Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Викинг — ненастоящий!

Михаил Захаров о том, почему не стоит уличать «Викинга» в исторических несоответствиях

Кадр из фильма «Викинг» Централ Партнершип
Кадр из фильма «Викинг»

Фильм «Викинг» не дает возможности спокойно выйти в сеть. Кажется, будь сейчас лето — его бы и бабушки на лавочке непременно бы обсуждали. Множатся крики в сети, мол, «князь-то — ненастоящий». В том смысле, что оружие не то, корабли не те, боевые приемы не те и вообще, позвольте, какой «Викинг», когда русы — сиречь славяне. Каждый буквально стал критиком и, само собой, знатоком отечественной истории соответствующего периода.

Резонанс понятен: только за первую неделю проката фильм собрал 900 миллионов рублей, что дает все основания полагать, что он отобьется в прокате (бюджет фильма, как заявляется, один с четвертью миллиард, но в это стандартно не включаются расходы на промоушен). Это, конечно, не триумф, как теперь говорит в каждом втором выпуске новостей Первый канал, но несомненный успех.

Естественно, что у значительной части аудитории, причем особенно активной части, фильм вызывает настоящую оторопь. Не будучи в достаточной степени подкованным, чтобы вести профессиональные беседы на темы политической истории и материальной культуры народов Киевской Руси X века, готов, однако, напомнить несколько самоочевидных вещей.

Первое: великий, безо всяких сомнений, фильм «Александр Невский» Эйзенштейна (вернее, сценарий к фильму) академик Тихомиров назвал «издевкой над историей». Конечно, «Викинг» на такое место в мировом кинематографе не претендует, но ведь и критики далеко не тихомировы. Впрочем, можно процитировать текст Михаила Николаевича Тихомирова из журнала «Историк-марксист» за 1938 год: «Авторы сценария не случайно сделали Александра Невского лапотником, не случайно славное историческое событие превратили в какое-то «чудо»: Русь XIII века рисуется им бедной и убогой».

Найдите десять отличий с критикой, скажем, современных реконструкторов в адрес «Викинга».

Если судить строго, то к художественному произведению даже по условно историческому сюжету, это второе замечание, сложно применять критерии научной достоверности. Увы и ах. Поиск киноляпов вообще занятие увлекательное, а уж когда речь идет о чем-то «основанном на реальных событиях», то поиск киноляпов становится самоценным квестом для любителей истории. Это даже если опустить реально или гипотетически встроенные идеологемы: их тоже любят громить, громят и в случае с «Викингом». Хотя идеологическая нагрузка «Викинга» куда слабее того же «Александра Невского», который без таланта работавшей над ним команды стал бы просто сталинской агиткой.

Что до поиска мелочей: вспомните, с каким упоением рылись ценители, разбирая на части «Семнадцать мгновений весны» Лиозновой на предмет соответствия деталей нацистской формы и техники реалиям. «Мюллер не мог носить такие нашивки, поскольку их мог носить только член НСДАП, вступивший в партию до прихода нацистов к власти». И правда, не мог. Но любим мы фильм Лиозновой (в отличие от почти не читаемой сегодня прозы Юлиана Семенова) совсем не за это.

Соображение третье: вся брань в адрес «Викинга» возникает из следующей установки — это «исторический фильм». Это как минимум не вполне так. Ну вот, для примера, цитата Константина Эрнста с официального сайта фильма: «То, что наша история прежних веков сама по себе приключенческий боевик, захватывающий и авантюрный, нашему кино только на пользу. Мы ни в коем случае не берем на себя роль преподавателей истории, мы просто пытаемся поделиться тем, что знаем, что переполняет нас и о чем нам посчастливилось рассказать». То есть заявки на какую-то серьезную «историчность» авторы не делали, они снимали приключенческий боевик по мотивам Повести временных лет.

Есть такой придуманный итальянцами еще до «спагетти-вестернов» жанр, называется «пеплум». Его позже американцы де-факто возродили на своих производственных мощностях, и в нем сняты, скажем, знаменитые фильмы «Гладиатор» и «300» или недавний совсем «Бен Гур».

Это когда вроде про историю античности, но так, что у любого антиковеда начнут волосы шевелиться во всех местах, где они еще растут.

Вот «Викинг» — это натуральный пеплум, только про «нашенскую античность». Если в оригинале это «меч и сандали», то у нас, видать, будет «меч и лапти» или что-то вроде. Искать в «Гладиаторе» исторические несоответствия, конечно, можно. Но можно сказать, что их там не меньше, чем в порнопародиях на этот фильм, и успокоиться. Правда, не сильно меньше.

