Директор Эрмитажа Михаил Пиотровский высказал предположение, что похищениями из «Русского отдела» возглавляемого им музея занимались не одни только супруги Завадские. «Только с помощью семейного вытаскивания вещей такие вещи не происходят, — сказал Пиотровский «Эху Москвы». — Эти пропажи шли в течение нескольких лет, мы ничего не знали. Есть ощущение, что кто-то другой знал».
Одновременно директор Эрмитажа обратил внимание на почерк неизвестных преступников, которые среди прочих похищали малоценные экспонаты. «Специалист так не набирал бы, — считает Михаил Пиoтровский. — Среди похищенных вещей есть вилки, ложки и даже поддельные фигурки Фаберже, которые хранились, чтобы студентам показывать, какие подделки бывают».
Оба высказывания подтверждают информацию «Газеты.Ru», опубликованную ранее.
Так, по версии участников расследования, красть экспонаты Эрмитажа придумал друг семьи Завадских — 38-летний бывший сотрудник Госуниверситета физкультуры имени Лесгафта (ныне доцент СПбГУ) Иван Соболев. В 1987 году он, как уверяет теперь на допросах его бывший коллега Николай Завадский, склонил к воровству сотрудницу музея Ларису Завадскую, а та привлекла к сбыту предметов своего супруга. Хранительница выносила из музея экспонаты, а Николай Завадский сбывал их в петербургских ломбардах. При этом хранительница музея, трезво оценивая опасность разоблачения, воровала, в основном, те вещи, отсутствия которых в фонде могли не заметить даже при внезапной проверке. Вырученные от продажи этих предметов деньги были настолько малы, что не позволили Завадским выбраться из петербургской коммуналки, и тратились в основном на еду и одежду, сообщил Николай Завадский на допросах.
Так продолжалось до октября 2005 года, когда в фонде «Русская культура» началась проверка. По словам Николая Завадского, его супруга была потрясена известием о настоящем количестве украденного: помимо вынесенных ими 53 предметов пропали еще 168 куда более ценных. Как считают защитники Николая Завадского, одновременно с его женой из фондов выносил экспонаты кто-то еще, причем эти похитители действовали по-крупному: не стесняясь, крали драгоценные иконы и чаши.
«Если пару таких продать, то человек может потом жить на Канарских островах и не таскать всего остального», — отметил директор Эрмитажа Михаил Пиотровский.
«Тут должно быть много ниточек, которые следствие, надеюсь, распутает», — отметил директор Эрмитажа.
Таким образом, на сегодняшний день существуют две версии случившегося. Либо семья Завадских виновна в краже мелких предметов, а особо ценные вещи выносил кто-то другой, о ком Завадские не знали. Либо Николай Завадский лукавит, и все пропажи целиком на совести его семьи. Тем более, главный свидетель — Лариса Завадская — мертва, и рассказать о том, кто помимо нее заходил в хранилище, указав таким образом на второго вора, не сможет.
Правоохранители пока склоняются в пользу второй версии. Так, например, похищенный серебряный потир стоимостью в $3 тыс. известный в городе антиквар Максим Шепель, по его словам, приобрел в ломбарде «Антикс» на улице Ленина, куда сдавал ворованное Завадский.
Кроме этого, в субботу хозяин комиссионного магазина сдал в милицию крест-мощехранительницу XVIII века (стоимость 300 тыс. рублей) и сообщил, что предмет продал ему не кто иной, как Николай Завадский. Причем до него тот же крест пыталась сбыть его супруга Лариса. Согласно залоговому билету, этот предмет был сдан Николаем Завадским в магазин 12 августа 2005 года. За золоченый крест весом 632 грамма он получил 20 тысяч 2 рубля 80 копеек, сообщает «Фонтанка.Ru».
«Это говорит о том, что даже в момент инвентаризации фондов из Эрмитажа выносились и продавались экспонаты. Кроме того, есть показания граждан, передавших крест правоохранительным органам. Видно, что не только Завадский, но и его супруга неоднократно приходили и приносили вещи, однако в некоторых случаях просто не договаривались о цене», — сообщил начальник антикварного отдела угрозыска Санкт-Петребруга Владислав Кириллов.
Как писала «Газета.Ru», дирекция Эрмитажа обнародовала данные о массовой краже у себя в запасниках в конце июля. Комиссия выявила пропажу 221 предмета из «Русского отдела» музея. Примерная стоимость украденного – 130 млн рублей. После скандального заявления дирекции и объявления о начале официального расследования российские антиквары – гласно и анонимно – стали сдавать приобретенные ими предметы из Эрмитажа. На данный момент возвращено 17 пропавших экспонатов.
По факту пропажи возбуждено уголовное дело по ч. 4 ст. 158 УК РФ (кража в особо крупных размерах). Дело расследует петербургская милиция, работу которой контролирует Генпрокуратура России. Обвинения предъявлены двум жителям Санкт-Петербурга — преподавателю Академии физкультуры им. Лесгафта Николаю Завадскому и его бывшему коллеге Ивану Соболеву. Задержаны также сын хранительницы, Николай Завадский-младший, чья роль в преступлении пока не выявлена, и предполагаемый посредник — петербургский антиквар Максим Шепель (он по-прежнему находится в тюремной больнице имени Гааза с травмой глаза и в реактивном состоянии).
Сотрудников отделов Эрмитажа, в которых произошли хищения, ждут штрафы, сообщил Михаил Пиотровский.
«Эти наказания станут следующим этапом после строгих выговоров, вынесенных главному хранителю музея, заведующему «Русским отделом» и всем хранителям, которые были ответственны за это хранилище», — сказал директор крупнейшего российского музея, также получивший выговор от главы Роскультуры Михаила Швыдкого.
Агентство, впрочем, отказалось поднимать вопрос об увольнении Пиотровского, да и сам директор Эрмитажа заявил, что не намерен уходить в отставку: «Сам в
отставку я подавать не буду, не дождетесь. Из этой ситуации мы должны
выкарабкиваться все вместе».
