Мечты о мирном атоме
В 1976 году Ирак заключил с Францией соглашение о кооперации в ядерной сфере и приобрел у нее 40-мегаваттный исследовательский ядерный реактор типа «Озирис», названный в иракском варианте «Озирак». Споры о том, действительно ли Саддам Хусейн загорелся идеей научных исследований, или у него была какая-то другая цель, не утихают до сих пор.
С одной стороны, главный конструктор Ив Жирар при проектировании реактора постарался сделать так, чтобы нарабатывать на нем оружейный плутоний было максимально тяжело. С другой, до соглашения с французами Саддаму отказали в просьбе о реакторе в СССР, после того как иракский лидер отверг идею контроля над программой со стороны МАГАТЭ — организации, которая следит, чтобы мирный атом оставался мирным. В итоге на контроль МАГАТЭ Саддам все-таки согласился по требованию французов, но американские власти опасались, что иракцы сумели свести действительные меры контроля к фикции.
Этот спор атомщиков был не очень актуален на фоне других соображений, которые волновали соседние страны. Ирак был одним из крупнейших экспортеров нефти в мире и в ядерной энергии отчаянной нужды не испытывал. В чем тогда Ирак нуждался, так это в оружии из-за непрерывных войн. Саддам поклялся уничтожить Израиль и мечтал отнять у Ирана выход к морю и нефтеносные районы, а потому его соседи в мирные иракские намерения не верили, — особенно после того, как после Исламской революции Саддам начал против Ирана войну.
В сентябре 1980 года иранские истребители F-4 Phantom атаковали все еще строящийся реактор под Багдадом и попытались его уничтожить. Однако они использовали для этого слишком легкие 230-килограммовые бомбы, из которых большинство не попали в цель. Ремонт после этих повреждений занял три месяца, после чего строительство продолжилось.
Через полгода, за пару месяцев до того, как реактор был готов к работе, он был вновь разбомблен с воздуха и, на этот раз, полностью уничтожен. Сделали это израильские ВВС в ходе беспрецедентно дерзкой операции «Опера».
Пикирующие бомбардировщики
Около трех часов дня 7 июня 1981 года восемь новейших израильских истребителей F-16 и шесть F-15 проходили последние предполетные проверки на авиабазе Эцион. Тяжелые F-15 должны были прикрывать атакующие силы от иракских самолетов, тогда как ударная роль отводилась F-16. Этот самолет настолько маленький и легкий, что летчики, по ощущениям, скорее «надевают» его, чем садятся в кабину. Тем не менее в тот день каждая машина несла по три внешних бака с топливом и две однотонных неуправляемых бомбы Mk-84. Истребители взлетали с перегрузом и были вынуждены использовать для разбега всю длину полосы.
До этого израильская авиация несколько месяцев прощупывала юго-западные границы Ирака и проверяла реакцию противовоздушной обороны. Тогда удалось выяснить, что на протяженной границе с Саудовской Аравией у иракских радаров есть слепая зона, и что в целом силы ПВО в этом районе ослаблены из-за идущей на востоке войны с Ираном. Вдобавок, в апреле иранские «Фантомы» учинили разгром на иракской авиабазе H-3, поразив там три десятка истребителей и бомбардировщиков. Она была расположена ближе всего к Израилю, и после атаки на нее Ирак лишился как значительной части воздушного прикрытия, так и возможности нанести серьезный ответный удар по еврейскому государству.
Согласно плану операции «Опера», ударной группе израильских самолетов предстояло не лететь к реактору по прямой, а сделать крюк на юг. При этом требовалось нарушить воздушные границы как Иордании, над которой израильтяне притворялись заблудившимися саудовскими пилотами, так и над Саудовской Аравией, где радиопозывные сменились на иорданские.
Войдя в иракское воздушное пространство со стороны Аравии, ударная группа разделилась. Несущие бомбы F-16 и два F-15 снизились до 30-метровой высоты и направились к реактору, а оставшиеся четыре F-15 рассредоточились в качестве отвлекающих сил и резерва на случай начала серьезного воздушного боя.
