема», совершенно справедливо заметил Путин, комментируя дело Сноудена. Эти слова не означают, что Россия вдруг выдаст юношу США или, напротив, сделает его депутатом Государственной думы, как какого-нибудь Андрея Лугового. Однако Сноуден напомнил нам, что борьба государств за безопасность (эти самые дрязги спецслужб) остается одним из главных источников опасности для обычных людей и стабильности в мире.

Для России такое напоминание особенно актуально: по меньшей мере со времен опричнины Ивана Грозного (почитай уже почти четыре с половиной столетия) у нас силовиков боятся больше, чем любых террористов и бандитов. В тех же Штатах полиция и агенты ЦРУ для большинства обывателей реальные защитники, живые герои, борцы с мировым злом. У нас полицейские-милицейские давно ассоциируются не с дядей Степой пера Сергея Михалкова, а скорее, с Глебом Жегловым братьев Вайнеров, готовым посадить человека в тюрьму без суда и следствия. А уж собственно органы госбезопасности внушают священный ужас всем, кто хоть сколько-нибудь знаком с историей страны. Слабое знание истории России нашими гражданами в этом отношении большой плюс для чекистов и лично для товарища Путина.

В принципе, тотальную слежку и прослушивание, равно как и проверку документов вполне можно стерпеть, если все это делается корректно. Если добытая информация не используется в качестве средства шантажа и давления на мирных и ни в чем не виновных граждан. А главное, если, как в США после атаки 9.11, потом десять лет не происходит терактов. Тогда ты понимаешь, ради чего за тобой тайно следят.

Но если тебя защищают майоры Евсюковы, если полиция отлавливает на улице или в метро для проверки документов исключительно по физиономическим признакам, если чекисты — главные бизнесмены и рейдеры в стране, если при виде полицейского люди стараются отойти подальше, потому что боятся, очень трудно убедить себя в том, что безопасности не бывает слишком много.

Увы, в России под борьбой за безопасность государства обычно понималась борьба за безопасность власти — прежде всего от населения. Такое понимание в значительной степени господствует и сейчас. Поэтому у нас отечество не столько в опасности, сколько в госбезопасности, а цена человеческой жизни в нашем царстве спецслужб остается ничтожно малой.

По меркам здравого смысла Сноуден не совершил ни подвига, ни предательства — скорее, элементарное должностное преступление, раз уж согласился идти работать в ЦРУ. Но сам факт того, что люди прослушивают друг друга, нарушают тайну переписки, пытаются покарать не только террористов, которые того заслуживают, но и политических оппонентов, говорит о том, что мы просто плохо усвоили главный способ обеспечения собственной безопасности. Этот способ — беречь собственную жизнь и не отбирать чужие. Отсюда эти игры в шпионов, многомиллиардные бюджеты спецслужб и абсолютная беззащитность человека перед лицом себе подобных. Сноуден напомнил миру, насколько тщетны человеческие попытки преодолеть собственное несовершенство подлыми по сути способами. Работа спецслужб — узаконенная подлость, что не отменяет личного мужества отдельных их представителей.

Безопасность более или менее хорошо могут обеспечить только тончайшие нюансы личных отношений и поведения отдельных людей. А спецслужбы лишь создают иллюзию безопасности, подчас только добавляя угроз нашему и без того хрупкому миру.