Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Лондонский абстракцист в скифской степи

30.08.2004, 12:51

Популярный призыв времен романтической перестройки, переходящей в коллапс Советского Союза и последующие реформы, был адресован Борису Николаевичу Ельцину, но с равным успехом может быть применен в описании сегодняшней политической активности другого Бориса — Березовского. Шутки шутками, но, кажется, он остался единственным борцом на всем политическом поле России. У него, правда, есть одно позиционное преимущество: подлинная, географическая равноудаленность от объекта критики и конкуренции.

Именно в силу того обстоятельства, что Березовский находится далеко от Москвы, ее Кремля, ее Старой площади, Краснопресненской набережной, Охотного Ряда, Большой Дмитровки и района Басманных улиц, лондонский изгнанник, иной раз не попадая в такт московского времени, говорит те слова, которые в России публично никто не произносит. Зато охотно выкрикивают в жарких спорах с друзьями и оппонентами уже не в прокуренных интеллигентских жалких кухоньках в ночном Тропареве и Никулине, а в совмещенных после перепланировки и евроремонта масштабных кухнях с гостиной пополам.

Историческую правоту Бориса Абрамовича совсем не хочется признавать. Но что он говорил пару месяцев назад?
Говорил: бойтесь парламентских выборов и бойкотируйте их. Не президентские (»…бойкотировать президентские выборы глупо»), а именно думские.
Как в воду Москвы-реки глядел, хотя поблизости только Темза-матушка.

Иногда, правда, Бориса Абрамовича заносит. 4 декабря он пообещал, что спустя десять дней назовет своего претендента на пост главы государства, попутно отказавшись от своих слов, произнесенных чуть раньше по поводу того, что реально мог бы претендовать на высшую должность в стране Михаил Касьянов. Прошло десять дней, потом еще неделя — и что же? Имя кандидата осталось неизвестно, зато смельчаку-имяреку Березовский через газету «Индепендент», назвавшую его чем-то средним между Мефистофелем и Лениным, предлагает свою полную поддержку, деньги и, как пел Высоцкий, «много женщин и машин».

Предложение, естественно, провокативно-хулиганское, в духе проказ Платона Еленина, подразнившего российскую власть из подбрюшья империи. Березовский прекрасно знает, что у демократической оппозиции нет ни единого кандидата, ни безумца, который в обстоятельствах сегодняшней России вступит в бой с тенью Путина на деньги Бориса Абрамовича. Есть и еще одно обстоятельство: этому кандидату, так и назовем его — Платон Еленин, отнюдь не обеспечен высокий градус всенародной поддержки. Олигарх в изгнании все равно остается олигархом. А их у нас в России не любят — см. опыт парламентских выборов 7 декабря 2003 года: одной из причин поражения демократических сил стала антиолигархическая волна, прокатившаяся по лесам, полям, рекам и прочим природно-рентным ресурсам нашей широко живущей «Родины».

На монотонно-сером, как декабрьские дни, фоне российской официальной политики Борис Березовский остается яркой звездой, коверным клоуном, баснословно громкой шутихой, цветной петардой, художником-авангардистом в стане соцреалистов-пейзажистов.
Все вынуждены оставаться реалистами — он один позволяет себе быть, как сказал бы Хрущев, «абстракцистом».
Все должны действовать с оглядкой на власть (пример: Немцов решает бойкотировать выборы или агитировать за кандидата «против всех», на следующий день Чубайса вызывают в Кремль, и политическая «порнография» немедленно закрывается), а Березовскому наплевать. Он остается, как Герцен Александр Иванович, в своем прекрасном далеке, среди ланей и фазанов, некогда совершенно потрясших гостя Березовского Александра Проханова, наедине с воображаемым противником. Правда, этот воображаемый противник как-то ответил вопросом на вопрос: «Березовский? А кто это?» — отказав изгнаннику в праве даже на почетный ледоруб.

Два политических полюса притягиваются — у них есть одна общая черта. Борис Абрамович столь же одинок в своей битве за идеальную Россию, как и его оппонент, обнаруживший в качестве своего единственного конкурента по состоянию на 22.12.2003 не человека, а ходячую метафору — живой бородатый гроб, словно бы в насмешку выдвинувшийся в президенты. Сюжетец посильнее романов и статей вышеупомянутого Проханова будет…

И все-таки свою Россию Березовский Путину проиграл. Даже его ходы, казавшиеся блистательными и глубокими, как, например, попытка объединить под своими знаменами гражданские и правозащитные организации, закончилась ничем. И не только потому, что правозащитники, взяв деньги у Березовского, бесплатно перевербовались в пользу оппонента Бориса Абрамовича. А еще и потому, что даже эти люди, естественные союзники и часть социальной основы правых, либералов, демократов, в не меньшей степени, чем все остальные, находятся под гипнотическим обаянием Путина и голосуют за него и его партию. Где она, демократическая интеллигенция, «дамы в ортопедической обуви» (копирайт Г. О. Павловский) и пожилые мужчины физико-лирического склада из 60-х? Вот они где все — у избирательных урн с близоруко проставленной кривоватой галочкой напротив фамилии ВВП.

И потому зря гневается Борис Абрамович на Григория Алексеевича и Анатолия Борисовича. Они, может, во многом и виноваты, но есть и некоторые объективные причины, по которым не найдется богатыря, готового с благодарностью принять поддержку и участие Березовского для того, чтобы вступить в бой с В. В. Путиным.

Впрочем, как писал в 1853 году предшественник Бориса Абрамовича по лондонскому изгнанию Александр Герцен, «без вольной речи нет вольного человека». Так что: Борис, борись! Без Березовского наша политическая жизнь так бы и оставалась скучно-верноподданнической, как скифская степь, поверх которой армянскими нелегальными рабочими уложен кремлевский паркет.