Ударная группа прошла под лучами радаров, скрывшись за рельефом местности, и в 18:35 достигла цели и вышла на боевой курс. Хоть F-16 и задумывался как легкий дневной истребитель, на него устанавливали современные бомбовые прицелы с баллистическим компьютером. При работе с ним в режиме постоянного расчета точки попадания (CCIP) летчик видит на индикаторе на лобовом стекле прицельную марку (кружок), которая указывает, куда на земле упадет бомба, если сбросить ее в данный момент. В большинстве случаев эту марку видно лишь при пикировании (иначе она находится под самолетом, за границей экрана), так что бомбить израильским летчикам предстояло, как в фильмах про Вторую мировую — падая носом прямо на цель.
Завидев на горизонте купол реактора, F-16 взмыли вверх на двухкилометровую высоту и стали готовиться к пикированию, идя колонной с интервалом в пять секунд. Их встретил огонь зенитных пушек, но попасть из них по реактивному самолету на такой высоте, не имея радарного прицела, — задача почти невыполнимая. Иракцы с ней не справились.
Пикируя на цель, самолеты один за другим сбрасывали бомбы на купол реактора и поворачивали назад. Сохранилась снятая из кабин видеозапись атаки, и на ней видно, что как минимум некоторым летчикам пришлось сбрасывать бомбы в ходе резких маневров, и наложить прицельную марку на цель им удалось лишь в последний момент.
1. Купол ядерного реактора (цель)
2. Индикатор вектора скорости самолета
3. Расчетная точка падения бомбы
Ближе к концу атаки вслед за израильскими самолетами начали лететь ракеты ПЗРК «Стрела-2», но ни одна из них не попала в цель. Когда ударная группа направилась обратно в Израиль, навстречу ей вылетели истребители для перехвата преследующих иракских самолетов, и поисково-спасательные вертолеты для помощи сбитым летчикам, но ни тем, ни другим работы не нашлось.
Казнить всех офицеров
По подсчету израильских ВВС, как минимум 8 из 16 сброшенных бомб попали прямо в купол. Реактор лежал в руинах и не подлежал ремонту, его можно было лишь построить заново. Погибли 10 иракских солдат и французский инженер Дамьен Шоссепье, — его семье Израиль согласился выплатить компенсацию.
Эту дерзкую израильскую атаку, как и в прежние разы, встретил хор возмущенных голосов в ООН. Совбез единогласно принял резолюцию 487, которая характеризовала операцию «Опера» как вооруженное нападение, решительно осудила ее и потребовала от Израиля выплатить компенсацию. Премьер-министр Великобритании Маргарет Тэтчер заявила, что вооруженное нападение не может быть оправдано ни при каких обстоятельствах, а президент США Рональд Рейган в личном дневнике ругал израильское руководство и назвал атаку ошибкой.
Как и в прежние разы, Израиль эта риторика не слишком задевала, и тем более он не собирался платить Ираку деньги.
Но эта буря возмущения не могла сравниться с яростью Саддама. На следующий день после атаки он приказал публично повесить полковника Фахри Хусейна Джабера, главу Западной зоны противовоздушной обороны Ирака, и всех его подчиненных в звании выше майора. Еще 23 офицера, в том числе летчики, сели в тюрьму.
С этой израильской атакой также связаны два курьеза. Во-первых, с точки зрения Ирана, Израиль — это нелегитимное сионистское образование, которое оккупировало палестинскую землю и должно быть уничтожено. Тем не менее именно Иран передал Израилю сделанные с собственных самолетов фотографии реактора, без которых спланировать атаку было бы намного сложнее. Больше того: иранцы пообещали предоставить израильтянам запасной аэродром в Тебризе на случай, если им потребуется аварийная посадка. Видимо, саддамовской атомной бомбы аятоллы боялись больше, чем попрания исламских земель ненавидимыми ими сионистами.
Во-вторых, когда самолеты взлетали с авиабазы Эцион, они пролетали над прибрежными районами залива Акаба. В этот же момент в нем на яхте плавал Хусейн ибн Талал, король Иордании. Он сам был военным летчиком, и потому идущий над морем воздушный караван сразу привлек его внимание. Он сопоставил факты: израильские опознавательные знаки, огромный запас топлива для дальнего полета, массивные бомбы для поражения укрепленных целей, полет на юго-восток в зону, где иракская ПВО слабее всего. Имея на руках эти данные, мудрый король догадался, куда израильтяне летят, и немедленно отдал приказ предупредить иракцев об атаке на реактор. По неизвестной причине в Ираке это сообщение затерялось и дошло до Саддама слишком поздно.
Остатки реактора «Озирак» сравняла с землей американская авиация во время операции «Буря в пустыне» 1991 года.
