— Что вы можете сказать о новом законопроекте, по которому в целях борьбы с договорными матчами будет применяться прослушивание разговоров?
— Этот закон не только о прослушивании. Журналисты любят выдернуть из контекста только один пункт, искажая суть. Речь идет о целом комплексе мер, направленных на борьбу с подтасовками результатов и договорными матчами. Действующее законодательство не позволяет без заявления начинать процедуру расследования подобных нарушений, поэтому главное в новом проекте — создать правовой механизм для правоохранительной системы и других государственных органов, которые теперь будут способны возбудить интерес к тому или иному результату. Ведь все могут говорить о том, что определенный матч договорной, но, чтобы начать расследование, нужны процессуальные основания.
А та же прослушка — это лишь один из элементов оперативных действий.
— На ваш взгляд, нам нужны такие жесткие меры?
— Конечно, нужны! Этим озабочены не только мы, но и весь мир. Сейчас в мире спорта главная глобальная проблема — необъективность результата, которая часто достигается путем подтасовки и неспортивной борьбы. Договорные матчи, влияние на результат извне, нелегальный тотализатор — это самое большое зло в мировом спорте.
Причем это уже не совсем проблема спорта, а глобальная беда, которую можно решить только с помощью государственных органов.
Достаточно вспомнить последнюю Олимпиаду, когда китайские бадминтонисты играли друг с другом в поддавки, чтобы на более удобного соперника в плей-офф попасть. Также большую проблему составляет допинг, который, по сути, тоже влияет на необъективность результата. Ну и еще одна проблема — насилие на стадионах.
— К слову о насилии на стадионах, что вы можете сказать о законе о болельщиках?
— Хочу вас поправить. Пока это только законопроект. Он должен еще пройти обсуждение в общественности, утверждение в Госдуме и так далее. Его смысл заключается в том, чтобы придать всей этой работе некую системность. В нашем законодательстве на сегодня нет понятия болельщика и многих других субъектов, участвующих в футболе. К примеру, так называемых стюардов. То есть в закон о физкультуре и спорте вносится целый круг необходимых правовых определений. Мы вот подаем сейчас этот закон, обязательно говоря о болельщиках, а это неправильно.
Болельщик — это то лицо, которое приходит на стадион, чтобы получить услугу, и этот закон не направлен против болельщиков и только на ужесточение требований.
В любом случае такая норма может быть назначена только по решению суда.
Повторюсь, новый законопроект направлен не на ужесточение требований, а, наоборот, на защиту болельщиков. Мне лично не нравится, что мы сейчас видим в болельщиках еще до матчей какое-то зло, сплошных хулиганов, нарушителей порядка и так далее. Все, что делается на спортивной арене, это делается только в интересах зрителей. Именно поэтому мы создали этот законопроект, чтобы организация спортивных мероприятий была основана на правовых нормах. В 2018 году нам принимать чемпионат мира, и футбол должен быть праздником, а не как сейчас.
— Нет, это немножко разные вещи.
— И когда ожидается принятие законопроекта?
— Сейчас председатель правительства дал нам две недели на доработку, там есть еще спорные моменты. Ведь, когда правительство создает проект закона, туда вносятся предложения сразу от десятка министерств и ведомств, и порой они противоречат друг другу. Это сложный путь, но мы его пройдем. Сейчас есть сложные позиции, связанные с предъявлением паспорта при посещении спортивных мероприятий, насколько мы должны при этом идентифицировать личность или вообще не должны делать этого. Если брать мировую практику, ту же Англию, то там уже десятилетиями сложившиеся нормы, есть списки клубов болельщиков, до 80% зрителей посещают стадион по абонементам. Но они шли к этому последние 30 лет, а нам же нужно пройти этот путь максимум за шесть лет.
Другие новости можно узнать на странице хроники.
