Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Para Bellum

Дмитрий Петров о том, можно ли затормозить на пути к Третьей мировой

Дмитрий Петров 26.10.2015, 08:34
21 октября 1967 года пацифисты организовали так называемый «Поход на Пентагон» Берни Бостон
21 октября 1967 года пацифисты организовали так называемый «Поход на Пентагон»

Нужно ли воевать ради интересов и целей элит? Да и воевать вообще? Этот вопрос давно задают себе люди разных народов, конфессий и взглядов. Многих поиски приводят в антивоенные движения. Первый конгресс пацифистов прошел в Брюсселе в 1831 году. Там заявили: вместо девиза «Si Vis Pacem — Para Bellum» («Хочешь мира — готовься к войне»), мы провозглашаем «Para Pacem» — «Готовься к миру». С тех пор эта идея то овладевает умами, то обезумевшие толпы топчут ее.

В 40-х годах XX века, когда СССР вместе со свободным миром бьется с нацистской тиранией, большинство знает: да, воевать нужно — за жизнь и свободу. Но после победы ядерное оружие и соперничество держав ставят вопрос снова.

В начале 1950-х уже ясно: те, кто проектирует войны и управляет ими, умеют выдать захват стратегически важных регионов и рихтовку мира под себя за священные битвы за веру и идеалы, за суверенитет, свободу, за права народов и т.д. На наших глазах они делают друзей врагами, а врагов — их жертвами.

Вот картинка из журнала «Крокодил»: земной шар с глазками и зубками сбривает с левой щеки бурую щетину Японских островов. На бритве — флаги СССР, США и Британии. Рядом — кучка щетинок-свастик, схожая очертаниями с Германией. Под рисунком слова: «Я тороплюсь стереть с лица земли агрессора. И действую в три бритвы».

Источник: historymania.info
Источник: historymania.info

Ну, да — победители нацизма взялись за Японскую империю. И все бы хорошо, если б не дата выхода номера — 30 августа 1945 года.

То есть меньше месяца прошло после гибели Хиросимы и Нагасаки, о чем хорошо знают власти СССР, управлявшие в том числе и прессой. И вот в одном из крупнейших СМИ страны — «стереть с лица земли». По сути, одобрение ядерной атаки.

Но уже скоро ее назовут чудовищной, а вчерашних союзников — варварами. Но пока их флаг сверкает на лезвии рядом с советским.

До чего же зыбка грань между героизмом и варварством на фоне борьбы за мировое лидерство.

Атомная бомба — вызов Кремлю. В ответ он спешно строит свою. И борется за мир. Ведь новой Хиросимы боятся миллионы людей. И среди них — авторитетнейшие Пабло Пикассо, чья «Голубка» летит в зенит антивоенного движения в виде эмблемы, физик-ядерщик Фредерик Жолио-Кюри, восставший против бомбы, поэт Луи Арагон и другие. В том числе русские эмигранты — видные ученые: американский социолог Питирим Сорокин и французский биолог Сергей Чахотин. Последний готовит Всемирный конгресс сторонников мира. Он проходит в Париже и Праге в 1949-м.

В форуме участвуют более 2,2 тыс. делегатов, 561 национальная и 12 международных организаций. Они представляют около 600 млн человек. Конгресс бурлит, принимает манифест, избирает комитет и учреждает премии.

Миллионы людей подписывают Стокгольмское воззвание за запрет атомного оружия, обращение о Пакте мира между СССР, США, КНР, Британией и Францией и Венское воззвание против подготовки атомной войны. А она идет.

С 1949 года атомная бомба есть уже и у Сталина. И это еще больше пугает мир. Теперь атомная угроза — повседневность.

А люди пишут воззвания и митингуют. На Западе они верят в силу общественного мнения и способность влиять на планы властей. А на Востоке — что их вожди за мир по определению. И поэтому обращаются к иным странам. Тут же и околокремлевские литературные товарищи — Николай Тихонов, Михаил Шолохов, Илья Эренбург и иные. Их задача — взять движение за мир под контроль и, используя свободу слова, собраний и объединений, расшатать основы и устои Запада. Вперед, голуби мира и весны, напутствуют их в Москве.

На повестке дня — глобальная победа коммунизма. За нее воюют в горячих точках планеты — на переднем крае борьбы демократии и тоталитарной тирании в Китае, Корее и Вьетнаме. Эти поля непрямых битв СССР и США за ключи к планете советские СМИ зовут борьбой за свободу. Западные — красной агрессией.

В 1949-м кончается война в Китае. Коммунисты побеждают, а помогавшие им советские войска едут домой и в Корею. Там белый юг бьется с красным севером. Однако смерть Сталина в 1953-м кладет конец и этой войне.

Но ее пламя тлеет во Вьетнаме. Вожди северной части этой бывшей французской колонии, где царит коммунизм с местным акцентом, ведут гибридную войну с южной частью. Мятежное ополчение занимает до 40% ее территории, на что США в 1964 году отвечают отправкой советников, а затем — авианалетами и вводом войск. Впрочем, многие американцы сначала не замечают этого. А ведь воюет их более 180 тыс. А вскоре — 540 тыс.

