«Скопим столько, чтобы 10 лет ничего не делать»

Минэкономразвития исправило макроэкономический прогноз, лишив Россию роста

Бюджетная политика в 2017 году сведет экономический рост к нулю. При этом с 2020 года Минфин предлагает изымать нефтегазовые доходы в резервы при цене нефти более $40 за баррель. Отсутствие экономических реформ и попытка возобновить бюджетное правило приведут к окончательному разложению экономики, считают эксперты.

Бюджет, рассчитанный в условиях плохо поддающихся сокращению военных расходов, не способствует экономическому росту. Это следует из окончательного варианта макропрогноза Минэкономразвития, направленного во вторник в правительство. Ведомство, согласившись после продолжительной борьбы учесть бюджетные параметры по инфляции и курсу доллара на 2017–2019 годы, отстаиваемые Минфином и Центробанком, существенно ухудшило прогноз роста ВВП на всю трехлетку.

Тарифы ЖКХ вырастут медленнее

Самый позитивный результат от пересмотра темпов роста прогнозируемой инфляции (по 4% в 2017–2019 годах) — это замедление роста тарифов.

Как отмечается в макроэкономическом прогнозе, с 2000 по 2015 год тарифы росли темпами, существенно превышающими инфляцию.

Цены на газ выросли в 15 раз (в 2,5 раза больше инфляции), тарифы на электроэнергию и железнодорожные перевозки — в 10 раз (в 1,7 раза больше инфляции), на водо- и теплоснабжение — в 28 раз (в 4,7 раза больше инфляции).

При этом сверхинфляционный рост тарифов не привел к улучшению качества и обновлению коммунальных мощностей, признают в Минэкономразвития: «Сохраняется тренд на старение инфраструктуры. Например, в коммунальном секторе (водоснабжение и теплоснабжение) ежегодные темпы обновления основных фондов составляют лишь 1,5–2% в течение последних десяти лет, что существенно ниже темпов обновления, которые необходимы для устойчивого снижения износа коммунальной инфраструктуры». Поэтому в базовом варианте предлагается установить индексацию тарифов по принципу «инфляция минус».

В 2017–2019 годах индексация цен на газ для всех категорий потребителей составит 3% (инфляция минус 1 п.п.).

То есть Минэкономразвития вернулось к тем же темпам, что закладывались в майских сценарных условиях. Это хорошая новость для населения (ранее хотели увеличить тарифы в 2017 году на 4,9%, в 2018 году — на 4,4%, в 2019 году — на 4,1%) и плохая для остальных потребителей (им предлагались более щедрые условия «прогнозная инфляция минус 2 п.п.» — то есть повышение на 2,9%, 2,4% и 2,1% соответственно).

Тарифы по передаче электроэнергии для населения в 2017–2019 годах будут расти ежегодно на 5%, что значительно хуже сентябрьских предложений (4,9%, 4,4%, 4,1% соответственно). Впрочем, от пересмотра на этот раз выиграли остальные потребители, для которых тарифы будут рассчитываться по формуле «инфляция минус 1 п.п.», то есть будут расти на 3% в год.

Расходы россиян на услуги жилищно-коммунального сектора будут расти по 4% в год, что также ниже сентябрьских предложений (4,9% в 2017-м, 4,4% в 2018-м, 4,1% в 2019-м). Ровно такая же ситуация с ценами на грузовые и пассажирские железнодорожные перевозки — тарифы ежегодно будут поднимать на 4%.

В 2017 году ВВП теперь изменится в рамках статистической погрешности — на 0,2%. В 2018 году ситуация немного улучшится и рост составит 0,9%. И только в 2019 году экономический рост может качнуться в сторону 1,2%.

Отсутствие экономического роста Минэкономразвития увязывает с бюджетной политикой, предложенной Минфином. Для того чтобы сбалансировать бюджет в условиях ежегодного снижения дефицита на 1 п.п., Минфин настоял на неизменности параметров инфляции (4% в год на все трехлетку) и ослаблении рубля с 67,5 руб. за доллар в 2017 году до 71,1 руб. за доллар в 2019 году.

Министр финансов Антон Силуанов еще недавно признавал, что такие прогнозные показатели обеспечивают бюджету около 200 млрд руб. доходов по сравнению с вариантом, дающим больший экономический рост.

Прежний прогноз, который Минэкономразвития предлагало в качестве основного для расчетов бюджета, обеспечивал рост ВВП от 0,8% в 2017 году до 2,2% в 2019 году. Такие показатели достигались при условии постепенного снижения инфляции с 4,9% в следующем году до 4% в 2019 году. Курс национальной валюты, по мнению Минэкономразвития, при этом должен был не ослабевать, а укрепляться — до 62,7 руб. за доллар в 2019 году.

