Первое в России женское ралли на классических автомобилях. Суббота, 24 июня. Плюс 32 по Цельсию в тени. Ралли раритетов в Москве последнее время стабильно везет на погоду: то ураган, то адское пекло. Для механизмов с биографией, часто рассчитанных на пробежки по гравию английских усадеб, — настоящее испытание. В этот день все было как у взрослых: один из раритетов закипел уже на старте, у Аниты Цой по пути что-то оторвалось, говорят, карданный вал, и эвакуатору выпало сделать благое дело.
Хотя раллийные check-пойнты и были, в таких метеоусловиях обсуждать, кто первый, кто последний, как-то неудобно. Добрались — уже спасибо.
Перед ралли кавалькада машин-участниц продефилировала по Садовому. Среди них обнаружились «пагода» — Mercedes 200SL 1970 года, «Кадиллак де Вилль» 1976 года (пилотируемый художницей Юлией Эфрусси — супругой Эфрусси де Ротшильда), нежно-голубой Jaguar XK 140 с Викторией Агаповой с «Серебряного дождя». Наблюдались Bentley S1, три «корвета» 1960 и 1964 годов, пафосный двухцветный Jaguar Mark IX, резко отличавшийся от своих изящных приземистых собратьев чопорными чертами. Как обычно, нижняя планка — 1970 год, но вне зачета пробились и несколько юниоров плюс белый эклектический новодел под старину, которому еще лет 40 нужно ждать своей раритетности. Авто участниц в основном были предоставлены автоклубами. Закрадывается вопрос: при чем тут прекрасный пол?
Несмотря на культурный слой анекдотов на тему «дама за рулем», тень женщины в автоистории всегда присутствовала.
Так, Луиз Сарацин оказалась крестной мамой серийного французского автомобилестроения: в приданое невесты Эмиля Левассора входил патент на двигатель «Даймлера», без которого трудно представить первые Panhar-Levassor и Peugeot. Имя дочки дипломата и автоинвестора графа Елинека стало брендом эталонной машины начала XX века. Говорят, через несколько лет папа Елинек даже обратился к австрийскому императору с просьбой изменить его графскую фамилию на Елинек-Мерседес (к древнему богемскому имени добавить имя машины — неслыханно). Секретарша главы Британского автоклуба Элеонор Торнтон позировала для фигурки «летящей леди», украсившей Rolls-Royce, а прима Парижской оперы Люсьен Марадон вдохновила супруга дизайнера Фламинио Бертони на грациозный силуэт и на манеры его Citroen-«богини» (меняя дорожный просвет, авто словно вставало на пуанты).
Ну и конечно, женщина — наиважнейшая «деталь» в любом автобуме: машина, в отличие от коня, идеальный боливар для двоих, наверное, поэтому мужчины без ума и от женщин, и от машин.
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"incutNum": 1,
"repl": "<1>:{{incut1()}}",
"type": "129466",
"uid": "_uid_683490_i_1"
}
Так или иначе, а в буме авторетро приятно сочетание элитарности с относительной доступностью.
Пока все организуется так, что антикварные игрушки не просто оседают в частных замках, а дефилируют на вполне публичных ралли и смотрах, по ходу украшая пространство.