Армия США еще призывная. Ей нужны рекруты. Тут-то и обретает новую силу движение за мир. Молодые люди хотят делать бизнес и карьеру, строить семьи, жить и радоваться, а не рыскать в джунглях и бомбить объекты. Советская угроза нависает над зоной их национальных интересов. А они — жгут призывные повестки. Не от страха. От неверия, что это их война.

В 1940-х знали: воевать нужно. В 1960-х — нет. При демократии граждан надо убеждать в пользе военных акций.

А в США СМИ пишут о гибели мирных вьетнамцев, а войну называют «грязной». Американцы протестуют. «Эл Би Джей, — кричат, — Эл Би Джей (инициалы президента Линдона Бейнса Джонсона. — «Газета.Ru»), сколько ты сегодня убил детей?» Имея в виду и солдат-американцев, и вьетнамских малышей.

Их логика проста: элиты Америки и России делят мир. А платят граждане. Война губит мирный сектор экономики, социальную сферу, авторитет держав. И — людей. Вашингтону и Москве пора договориться. Так в Америке считает меньшинство, но — сильное.

50 лет назад, осенью 1965 года, оно проводит марш на Вашингтон. Число митингов растет. В октябре 1967-го к «Походу на Пентагон» присоединяются знаменитые врач Бенджамин Спок, писатель Норман Мейлер и еще 100 тыс. человек. Они митингуют у монумента Линкольну и военного ведомства. Полиция арестует 600 человек. В 1968 году в Чикаго в ходе демонстраций травмы получают 152 полицейских и 500 демонстрантов.

В 1970-м в Кентском университете национальная гвардия убивает четырех протестующих студентов. Вскоре в Джексоне гибнут двое и получают ранения 12 человек. Теперь многие видят гражданскую доблесть в отказе от службы и протестах. Их накал слабеет только вместе с войной.

Но это не значит, что пацифистские акции сходят на нет. Во время операции в Ираке в 2003 году в Штатах снова протестуют. В Сан-Франциско арестуют 1,3 тыс. человек, в Лос-Анджелесе — 1,8 тыс.

В 1980-х годах сотни тысяч борются с размещением в Европе ракет средней дальности. Размах движения велик. Даже в СССР (который не роптал против войны в Афганистане) возникает пацифистская «Группа за установление доверия между Востоком и Западом». И хотя ее акции «винтит» КГБ, а призывы читают немногие, это сигнал: пацифизм пришел в Россию. «Доверию» наследуют комитеты солдатских матерей и другие инициативы.

Протест вызвали обе чеченские войны. Но преступления боевиков в Буденновске, Беслане, Кизляре и Москве меняют настроение, и страна долго живет без борьбы за мир. Однако антивоенные марши 15 марта и 21 сентября 2014 года собирают более 50 тыс. каждый. Повод для них — опасение войны с Украиной.

И сейчас общество, как в Штатах в годы Вьетнама, расколото. Разлом идет через Крым, Донбасс и Сирию.

Пока через него не плещет магма демонстраций. Конформистское большинство, как и в США, ратует за войну где угодно. Но и число не желающих ее велико. В октябре, сообщает «Левада-центр», поддержать Асада хотели 47% опрошенных, воевать в рядах западной коалиции — 8%, а 28% сказали: не вмешивайтесь.

Другое дело — атомная война. Россияне ее почти не боятся. В июле («Левада-центр») 49% не боялись, что конфликт в Донбассе перерастет в Третью мировую. Которая, считают эксперты, может быть только ядерной. Между тем в начале лета Владимир Путин заявил об увеличении российского арсенала на 40 баллистических ракет. Генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг ответил: это опасное поведение. А российскому общественному мнению хоть бы хны. Во всяком случае, внятно СМИ его реакцию не отразили.

А вот страшилок наплодили. Рассуждение Дмитрия Киселева о том, что Россия «способна превратить США в радиоактивный пепел». Заголовок «Звезды»: «США и Россия — на грани ядерной войны». Разъяснение военного обозревателя «Новой газеты» Павла Фельгенгауэра: «Вероятность ядерной войны резко возросла...». Заявление директора департамента по контролю за вооружениями МИД России Михаила Ульянова: «Россия... имеет право размещать свои ядерные силы... на Крымском полуострове». Хотя, по мнению наших партнеров, она вообще прав в Крыму не имеет.

Не зря русский изгнанник и американский мыслитель Питирим Сорокин не хотел новой войны. В тексте «Война и милитаризация общества» он писал, какой она сделает жизнь тех, кто уцелеет: «...Власть регулирует и нормирует все: деятельность, профессию, одежду, пищу, жилище, убеждения, вкусы, брак, число детей... Отношения — экономические, семейные, правовые и т.д. — нормирует власть... Люди здесь не нечто самоценное, а собственность последней».

Впрочем, многие не замечают этого.

Автор — журналист, писатель, автор книг «Аксенов», «Василий Аксенов. Сентиментальное путешествие», «Джон Кеннеди. Рыжий принц Америки» и других.