— Эту победу можно назвать знаковой? Ведь вы проиграли два первых сета, а потом восстали из пепла, словно птица Феникс? — Сейчас по горячим следам ничего конкретного сказать не смогу, так как ведь вполне мог уступить сегодня в трех сетах. Ведь Хаас хорошо играл и подавал. У меня практически не было шансов сделать брейк. Вот и получилось 4:6; 6:7. В третьем сете он также легко подавал, а на моей все время завязывалась борьба. Сам я старался играть на задней линии и пытался оказать сопротивление, прессинговать. Такие действия принесли мне успех. Я сделал брейк и все - выигрыш третьего сета.
Это стало большим сюрпризом для меня. Ведь он не стал хуже подавать и играть. Правда, все чаще он стал подавать со второго мяча, за которые я цеплялся. За счет прессинга смог выиграть очки и соответственно, сет и матч. Если же вы спрашиваете, что для меня эта победа, то я отвечу, что, возможно, это просто удачный день. Ведь в первом и во втором сете я действовал не самым лучшим образом. Затем начал играть как с Мюрреем. Возможно, помогла погода. Высокий отскок мяча. Возможно, сказалась усталость Хааса, который накануне сыграл пятисетовый поединок. При этом я думаю, что он удивился, что так легко взял два сета.
— Хаас назвал вас машиной. Что бы вы ответили Томми? Как бы описали его игру? — Пожалуй, никак не буду его называть. Ведь многие парни удивляют меня. Хотя прежде я мог часто против него выходить на корт. Сегодня, например, Хаас отлично играл на задней линии. А ведь это и мой любимый теннис.
Для меня важно контролировать игру и не делать ошибок.
Хаас хорошо исполнял удары справа, и вначале мне сложно было найти контраргумент. При этом я ошибался довольно часто. Именно поэтому он делал брейки и геймы. Но стоило мне заиграть лучше, как все изменилось. Поэтому, наверное, я не знаю как назвать Хааса. Может Хаас - пятисетовый убийца? Ведь Сафина он обыграл в пяти сетах. Так могло получиться и со мной.
— Вы разговаривали с Маратом после его матча с Хаасом? — Нет.
— А вы вообще общаетесь друг с другом. Ведь россиян в Америке очень много? — Чаще всего во время Кубка Дэвиса, когда мы тренируемся вместе. Бывает появляются свободные пять минут и мы идем пить. Воду, разумеется (улыбается). В такие моменты и поговорить успеваем.
— О как много про вас узнает теперь американская публика? — Это здорово.
— Каков ваш рецепт популярности и есть ли у него какие-то особенности? — Я думаю, что все дело в языке. Например, русский очень трудный язык. Я на нем думаю. Если бы я жил в Америке то, возможно, все было иначе, а так я не имею дома в США и не популярен в этой стране.
Или взять, например, Шарапову. Она говорит, что русская, но ведь она живет в Америке. Поэтому ее популярность в США не имеет границ.
А я всегда говорил, что люблю US Open. При этом я понимаю, что для местных болельщиков интересны только свои: Роддик или Блейк. Ведь того же Федерера по ТВ можно редко увидеть. Хотя он номер один и фаворит на этих соревнованиях. Ведь он уже побеждал здесь. Тем не менее, он все равно не так популярен. Так получается и со мной. Хотя в Европе, наверное, я известен больше, так как играю лучше на местных турнирах.
Возможно, чтобы увеличить рейтинг популярности, мне надо больше ездить на соревнования в Майами, Индиан-Уэллс. Играть и играть хорошо. Тогда, вероятно, я стану гораздо известнее. Так, например, на прошлой неделе я выиграл в Нью Хейвене. Сейчас уже дошел до полуфинала. Поэтому я думаю, что стал популярнее в Нью-Йорке.
— Каковы ваши планы теперь? — Главное, наверное, закончить год в первой десятке. Ведь прошлый сезон я закончил на пятом месте. Это здорово. Попадание здесь в полуфинал почти наверняка гарантирует мне попадание по итогам сезона в десятку. Таким образом, я смогу сыграть на «Мастерсе» в Шанахае. А это очень важно. Ведь я смогу на главном турнире года появиться второй год подряд.
— А где вы сейчас тренируетесь?
— В Германии. Ведь в этой стране живет мой брат и оттуда легче ездить по Европе, где я принимаю участие во многих соревнованиях.
Поэтому я часто приезжаю в Германию на несколько дней и тренируюсь.
— В России вообще не тренируетесь? — Нет. Только во время матчей Кубка Дэвиса.
— Почему? — Трудно сказать. В этой стране недостаточно условий для оптимального тренировочного процесса. Мало хороших теннисистов для спарринга. В Германии с этим проблем нет. При этом рядом много других стран, до которых можно добраться за минимальное время, а не за три часа, как из России. Да и потом, большинство турниров проводится в Европе. Поэтому так легче.
