В четверг, 18 февраля, Владимир Дмитриев объявил трудовому коллективу банка о своем предстоящем уходе, сообщил «Газете.Ru» источник в правительстве. Эту информацию подтвердили источники и в самом ВЭБе.
В прессе среди наиболее вероятных кандидатов чаще других фигурируют два зампредправления Сбербанка – Сергей Горьков и Максим Полетаев. Первый считается основным кандидатом, поскольку окончил Академию ФСБ. «Пятно» на его биографии — это больше десяти лет работы в структурах Михаила Ходорковского (признан в РФ иностранным агентом и внесен в список террористов и экстремистов) — «Менатепе» и ЮКОСе. Полетаев — кадровый «сберовец», трудится в банке с 1995 года.
Высокопоставленный сотрудник правительства не исключал, что на пост главы ВЭБа могут выдвинуть и самого главу Сбербанка Германа Грефа, но потом сказал, что это шутка. На данный момент, по неофициальной информации, Греф может войти в наблюдательный совет ВЭБа, который возглавляет премьер-министр Дмитрий Медведев.
Среди других возможных кандидатов стоит выделить заместителя Дмитриева — Петра Фрадкова, занимающего также должность генерального директора Российского экспортного центра. Но его шансы, судя по утечкам из властных кабинетов, невелики.
В то же время нельзя забывать, что кадровое решение будет принимать президент Владимир Путин, а он, как известно, любит преподносить сюрпризы.
Кто бы ни занял место Владимира Дмитриева, ему придется решать много проблем. Главная из них — это высокий уровень долговой нагрузки и грозящие стать хроническими убытки.
По итогам 2014 года (по МСФО), его убыток составил 249,656 млрд руб., за первое полугодие 2015 года — 73,491 млрд руб. Объем кредитного портфеля на 30 июня 2015 года — 2,864 трлн руб. По расчетам самого банка, в 2016–2017 годах ему надо погасить примерно $2,8 млрд. Рефинансировать эти долги из-за антироссийских санкций ВЭБ не может.
Заместитель председателя ВЭБа Сергей Васильев в интервью «Газете.Ru» так пояснял причины проблем, с которыми столкнулся банк: «В той модели, которая была до недавнего времени, в работе с ВЭБом были большие плюсы. Это сразу повышало статус проекта и открывало доступ к западному финансированию. Сейчас со второй частью большая проблема, и во многом именно с этим связан текущий кризис ВЭБа. Значительная часть проектов была основана на трансфере западных технологий, поскольку, например, собственное машиностроение находится в плохом состоянии. А там если приобретается немецкое оборудование, то эту сделку кредитует немецкий банк. Если этих кредитов нет, то приходится покупать за наличные с привлечением более дорогого российского финансирования. И экономика проектов значительно ухудшается. Для нас болезненным было не только закрытие внешних рынков, но и девальвация рубля. Я скажу больше:
не было бы падения цен на нефть и девальвации, не было бы больших проблем».
В январе этого года на форуме в Давосе Владимир Дмитриев просил «главного акционера» не допускать «преддефолтных ситуаций» и решать проблемы ВЭБа «не ситуативно, под воздействием нынешних конъюнктурных обстоятельств, а системно… искать или определять фондирование на системной устойчивой основе, на льготных началах».
Правительство с прошлого года пытается найти способ, как помочь ВЭБу, при этом не слишком сильно повысив нагрузку на бюджет. Одним из наиболее приемлемых механизмов выступает докапитализация банка за счет выпуска ОФЗ. Сумма, которую в идеале хотел бы получить ВЭБ, составляет 1 трлн руб. и выше. Но столько ему сейчас вряд ли дадут, даже в виде ОФЗ — ситуация с ценами на нефть и доходами бюджета к этому совсем не располагает.
Федеральный чиновник рассказал «Газете.Ru», что сумма поддержки ВЭБа в этом году не превысит 150 млрд руб.
Эта сумма может стать частью так называемого антикризисного плана правительства. Документ рассматривался на заседании кабинета министров в четверг, 18 февраля, и был отправлен на доработку. Новый срок обозначен как 25 февраля.
Стоит также отметить, что с большой долей вероятности ВЭБ ждут реформы при новом руководителе. Тем более о необходимости «чистки» институтов развития говорил в декабре прошлого года президент Владимир Путин.
«Скажем прямо, многие из них, к сожалению, превратились в настоящую помойку для плохих долгов. Нужно провести их расчистку, безусловно, оптимизировать структуру и механизмы этой работы», — сказал глава государства.
