Аршин для Московии

Россия путает неодобрение Запада с непониманием и злится, что ей не оказывают должного уважения

bibliotekar.ru
Что удивляет любого иностранца в россиянах, так это их постоянная озабоченность тем, что думает о России внешний мир, особенно Запад. И традиционная убежденность, что мир русских не понимает. И не из-за плохой информированности, а потому, что «умом Россию не понять, аршином общим не измерить».

Вот и президент Дмитрий Медведев на большой пресс-конференции в Сколково заметил, что «иностранные государства должны лучше знать о нашей стране... Мне кажется, может быть,нас стали понимать хотя бы чуть-чуть больше...»

Непонятая Россия

А что понимать-то? Подытоживая результаты своего президентства, Медведев сам признался, что недостатки очевидны: «Мы не смогли и не добились кардинального улучшения положения наших людей... Не смогли диверсифицировать ситуацию в экономике так, как нам бы хотелось. Мы не смогли уйти от сырьевого роста. Мы не смогли изменить в достаточной мере инвестиционный климат».

Конечно, не смогли.

Не только несведущие иностранцы, но и многие россияне глубоко убеждены, что с 2000 года Россия идет «назад в будущее», частично возродив старую, провальную командно-административную систему в экономике и политике.

Систему, которая показала свою несостоятельность по сравнению с демократическими рыночными странами в прошлом, и сегодня вновь блокирует развитие по всем направлениям. Именно поэтому успеха и быть не может.

Впрочем, Медведев все это понимает. На Всемирном экономическом форуме в швейцарском Давосе в январе этого года он признался, что «Россию часто критикуют, иногда критикуют заслуженно, иногда абсолютно незаслуженно, упрекают в недостатке демократии, авторитарных тенденциях, слабости правовой и судебной системы».

Этим все сказано. Глубокие, системные проблемы страны видны невооруженным глазом, и не надо быть экспертом по России, чтобы ее «понять».

Тем не менее российская элита постоянно выказывает претензии на «непонимание». На прошлогоднем ярославском форуме шеф Сбербанка и экс-министр экономического развития Герман Греф сетовал, что на Западе никто не пишет о Великой Отечественной войне. А совсем недавно лидер КПРФ Геннадий Зюганов негодовал по поводу неправильно говорящих по-русски иностранных журналистов.

При этом раздражение на «неправильные» репортажи про Россию или слабое знание иностранных языков вовсе не удерживает самих российских политиков от безапелляционных высказываний в адрес западных, азиатских или арабских стран. И ошибок в этом случае совершается ничуть не меньше.

Мы с дядей Васей осуждаем

Если так говорит российская элита, то трудно ждать иных представлений от простых граждан, весьма чутких к госпропаганде и охотно верящих в упреки в адрес невежественных и искажающих правду о России иностранцах. Ведь

россияне в массе своей вообще плохо представляют, как устроен другой мир, как там живут люди. За границу выезжает от силы 10% российского населения, а у всех остальных знание об иностранцах телевизионно-книжное.

У элиты, регулярно посещающей другие страны, такой отговорки нет. Поэтому и возникает вопрос: зачем Медведев, Греф, Зюганов и многие другие постоянно критикуют отношение Запада к России? Думает ли Медведев на самом деле, что утверждения об авторитарных тенденциях в России безосновательны? Всерьез ли Греф полагает, что Запад игнорирует тему Великой Отечественной войны? Убежден ли Зюганов, что все россияне говорят по-русски правильно, а Россия не переживает спада в образовании, науке, культуре и т. п.?

Или подобные высказывания предназначены исключительно для внутреннего потребления? И это попытка встать на одну доску со среднестатистическим дядей Васей, послать ему сигнал: «Я такой же, как ты, и тоже считаю, что на Западе дураки, а мы самые умные». И все ради того, чтобы получить его голос на выборах? Или чтобы на всякий случай разжечь имперские амбиции?

Записки о стране чудес

Тем временем отношение Запада к России куда как разумно и рационально. В отличие о русских западные люди не верят, что «умом Россию не понять», и именно умом анализируют «страну чудес» как минимум уже с 1549-го года. Именно тогда Сигизмунд фон Герберштейн опубликовал на латинском языке свою книгу «Rerum Moscoviticarum Commentarii» («Записки о Московии»), в которой описал географию, историю, бытие и внутреннее устройство Великого княжества Московского.

После Герберштейна в «Московию» приезжали и часто оставались «на ПМЖ» множество разных иностранцев — дипломатов, купцов, торговцев, банкиров, солдат, ученых, культурных деятелей, архитекторов, строителей, журналистов, коммунистов... Многие из этих людей знались как с царями, так и с революционными вождями, а потом публиковали свои книги впечатлений, комментариев и воспоминаний.

