— Что означают для Nissan недавние перестановки в руководстве? С 1 апреля Карлос Гон покинет пост президента и старшего исполнительного директора Nissan для того, чтобы сосредоточиться на задачах по развитию недавно приобретенного бренда Mitsubishi.
— На самом деле это обстоятельство не принесет многих изменений. Гон сохранит пост председателя совета директоров Nissan, он по-прежнему будет занимать пост гендиректора в Renault и возьмет на себя руководство Mitsubishi. Таким образом, на его плечах будет лежать синергетическое развитие трех брендов, которые теперь сосуществуют вместе. Гон будет больше вовлечен в процессы, происходящие в Renault, но и от руководства в Nissan никуда не уйдет. Разве что не будет вдаваться в ряд деталей. Но я уверен, что мы по-прежнему будем чувствовать его полноценное присутствие.
— Какого эффекта и каких последствий нам следуют ожидать от сотрудничества Nissan и Mitsubishi?
— Если заглянуть немного назад, в совместное прошлое Renault и Nissan, то можно понять, как будет развиваться альянс с Mitsubishi.
Мы ждем синергетического эффекта при разработке новых продуктов, в закупках, в производстве, в географическом плане.
— То есть в будущем мы можем, к примеру, говорить о создании общих платформ и других совместных разработок?
— Да, именно так. И работа над этим происходит прямо сейчас. На производственном уровне результаты мы увидим чуть позже. Но уже совсем скоро последует эффект от принимаемых решений.
— Как это сотрудничество будет работать на локальном уровне? Вы изучаете ситуацию в каждой стране, где представлены марки Nissan и Mitsubishi, и планируете их совместную работу? В России, к примеру, есть заводы и у Nissan, и у Mitsubishi…
— Да, именно так. Это обычная практика. Что касается отдельных регионов, в том числе России, то я не могу вдаваться в детали. Но на региональном уровне будут в целом проходить те же процессы, что и на глобальном. Возьмем любое предприятие Mitsubishi, которое производит автомобили. Мы оцениваем, на каком уровне жизненного цикла находится та или иная модель, и сопоставляем ее с тем, что есть у Nissan. Смотрим, как коррелируют эти продукты. И в первую очередь мы оцениваем то, как можно объединить эти два продуктовых направления. И только потом мы думаем о заводах.
То есть сначала должен быть составлен продуктовый план и только потом — промышленный. Мы не можем просто взять автомобиль Nissan и начать собирать его на мощностях Mitsubishi.
— Несколько последних лет в Nissan часто жаловались на российских поставщиков. То качество подведет, то цена выше, чем у иностранных аналогов, даже с учетом растаможки. Как в таких условиях вы намерены углублять этот показатель локализации?
— Работа по повышению уровня локализации зависит от обязательств, которые взял на себя производитель. У консорциума, в который в России входит Nissan, уже достигнут высокий уровень локализации.
Но сейчас в России действуют такие налоги и такое законодательство, которые не вызывают желания повышать этот уровень локализации, и в целом это тормозит развитие автопромышленности.
А продуктовый план в России заметно изменился после обвала рубля.
И сегодня мы его пересматриваем как для Nissan, так и для Datsun…
— Под давлением с точки зрения законодательства вы имеете в виду прекращение действия постановления №166 о промсборке? Представители Nissan уже много раз говорили о необходимости его продления….
— Да, и продолжаем так считать — действие постановления о промсборке должно быть пересмотрено, потому что его прекращение сильно ударит по рынку.
Сейчас постановление №166 вместе с рядом мер господдержки стимулируют рынок. Именно в этом заинтересовано государство: в развитии индустрии в России и поддержке автоотрасли. Будет здоровый рынок — производители будут инвестировать. В нынешних условиях, когда предпринимателям так важно чувствовать стабильность и уверенность в рынке, нельзя принимать резких решений, которые могут отразиться на их инвестиционной политике. Поэтому прекращение срока действия постановления №166 и отсутствие подходящей альтернативы негативно влияют на развитие автомобильной отрасли.
— Но ведь когда подписывалось это постановление, его участники знали, что оно истекает в 2019–2020 годах. Никакой неожиданности в этом нет.
— Но тогда обстоятельства были совсем другие. Условия на рынке изменились невероятным образом.
— А еще у нас есть Всемирная торговая организация (ВТО), которая строго следит в том числе за таможенно-тарифной политикой стран. Ведь истечение соглашения о промсборке главным образом означает возврат к уплате таможенных пошлин за ввоз нелокализованных комплектующих.
— Если это постановление прекратится и ему не будет никакой замены, тогда мы и посмотрим, что будем делать в такой ситуации. Рынок внесет свои коррективы.
— Может быть, получится пригласить в Россию новых производителей комплектующих?
— Поставщикам нужны серьезные аргументы для того, чтобы они согласились инвестировать в Россию. Кроме того, глобальным поставщикам нужны объемы — все это взаимосвязано с тем, о чем мы говорили выше.
— На Женевском автосалоне традиционно было представлено много новых прогрессивных технологий — электрокары, автомобили на водороде, гибриды, беспилотники и многое другое. Но пока получается, что не все из этого актуально для России. Какие из новых направлений, новинок будут интересны именно для российского рынка?
В Женеве мы показали автомобили, которые для нас олицетворяют будущее (в частности, Nissan Qashqai. — «Газета.Ru»). Пока между продуктами, которые представлены в Западной Европе и в России, действительно существует большая разница. Но, в конце концов, все эти технологии придут и в Россию. Отличие России еще и в том, что здесь у нас есть бренд Datsun, который нацелен на другую аудиторию. Но в целом и направление электрокаров, и беспилотных технологий эволюционирует очень быстро. К примеру, мы уже пришли в массовый сегмент со своим электрокаром Leaf, новое поколение которого будет представлено уже в этом году.
— От чего будет зависеть развитие этих технологий в России?
— Есть два основных обстоятельства. Во-первых, это погодные условия, адаптация под которые потребует отдельных технологий и, соответственно, инвестиций. Во-вторых, российское правительство очень много говорит о необходимости развития инфраструктуры для электрокаров в Москве, Санкт-Петербурге и других городах. И это действительно поддержало бы рынок. К примеру, в Великобритании при покупке электрокаров выделяются огромные субсидии — как прямые, так и косвенные, в виде налоговых послаблений. То же самое касается и автономного вождения: страны разными способами привлекают инвестиции, чтобы создать необходимую базу. Поэтому если у вас не делается ничего подобного, то технологии утекут куда-то еще, в другие страны.
— Каковы ваши прогнозы по российскому авторынку?
— 2017 год будет примерно схож с тем, что мы видели в 2016-м. Курс рубля кажется стабильным. Если эта стабильность сохранится, то рынок будет расти. Должна произойти настоящая перезагрузка.
Напомним, что ранее глава альянса Renault–Nissan Карлос Гон объявил о покупке 34% вновь выпущенных акций компании Mitsubishi Motors. Сумма сделки, которая будет закрыта до конца года, составит $2,18 млрд. По ее итогам Nissan станет крупнейшим акционером конкурента. Как сообщил австралийский Motoring, журналист которого пообщался с новым операционным директором Mitsubishi Motors Corporation Трэвором Манном, следующие Mitsubishi Pajero и Nissan Patrol будут построены на общей платформе.
