Цивилизация
Российские власти спокойно отреагировали на очередной американский санкционный законопроект. Его презентовали «большие друзья России» сенаторы Линдси Грэм и Боб Менендес. Ранее они уже вносили пакет с «адскими санкциями», который, правда, остался без движения.
Главным нововведением нынешней законодательной инициативы стало предложение ввести ограничительные меры в отношении проектов в области сжиженного природного газа (СПГ) с российским участием на территории третьих стран.
Инициатива выглядит немного странно с учетом того, что российский бизнес пока не очень активно инвестирует в СПГ-проекты за рубежом.
Таковых считанные единицы. В частности, «Лукойл» участвует в строительстве производства СПГ в Камеруне, «Роснефть» вместе с ExxonMobil работают в Мозамбике. «Газпром» проявлял интерес к Ирану, который, впрочем, и так уже находится под санкциями США.
Директор по исследованиям Vygon Consulting Мария Белова отмечает, что более чувствительными эти ограничения будут для проектов по строительству мощностей по приему СПГ. Это, прежде всего, затронет интересы «Новатэка», участвующего в терминалах в немецком Ростоке и во Вьетнаме. Недружественные шаги США могут помешать компании реализовывать свою стратегию в части продажи производимого в РФ СПГ, считает она.
Речь идет о санкциях против пока несуществующих СПГ-проектов российских компаний за рубежом, которые и так не факт, что реализовались бы. Поэтому данный пункт никаких существенных последствий иметь не будет, говорит директор отдела корпораций рейтингового агентства Fitch Дмитрий Маринченко.
Естественно, новые санкционные угрозы не добавляют оптимизма российскому нефтегазовому бизнесу, но оценить их серьезность можно будет только после появления текста законопроекта в публичном пространстве, добавляет Сергей Капитонов, аналитик по газу Центра энергетики Московской школы управления «Сколково».
Он также призывает не забывать и про процедуру прохождения законопроекта. После возможного одобрения в Конгрессе он должен быть подписан президентом Трампом, а это — еще одна большая неопределенность.
Сейчас в России работает два производства СПГ. Первый завод в стране был запущен в рамках проекта Сахалин-2, основным акционером там является «Газпром». Концерну принадлежит 50% плюс одна акция в операторе Sakhalin Energy, у Shell — 27,5 % минус одна акция, у Mitsui — 12,5 %, у Mitsubishi — 10%.
Второй действующий проект — это «Ямал-СПГ». Акционеры — «Новатэк» (50,1 %), Total (20 %), CNPC (20 %) и китайский Фонд шелкового пути (9,9 %).
«Новатэк» работает сейчас надо проектом «Арктик СПГ-2», у «Газпрома» есть пара перспективных проектов: «Балтийский СПГ» и «Владивосток-СПГ», у «Роснефти» в портфеле – «Дальневосточный СПГ».
Все эти проекты стоят вместе десятки миллиардов долларов, и все они так или иначе предполагали участие иностранных партнеров. То, что СПГ вообще стал упоминаться в санкционном дискурсе, тревожит, говорит Дмитрий Маринченко.
«Зависимость России от западных технологий в этой сфере пока не преодолена, и для России важно, что санкции в итоге не распространились на существующие и потенциальные СПГ-заводы в России», — подчеркивает он.
Правительство РФ занимается вопросом импортозамещения в сфере СПГ, но до независимости здесь еще далеко. Вице-премьер Дмитрий Козак в начале февраля этого года поручил Минпромторгу, Минэнерго и другим ведомствам до 1 июня 2019 года представить в правительство предложения по стимулированию производства СПГ-оборудования.
Потребность в оборудовании оценивается в 198,8 млрд рублей до 2035 года, отбор и подготовка проектов импортозамещения завершится в 2022 году, говорил ранее глава Минпромторга Денис Мантуров.
В четверг первый вице-премьер, министр финансов Антон Силуанов также заявил, что правительство поддержит российские СПГ-проекты, если они попадут под новые санкции США.
«Если вдруг санкционный пакет сработает и заработает, если такие решения будут приняты, и вдруг если иностранные инвесторы будут реагировать на эти санкции, я не исключаю, что наш государственный ресурс, в том числе средства Фонда национального благосостояния, как это было в первый раз, вполне могут быть задействованы», — пообещал он, выступая на Российском инвестиционном форуме в Сочи.
По состоянию на 1 февраля 2019 года в ФНБ находилось 3,9 трлн руб. или $59,1 млрд. Живых денег при этом в фонде было $15,4 млрд, 13,6 млрд евро и 2,6 млрд фунтов стерлингов. Этих средств, учитывая высокую капиталоемкость, на все СПГ-проекты очевидно не хватит. Впрочем, большую часть вложат компании. К тому же в этом году ФНБ пополнится примерно на 4 трлн руб., которые были аккумулированы Минфином в рамках бюджетного правила.
Пока в России надеются, что объявленные санкционные инициативы не будут реализованы, а контрагенты РФ не откажутся от сотрудничества.
По мнению главы Минприроды Дмитрия Кобылкина, «арктический СПГ будет очень долго востребован в мире, потому что он находится в естественном природном морозильнике».
«Я не понимаю, как можно заставить не покупать дешевое сырье. Я не думаю, что есть такие державы, которые могут такими решениями просто остановить развитие промышленности той или иной страны. Это, во-первых глупо, во-вторых, не надо себя тешить амбициозными планами, они заблуждаются», — сказал Кобылкин журналистам.