Джон Рид, Исайя Берлин, Орландо Файджес — только некоторые из авторов книг о России, переведенных, кстати, и на русский язык.

Существует и маленькая «армия» западных ученых в области истории, политологии, социологии, географии, культурологии, литературы, лингвистики и прочего, которые постоянно проводят исследования и за границей, и в России, публикуют монографии, книги, поддерживая при этом хорошие дружеские и профессиональные отношения с русскими коллегами. Их труды легко доступны любому заинтересованному западному читателю.

Длинная война

На самом деле количество информации о Российской империи, СССР и РФ на английском, немецком и французском языках не только необъятно, но и постоянно растет.

Особенно про Великую Отечественную войну: ведь за последние 20 лет в России, в других странах бывшего Союза и Восточной Европы открылось много архивов. Целые команды историков проводят сейчас исследования по громадному количеству новых источников на множестве языков.

Россиянам, уверяющим, что Запад не пишет о ВОВ, стоит побродить по московским книжным магазинам, чтобы своими глазами увидеть в свободной продаже, например, труды британских военных историков на английском языке в дешевых изданиях в мягких переплетах. Как, например, «The Road to Stalingrad» 1975 года и «The Road to Berlin» 1983-го года Джона Эриксона (John Erickson); «Absolute War: Soviet Russia in the Second World War» 2007 года, написанную аспирантом Эриксона Крисом Бэллами (Chris Bellamy); «Stalingrad» 1997 года и «Berlin: The Downfall 1945» 2002 года Энтони Бивора (Antony Beevor) (последняя книга, где автор, в частности, писал о поведении советских солдат в Восточной Европе и Германии, вывала резкую критику как со стороны российских официальных лиц, так некоторых историков и СМИ)

О живом интересе Запада к России, в том числе и к ВОВ, свидетельствует и ряд документальных фильмов, таких как британская классика «The World at War» 1973—1974 годов. Этот фильм вышел в реставрированном подарочном DVD- и Blu-Ray-изданиях в 2010 году. Многие документальные фильмы полностью или частично про Россию можно смотреть онлайн, как, например, «Russia's War: Blood on the Snow», который вышел вместе с сопровождающей книгой в 1990-х годах; недавний «War of the World» шотландского историка Niall Ferguson.

При этом почти все западные авторы хвалят храбрость советского народа, подчеркивают громадное количество людских и материальных потерь СССР, его решающую роль в борьбе против фашизма. Но

западные исследователи не согласны, что из-за признания выдающейся роли Советского Союза во Второй мировой войне нельзя критиковать коммунизм, большевизм, методы Ленина, правление Сталина, а также способы, которыми СССР распространял и укреплял свои идеи, влияние и власть в Восточной Европе после 1945 года.

Возможно, об этих, ранее табуированных и малоизвестных сюжетах стало больше писаться в последние годы, особенно в Восточной Европе. Наверно, из-за этого президент Медведев и другие российские деятели не раз говорили, что «нельзя переписать историю», «переоценки» недопустимы. Эта позиция понятна. Но, во-первых, мнения, суждения и взгляды историков претерпевают изменения под влиянием новых, ранее не известных исторических документов, свидетельств очевидцев и т. п. Во-вторых, историки обязаны смотреть на общий контекст. Западные ученые давно знают не только про главные события ВОВ, но также про внутриполитическую обстановку в СССР — про искусственный голод, массовый террор, уничтожение 90% командного военного состава во второй половине 30-х годов и многое другое. В-третьих, то, что называется «переоценкой», на самом деле просто тот подход, те факты, которые были не известны россиянам во времена «железного занавеса». Все это можно найти в книгах, которые были изданы задолго до распада Союза и открытия многих архивов. Новые источники информации, появившиеся за последние 20 лет, вовсе не изменили общую картину, а лишь добавили деталей, подробностей.

Отрицательное отношение к коммунизму, большевизму были распространены в Европе и США задолго до Второй мировой войны. Черчилль ненавидел большевизм, расценивал сотрудничество со Сталиным как «пакт с дьяволом». Тогдашний британский министр иностранных дел Энтони Иден заметил, что Великобритания и СССР не «allies» — «союзники», а «co-belligerents» — «совместно воюющие» против общего врага. Некоторые историки считают, что союз с СССР вызвал на Западе неловкость, поэтому лучше его не афишировать.

