Маленькое черное платье, красный жакет с черной подкладкой и алый берет с эскизов Скьяпарелли были признаны чуждыми советской женщине.
Главная соперница Шанель уезжала из России обескураженной.
Это одна из трех историй, рассказанных редактором международного журнала Fashion Theory Джурджей Бартлетт на открытии выставки «Мода и социализм» и презентации одноименного издания — третьего номера научно-популярного альманаха «Теория моды». На церемонии открытия выставки своими субъективными впечатлениями о модной реальности Советского Союза делились искусствовед Общесоюзного дома моделей «Кузнецкий Мост» Алла Щипкина, художник и собиратель винтажной одежды Петлюра и модельер Ирина Крутикова, президент Международного фонда развития моды, чья карьера начиналась и достигла вершин в советские годы. Журналист и культуролог Ян Левченко, автор одного из материалов альманаха, предавался воспоминаниями о своих взаимоотношениях с фетишем советской молодежи 70-х — джинсами. Среди гостей, которых попросили прийти в винтажных нарядах 70–80-х, блистала вездесущая шляпница Виолетта Литвинова в костюме и шляпе собственного изготовления.
В течение пяти летних дней 1959 года избранные счастливицы могли воочию увидеть коллекции Christian Dior.
Дом к тому времени уже возглавил Ив Сен-Лоран. Всего через пару десятков лет, в 1986-м, выставка его платьев ненадолго займет Зимний дворец, но им будут уже не рады. «Сегодня мода в Эрмитаже, а завтра рок-концерт в филармонии», — ворчливо зашелестят советские газеты. Этими двумя датами ограничен временной охват экспозиции.
Размах выставки сравним с ассортиментом советских магазинов одежды: несколько платьев, жакетов и куртка, сиреневый платочек с люрексом, пара кримпленовых юбок и невзрачная сумочка Chanel. На стенах иллюстрации журналов «Мода» и «Силуэт», эскизы художников-модельеров Общесоюзного дома моделей одежды. На экране телевизора сумбурный фильм, смонтированный из кинохроники советских показов мод.
Куратор выставки искусствовед Юлия Демиденко призналась, что из многих предложенных вариантов экспозиции редакцией журнала был выбран неожиданный, с рабочим названием «Дешевый шик импортных вещей». Тот самый вожделенный импорт, закупаемый в странах соцлагеря на нефтедоллары в соответствии со вкусовыми предпочтениями чиновников из министерств внешнеэкономических связей, исполнявших роль байеров громадного громадного «бутика» размером с государство, и был самой-самой модной одеждой на протяжении десятилетий.
Словосочетания «гэдээровский трикотаж», «югославские сапоги», «босоножки ЦЭБО» заменяли советским женщинам имена домов моды и актуальные тенденции, о которых в союзе имели весьма смутное представление.
Советские журналы о моде ценились только из-за приложений с выкройками. Иконами стиля и примерами для подражания являлись советские актрисы, а также жалкие обрывки западной массовой культуры: фотографии солисток ABBA и Мирей Матье, разрешенные фильмы и рассказы тех немногих, кому посчастливилось съездить в загранкомандировку. Нелегальным источниками модных новинок были фарцовщики и портные, работавшие на дому. Героиня другой истории — Джурджи Бартлетт, феминистка с коммунистическими взглядами — была поражена поведением делегации советских женщин, прибывших в Великобританию в 1975 году.
Элизабет Уилсон и ее подруги предвкушали долгие разговоры о всемирной борьбе женщин за свои права, но оказалось, что советских дам в Лондоне интересует только шопинг.
Экспозицию «Мода и социализм» завершает фотография Энне Бурда, сделанная во время ее визита в Москву в 1987 году, и первый номер журнала Burda Moden, переведенный на русский язык. Этот издание помогло пережить скудные на модные новинки годы перестройки миллионам читательниц. Долгожданная эпоха изобильного шопинга была уже совсем близко.
Элементы «роскошной» жизни советских модниц выставлены в Музее современной истории до13 мая.