В реальных цифрах макроэкономический спор оказался выражен так. Бюджетные расходы не удалось заморозить на целевом ежегодном уровне в 15,78 трлн руб. в 2017–2019 годах. Расходы бюджета 2016 года, которые все лето правительство готовило к секвестру, увеличились в целом более чем на 300 млрд руб. При этом в этом году на ту же сумму сократились расходы по всем открытым статьям бюджета — социальным и инвестиционным. В результате более 600 млрд руб. были переведены на финансирование гособоронзаказа.

Расходы бюджета 2017 года также не уложились в целевой показатель 15,78 трлн руб. — они составляют 16,2 трлн руб.

Пока Минфин исходит из того, что гособоронзаказ в 2018 и 2019 годах будет сокращаться на 1 трлн руб. в год. Но сигналов о том, что Минобороны согласилось с такой политикой, с Арбатской площади не поступало.

Минэкономразвития в своем последнем варианте прогноза отмечает, что структура расходов при базовом варианте прогноза наименее благоприятная. Все другие сценарии дают меньший объем расходов на обслуживание госдолга и межбюджетных трансфертов в ПФР, ФОМС и ОМС.

Более благоприятная структура бюджетных расходов обеспечивает большие поступления страховых взносов — как считают в Минэкономразвития, высвободившиеся ресурсы могут быть направлены на развитие экономики. В Минфине на это возражают, что достаточный объем средств в государственные фонды будет собран за счет централизации со следующего года администрирования страховых взносов в ФНС.

Отсутствие экономического роста и, как следствие, плохая динамика в промышленности с одновременным отсутствием роста реальных зарплат в прогнозе усугубляется демографическими рисками. Трудоспособное население в 2019 году может сократиться на 225 тыс. человек. А в условиях низкого экономического роста окажется все труднее заместить работников мигрантами — Россия может терять в миграционном потоке около 100 тыс. человек ежегодно. Компенсировать эти потери можно только инвестициями в модернизацию производств для увеличения производительности труда, делает вывод Минэкономразвития.

Сократив инвестиционные расходы с докризисного уровня в 3,5 раза, Минфин построил свою бюджетную политику на предстоящую трехлетку, в том числе и на возобновлении бюджетного правила с 2020 года. Предлагается вариант, при котором нефтегазовые доходы опять начнут поступать в резервные фонды при цене нефти, превышающей $40 за баррель. К этому моменту, правда, будут полностью потрачены накопленные в прежние годы ресурсы Резервного фонда и Фонда национального благосостояния, не связанные с инфраструктурными проектами.

Имеющимися резервами, как и в прежние кризисные годы, Антон Силуанов объясняет незначительное и непропорциональное сокращение необоронных бюджетных расходов.

На 1 октября размер Резервного фонда оценивается в 2,04 трлн руб., а ФНБ — 4,6 трлн руб. По бюджетным проектировкам в 2017 году запланировано использование резервов на сумму чуть менее 2 трлн руб., в 2018 году — 1,2 трлн руб., а в 2019 году уже менее 0,2 трлн руб. То есть в следующем году Резервный фонд будет исчерпан, а для покрытия дефицита федерального бюджета потребуется привлекать уже средства ФНБ, объем ликвидных активов в котором к концу 2019 года составит около 0,8 трлн руб.

В понедельник на общественном совете Минфина, который обсуждал основные направления бюджетной политики, возражения Минэкономразвития были поддержаны лишь ректором РАНХиГС Владимиром Мау. По его словам, «нормальные темпы роста и есть цель бюджетной политики». Мау посоветовал Антону Силуанову не поддаваться на провокации избегать «таргетирования темы роста».

«Раньше мы говорили, что экономика России должна расти на 5% в год. В прошлом году мы говорили — минус 3%, и слава богу, могло быть и минус 5%», — заявил он. Мау считает, что дискуссия о возобновлении бюджетного правила сводится к привычному тезису — «чтобы уходить от реформ, пока есть резервы». По его словам, это гибельно для экономики.

«Идеология обсуждения бюджетного правила: раньше мы скопили, чтобы три года можно было ничего не делать, а сейчас мы скопим столько, чтобы можно было 10 лет ничего не делать и разложить экономику окончательно», — сказал ректор РАНХиГС.

По его мнению, есть только трудный политический рецепт — это уходить от идеологии резерва в идеологию изъятия денег, не связанных с производительностью труда.