Четвертое. Что до исторического сюжета, если уж совсем заниматься блохоискательством: времена князя Владимира — времена легендарные. Письменных источников немного. В части деталей политической истории это практически один литературный памятник — упомянутая Повесть временных лет. Это важный момент: обо всех красочных и живописных подробностях личной жизни князя Владимира нам известно из одного труда анонимного, по сути, человека церкви, жившего как минимум несколько десятилетий после смерти князя. Человека, идеологические и мировоззренческие установки которого мы можем интерпретировать, но точно установить которые уже не получится.

Для сравнения: завтра Земля погибла в неизвестной катастрофе, и от нашего времени остались только выпуски программы «Время» на Первом канале. Вы бы смогли доверять всем рассказам: например, о кознях российской несистемной оппозиции? Просто ответьте на этот вопрос. При ответе «да, разумеется» замените телеканал на «Дождь», а «оппозицию» — на «власти».

Вот так примерно и гипотетический «Нестор» — он зачем-то писал о Владимире то, что писал. И мы примерно можем сказать зачем: он писал про чудо преображения язычника-грешника в добродетельного князя-христианина.

Все детали им подбирались под эту конструкцию, примерно как подбираются детали в известной «документальной» продукции канала НТВ. Это грубая аналогия, но чтобы общее представление составить — вполне достаточная.

Некоторые детали наш хронист и просто заимствует практически дословно. Скажем, красочный рассказ о сотнях жен и любовниц Владимира до крещения — просто порнотриллер. «Был же Владимир побежден похотью, и были у него жены: Рогнеда, которую поселил на Лыбеди, где ныне находится сельцо Предславино, от нее имел он четырех сыновей: Изяслава, Мстислава, Ярослава, Всеволода, и двух дочерей; от гречанки имел он Святополка, от чехини — Вышеслава, а еще от одной жены — Святослава и Мстислава, а от болгарыни — Бориса и Глеба, а наложниц было у него 300 в Вышгороде, 300 в Белгороде и 200 на Берестове, в сельце, которое называют сейчас Берестовое. И был он ненасытен в блуде, приводя к себе замужних женщин и растляя девиц» — закачаешься просто.

Только этот рассказ — близкое к тексту изложение аналогичного пассажа «Третьей книги Царств» Ветхого Завета. Это про царя Соломона: «И полюбил царь Соломон многих чужестранных женщин, кроме дочери фараоновой, Моавитянок, Аммонитянок, Идумеянок, Сидонянок, Хеттеянок, из тех народов, о которых Господь сказал сынам Израилевым: «не входите к ним, и они пусть не входят к вам, чтобы они не склонили сердца вашего к своим богам»; к ним прилепился Соломон любовью. И было у него 700 жен и 300 наложниц; и развратили жены его сердце его».

Древнерусский книжник, автор Повести временных лет, этого совсем не скрывает, ибо пишет: «Был он такой же женолюбец, как и Соломон, ибо говорят, что у Соломона было 700 жен и 300 наложниц. Мудр он был, а в конце концов погиб. Этот же был невежда, а под конец обрел себе вечное спасение».

То же, собственно, и с остальными красочными деталями жизни князя — они легендарны, опираться на них при построении конструкции «как оно было на самом деле» — нельзя. Не было этого «на самом деле». Или было, но мы этого в точности не выясним.

Потому и все истории, скажем, артуровского цикла в кинематографе представляют собой вольные фантазии. Глупо же говорить, что «Король Артур достал неправильной формы и длины меч из камня». Князь Владимир, конечно, фигура пореальнее Артура будет, но смысловой ряд, да еще на киноэкране, — тот же.

Таким образом, глупо искать «исторические неточности» а) в художественном произведении, б) когда сами авторы на историческую точность не особо претендуют, в) когда сам предмет изображения настолько удален от нас по времени, что правда смешивается с легендой и составляет практически единое мифологическое пространство. Вполне можно представить себе сериал о молодых годах Владимира или о совершенно уже гипотетическом «основателе русского государства» — князе Рюрике. Это, может быть, не слишком хорошо с точки зрения уважения родной истории, но в целом — ничего страшного.

Над осадой Орлеана в блокбастере Люка Бессона «Посланница: История Жанны д'Арк» специалисты по Столетней войне тоже рыдали. И упрекали Бессона практически в том же, за что теперь ругают и «Викинг».

Упрекать в «неисторичности» пеплумы и прочие «исторические блокбастеры» здорово, но только это еще один плюс в копилку команды Константина Эрнста — значит, «шалость удалась». Значит, еще кто-то посмотрит, «что же там наворотили сценаристы».

Главное, чего они не должны были наворотить, так это не вбухать в фильм сомнительный идеологический пафос. Почерпнутый, естественно, из актуальной российской политической действительности. Не делать из него нравоучение или, тем более, как бы учебник по истории. Развлекательное кино существует не за этим. Массовому зрителю, если и можно продать идеологию, только в какой-то совсем ненавязчивой упаковке. А уж те или не те мечи — это, конечно, интересно, но дело явно десятое.