Верховный комиссар ООН по правам человека Луиза Арбур прибыла в Беслан в среду утром. Ее день начался с посещения мемориального кладбища погибших во время теракта в Беслане 1–3 сентября 2004 года. По признанию Арбур, несмотря на то что она не раз видела эти кадры, увиденное ее потрясло. Затем верховный комиссар ООН вместе с представителями североосетинского правительства направилась в разрушенную бесланскую школу №1. После осмотра школы Арбур выехала во Владикавказ, где вместе с сопровождающей ее председателем комиссии по правам человека Эллой Памфиловой провела встречу с женщинами из комитета «Матери Беслана». О подробностях встречи «Газете.Ru» рассказала председатель комитета Сусанна Дудиева. — Как женщины мы сразу поняли друг друга. Вначале она выглядела очень расстроенной, говорила, что увиденное в Беслане уму человека непостижимо, – рассказала Дудиева.
— Мы говорили с ней о терроризме, о том, что политика российской центральной власти не препятствовала, а порой и способствовала развитию терроризма в стране, — сказала председательница «Матерей Беслана». — Но никакая идеология независимости не стоит жизней детей и даже жизней террористов. И мы сказали ей, что мы противопоставляем идеологии терроризма идеологию матери.
На встрече с Луизой Арбур зашла речь о действующем в России моратории на смертную казнь. Как известно, во Владикавказе ожидают решения суда по приговору Нурпаши Кулаеву, единственному выжившему участнику захвата бесланской школы. Комитет «Матерей Беслана» потребовал для обвиняемого смертной казни и в связи с этим обратился ко всему российскому народу с предложением о проведении референдума по вопросу временного приостановления моратория. — Мы сказали госпоже Арбур, что это не потому, что мы такие кровожадные, а потому, что считаем: именно для террористов наказание должно быть адекватным, потому что это идеология убийства. В ответ госпожа Арбур просила нас понять, что действующие законы несовершенны, и если мы будем требовать отмены моратория, то в случае ошибки исправить ее уже будет нельзя. Но если есть мораторий на смертную казнь, то почему нет моратория на истязания над детьми?
По словам Сусанны Дудиевой, в наиболее эмоциональные моменты беседы Луиза Арбур также не могла сдержать слез и плакала вместе с бесланскими женщинами. — Вообще-то мы понимали, что ей как женщине все это будет тяжело, и не хотели ее травмировать, но когда кто-то из бывших заложников начал вспоминать те дни, плакали все вместе. Было видно, что она очень умная, душевная женщина. Ведь мы за это время уже научились различать людей. Чем больше будет таких людей, тем легче будет бороться со злом. Ее миссия — это бороться за права человека, это ее путь, а наш путь — это наказать всех виновных, бороться за то, чтоб жертвы бывших терактов не были напрасны, чтобы из Беслана были извлечены все уроки. Если для нее это предназначение, то для нас это вызов жизни, сама жизнь. Мы сказали, что должны вместе менять этот мир.
В ответ верховный комиссар пообещала взять под личный контроль ситуацию вокруг Беслана в отношении нарушений прав человека и пообещала оказывать всяческую помощь. «Теперь я уже тоже одна из вас, поскольку соприкоснулась с вами», — сказала бесланским матерям посланница ООН.
По окончании встречи «Матери Беслана» передали Элле Памфиловой письмо для Владимира Путина, в котором говорилось о провале расследования.
«Это письмо от тех, кто встречался с президентом 2 сентября. О ситуации в Беслане через полгода, о том, что обстановка не изменилась, что прокуратура придерживается того же сценария, тех же установок. Что группа Колесникова (замгенпрокурора Владимир Колесников. – «Газета.Ru») ничего нового не раскрыла», — сказала Дудиева.
По словам Дудиевой, Памфилова пообещала лично отнести письмо Владимиру Путину. В том же письме, по словам Дудиевой, содержится ряд ходатайств о привлечении к уголовной ответственности нескольких высокопоставленных североосетинских и федеральных чиновников. Это, в первую очередь, экс-президент Северной Осетии Александр Дзасохов, экс-начальник республиканской ФСБ Валерий Андреев, возглавлявший оперативный штаб в дни теракта, и начальник Центра специального назначения ФСБ Александр Тихонов. — С Кулаевым все ясно, но теперь будем привлекать к ответственности членов штаба и других виновных в трагедии. Сейчас нам предстоят еще долгие судебные процессы, начинается самый трудный этап. Мы солидарны с «Голосом Беслана» в тех акциях, которые они проводят, но считаем, что пока еще не исчерпаны все другие рычаги действия. Но если нам придется добиваться правды другими способами, то будьте уверены: мы не остановимся. Все, чего мы хотим, это добиться правды, — подчеркнула Дудиева.
После встречи с «Матерями Беслана» Луиза Арбур встретилась с главой Северной Осетии Таймуразом Мамсуровым. Арбур упомянула о встрече с женщинами из Беслана. «На меня произвело большое впечатление их мужество и решимость, желание внести свой вклад в то, чтобы такие вещи не повторялись, и я надеюсь, что их голос будет услышан», — сказала верховный комиссар ООН.
Уже у Дома правительства во Владикавказе к Арбур подошли женщины из комитета «Голос Беслана». Они критикуют власти гораздо смелее, чем встретившиеся с комиссаром ООН «Матери Беслана».
Именно представительницы «Голоса Беслана» больше недели голодали в знак протеста против поспешного завершения суда над Кулаевым. Случайно или нет, но встретиться с Арбур в Беслане у них не получилось, хотя они пытались связаться с комиссаром через правозащитницу Людмилу Алексееву. «Нас никто не известил о том, как будет проходить ее визит в республику, — пожаловалась «Газете.Ru» председатель «Голоса Беслана» Элла Кесаева. — Поэтому мы дождались ее у Дома правительства во Владикавказе и подошли к ней». По словам Кесаевой, они с Арбур говорили минуты две. «Мы надеемся на нее. Надеемся, что дело сдвинется с мертвой точки. Мы добьемся того, что на месте Кулаева появятся новые лица», — сказала глава «Голоса Беслана».
