Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Мандарины на обочине

25.01.2017, 08:43

Ольга Бакушинская об особенностях неполитической акклиматизации в эмиграции

Wikimedia Commons

При переезде с севера на юг, а именно из России в Израиль, стоит учитывать не только разницу менталитетов, но и прочие разные явления. В том числе погодные.

Я-то всю жизнь считала, что человечество поселилось в зоне устойчивого снежного покрова в результате исторического недоразумения. Например, какие-то слабаки не смогли успешно бороться за ресурсы в более благоприятном климате, собрали вещи и отправились устраиваться в заснеженном лесу. Будем считать это моим устойчивым заблуждением.

Однако как модератор группы новеньких в Израиле

я все время сталкиваюсь с тем, что они не могут справиться не с жарой, а с холодом.

Как у нас говорят: «Что той зимы!» Что той зимы, но в первую начинаешь крутить головой еще в конце ноября. В чем дело? Почему на улице двадцать пять, а дома уже двадцать. А когда на улице двадцать, дома совсем неуютно. Не стоит волноваться, бывает и около нуля, но реже. Людям, привыкшим к батареям центрального отопления, очень трудно понять, как это — вернувшись с улицы в распахнутой курточке, дома одеться в угги и пуховый жилет. Причины этого объяснимы: отопление неэкономично в жарком климате, но холод первой зимы почему-то запоминается.

«Я не могу привыкнуть, что в кране нет постоянной горячей воды!» — пишут новенькие. Конечно, они привыкнут, потому что центральное отопление и горячая вода из котельной в большинстве стран, даже северных, — немыслимая роскошь.

Хотели капитализм — вот он. Согреваешься сам, есть много способов.

Нагреваешь воду чаще электричеством, реже газом. Тебе его никто не отключит летом, но счета придут в зависимости от аппетитов. Кстати, аппетиты после первых счетов резко приходят в норму. Перестаешь лить воду и жечь лампочки, как в России. Постепенно понимаешь, что ответственность — это разумно. Вода в пустыне ценный ресурс, между прочим, и здесь ее с давних пор очень не хватало. Сейчас есть, благодаря опреснению, но экономия не помешает.

Вообще, не сразу, но приходит понимание, что тебе лишь казалось, что в России уже давно капитализм. Отнюдь. При капитализме не бывает бесплатной медицины. Я сейчас не оцениваю и не сравниваю ее качество. Бесплатного врача на дом или «скорой», чтобы померить давление, в Израиле нет.

Прошлой зимой, свалившись на улице и растянув связки, я позвонила не в «скорую», а друзьям, чтобы довезли до экстренной поликлиники сделать рентген. А потом другие друзья довезли меня домой.

Да, врачи прибудут на место аварии, инсульта или инфаркта за считаные минуты и бесплатно, в машине будет все необходимое оборудование, и вас начнут лечить немедленно, но в случае насморка их можно вызвать только за очень значительную сумму.

Наши люди недоумевают: но вы же хотели в развитую страну, где деньги не лежат в тумбочке. Да и за медицину израильскую каждый израильтянин платит раз в месяц приличный процент от дохода.

Еще очень нашему человеку забавно, очень, что дом обслуживает не ДЭЗ, а собственники квартир. Полностью. Нужен тебе слесарь — ищешь слесаря. Он тебя разует и разденет за твой кран. Хочешь фасад покрасить — крась, хочешь трубы поменять — меняй. Крышу чинить тоже сами. Потом пиши себе жалобу, если что-то не получилось.

А то, на самом деле, как-то смешно получается: квартиры все приватизировали, а по поводу крыши немедленно звонят из капитализма в социализм.

Мы вот тут в подъезде недавно освещение меняли, так чуть не передрались. Теперь вот собираемся стены красить. Даже не знаю, что будет. Когда за свои деньги, знаете, очень нервно проходит процесс.

Что еще удивляет поначалу? Забастовки. Бастуют учителя или водители автобусов. Недели две бастовал паспортно-визовый отдел МВД.

Когда бастуют мусорщики, это конец света.

Приходится себе напоминать, что так в мире обычно реализуются трудовые права. Вздохнешь, поплачешь и будешь ждать, пока профсоюзы договорятся с правительством.

А через какое-то время вдруг перестаешь чувствовать себя послушным сыном строгого родителя-государства. Оно тебе не указывает, как жить, но и жизнь свою ты устраиваешь сам. Отсюда, кстати, уважение к труду, любому. Такого в Израиле больше, безусловно. Ни уборка, ни уход за стариками — это не вопрос престижа. Ты зарабатываешь деньги как можешь. Ну и молодец.

Конечно, в репатриантских работах не очень много денег и не очень много радости, но и презрения тоже нет, как правило.

Ты же сам этого хотел, чтобы водитель автобуса тебе улыбался. Обычно он и улыбается, если забастовки нет. И пандус в автобусе есть для колясок.

И еще из удивлений новеньких, приехавших в страну, где дождь идет только в сезон, но если идет, то зонтик не поможет. В девяносто первом году я попала в туристическую поездку в Аргентину. И вот едем мы по шоссе на автобусе, а на обочине мандарины висят. Публика ерзает, сами понимаете. Мандарины висят. На обочине.

Наконец автобус останавливается на «размять ноги», и культурные люди, не побоюсь этого слова, писатели, бросаются с победными воплями к ближайшему дереву. И обрывают его вместе с зелеными мандаринами и ветками. У экскурсовода шок. А нашей публике хоть бы хны. Натрясли себе в куртки и подолы да и потащили в автобус.

Короче, это трудно понять, что цитрусовые — они еще и красивые. И в теплом климате могут украшать город или обочину дороги. Они цветут плотными душистыми цветами, а зимой сияют оранжевыми звездами. Или гранат может расти себе в качестве осинки. Просто так. Как финиковые пальмы. Они огромные и нарядные. Да, с них падают финики. Так же как плоды со старой оливы у меня под окном.

У нас разные представления о щедрости земли. На бесплатных электриков она не щедра, а мандарины валяются под ногами…

Это очень красиво. Открою секрет: эти дикие мандарины ужасно кислые. В магазине лежат совсем другие. Но нам в Аргентине показалось, что эти недозревшие уличные мандарины — дорога в рай.

В Израиле один дефицит — полив. Но если поливать, зацветет фонарный столб. Вот только яблоки, яблоки неправильные. Не антоновка. Жарко тут яблокам, вырастают только специальные сорта.