Филип Боббитт (Philip Bobbitt) в своей книге «Щит Ахилесса» (The Shield of Achilles) 2002 года рассматривает период с 1914-го по 1991-й как «Длинную Войну», как время, когда шла борьба между тремя идеологиями — либеральным парламентаризмом США, Великобритании и Франции, фашизмом Германии, Италии, Испании, Японии и коммунизмом Союза, тем более что тогда все три идеологии имели своих сторонников в каждой стране.

С этой точки зрения (ее, кстати, придерживаются и некоторые другие историки) победа над фашизмом вовсе не означала конец противоборства, поскольку повод для него не исчез. Противоборствующей идеологией оставался коммунизм, и это было причиной «холодной войны». Только распад Союза положил конец «Длинной Войне» и открыл ту новую эпоху, в которой мы сейчас живем.

От Потемкина до Абрамовича

Россия права, когда уверяет, что западный обыватель не в курсе трагических событий ВОВ. Но много ли рядовые россияне знают о чужой истории? Та же Вторая мировая война, например, со времен СССР сводилась к ВОВ, но это далеко не полная картина. В российских учебниках по-прежнему рассказывают о затягивании западных союзников с открытием второго фронта в Европе. Но никто не говорит о том, где было маленькой Великобритании взять необходимое количество солдат и вооружения, чтобы открыть второй фронт раньше, допустим в 1942 году, когда ее войска еле-еле справлялись с немецкими в Северной Африке и Северной Атлантике.

Но, в конце концов, знания о России не сводятся к Сталинградской битве, блокаде Ленинграда или обороне Москвы. Интерес к России, ее культуре, политике остается очень большим.

За последние 10—15 лет только на английском языке вышло множество биографий российских деятелей от Петра Великого и Потемкина, Пушкина и Толстого (к столетию его смерти в 2011-м году) до Жукова и Хрущева. Кроме того, вышли две биографии Сталина, три — Троцкого, несколько — Путина и даже Бориса Березовского и Романа Абрамовича.

Не говоря уже о множестве книг по российской политике и экономике. А в 2006 году издательский дом Cambridge University Press опубликовал громадное трехтомное собрание «The Cambridge History of Russia». Начиная с ранней Руси до современной Российской Федерации на 2412 страницах!

Все еще в прошлом

Но, сколько бы западных монографий о России ни публиковалось, россияне напрасно ожидают большего «понимания» от Запада. Ведь он, как и Россия, в первую очередь занят собой! С той лишь разницей, что куда больше интересуется настоящим, чем прошлым.

И дело не в слабом интересе к России, а в том, что Россия не может сделать этот интерес не болезненным, а положительным, расположить к себе Запад.

И надо сказать, что совершенно нелепые и необоснованные выпады российской элиты в адрес Запада вроде приведенных в начале этой статьи отнюдь этому не способствуют. Это вызывает обратную реакцию — удивление, ухмылки и мнение, что Россия все еще живет в прошлом, все еще не понимает, не знает, как устроен современный мир.

Вот только два свежих примера. Соучредитель инвестиционного банка Renaissance Capital в Москве Стивен Дженнингз, пожалуй, единственный иностранный «олигарх» в России, сказал в интервью программе «Hardtalk» ВВС: «...я думаю, западные комментаторы испытывают сложности в оценке России... они пытаются сравнивать ее со своими собственным стандартами управления, например. А это то же самое, когда взрослый критикует юношу за то, что он не ведет себя как взрослый».

Второе мнение принадлежит Майклу Макфолу, американскому специалисту по России, архитектору обамовской политики «перезагрузки», который скоро будет назначен послом США в РФ. Об этом мнении напомнил своим подписчикам журнал Foreign Affairs, процитировав анонс статьи Макфола и Кэтрин Стонер-Вайс, опубликованной в первом номере 2008 года: «Авторы описывают ущерб политическим и экономическим системам России, который был нанесен авторитаризмом Владимира Путина».

Россия сама, без всякой помощи извне, портит себя репутацию. И при этом путает неодобрение Запада с непониманием, злится, что Запад не оказывает ей должного уважения.

Что делать? Ответ на этот традиционный русский вопрос прост. Заигрывание с дядей Васей, может быть, и хорошая популистская тактика, что, конечно, важно в преддверии выборов. Но это тупиковый путь. Руководителям России надо не опускаться до обывательского уровня, а формировать новое массовое сознание. Следует избавиться от морально устаревшего и изжившего себя «агитпропа» времен «холодной войны» и начинать выстраивать конструктивный диалог с Западом, демонстрируя стране преимущества такого пути. И тогда вопросы «любят — не любят», «понимают — не понимают» отпадут сами собой.

Автор — генеральный директор Eurasia Strategy & Communications в Москве.