«Следующий пункт назначения — рай»
«Когда он был маленьким, дедушка научил его отслеживать время по лунным циклам. Теперь, один в открытом океане, он всегда точно знал, сколько месяцев дрейфует. Он знал, что прошло уже 15 лунных циклов. Он был убежден, что его следующий пункт назначения — рай», — так журналисты пересказывали воспоминания рыбака Хосе Альваренги, пропавшего в Тихом океане.
О его жизни до этого мало известно: простой парень, родился в Сальвадоре, не имел высшего образования. Переехал в прибрежную мексиканскую деревушку, зарабатывал на жизнь рыбной ловлей, в том числе добывал акул далеко от берега.
«Он нашел свой образ жизни: много отдыхать, много работать, ловить рыбу на глубине», — описывал Альваренгу американский телеканал CNN.
В ноябре 2012 года, когда ему было около 37 лет, Хосе, как обычно, отплыл в океан на своей 25-футовой лодке (длина примерно около восьми метров). Рядом сидел 22-летний Эзекиэль Кордоба — неопытный рыбак, зато звезда деревенской сборной по футболу. Он не должен был плыть с Альваренгой, но, по роковой случайности, постоянный напарник Хосе не смог. Прежде Кордоба и Альваренга не общались, но Эзекиэль согласился подменить его товарища за 50 долларов — эти деньги будут стоить ему жизни.
Сперва все шло хорошо, за два дня мужчины смогли наловить столько рыбы, что вырученных с ее продажи денег хватило бы на неделю. Планы спутал неожиданный шторм. Рыбаки отчаянно сражались с волнами и уже видели берег вдали, когда в лодке заглох мотор. Якоря на ней не было (думали, не пригодится), GPS-навигатор оказался неисправен (он не был водонепроницаемым). Альваренга успел связаться по рации с начальником на берегу.
«Подберите нас, у меня тут реально дела дерьмовы!» — последнее, что он успел сказать до пропажи связи (если перевести это в более цензурном варианте).
Пытаясь облегчить лодку, рыбаки побросали все за борт, в том числе всю рыбу, бензин, лед из холодильника для улова, неработающие радио и GPS-навигатор (последние Альваренга, как потом признавался, выкинул со злости). Сам холодильник превратился в укрытие — в нем мужчины, обнявшись и скрючившись, прятались и от пронизывающего дождя в бурю и от пекла остальное время.
Шторм длился несколько дней. Когда он стих, лодка оказалась далеко посреди открытой воды. Начались изматывающие, бесконечные месяцы дрейфа в Тихом океане.
Благодаря своим навыкам Альваренга смог ловить рыбу. Изредка удавалось достать неосмотрительных птиц, черепах и даже медуз. Последние «обжигали горло», но «не так уж сильно», как вспоминал сальвадорец.
«Я был так голоден, что ел собственные ногти, проглатывая все мелкие кусочки», — отмечал он.
Чтобы справиться с жаждой, пили кровь птиц и собственную мочу. Последнее не спасло бы — как и морская вода, соленая жидкость лишь усугубляет обезвоживание. Но рыбакам повезло, они также попадали в дождь и собирали воду таким способом.
Неожиданно помог и дрейфующий мимо мусор. Порой в пластиковых емкостях попадались остатки еды. Океан оказался настолько замусорен, что тот же пластик рыбаки находили и в желудках пойманных птиц.
Несмотря на наличие хоть какой-то еды и воды, через четыре месяца Кордоба погиб.
«Буэнос диас. Каково это — умереть?»
Уже после спасения Альваренги семья Кордобы обвинила его в каннибализме. О том, что происходило на лодке 438 дней, мы знаем лишь со слов первого. Достоверно известно только одно — в океан ушли двое, домой вернулся один.
Альваренга отвергал страшные обвинения, а его адвокат заявил, что так родные погибшего пытаются нажиться на известности выжившего (семья подала к рыбаку иск на $1 млн). В итоге Хосе успешно прошел тест на детекторе лжи и опроверг подозрения. Сам он подчеркивал, что, оставшись в открытом океане, они с Эзекиэлем договорились «этого не делать», что бы ни случилось.
Первое время, с появлением запаса еды, двое мужчин коротали дни в лодке за разговорами. Они успели пообещать другу другу, что в случае смерти одного, второй, если выживет, найдет его мать и передаст ей предсмертные слова.
«Мы говорили о наших матерях. И о том, как плохо себя вели. Мы просили Бога простить нас за то, что мы были такими плохими сыновьями. Мы представляли, как могли бы обнять матерей, поцеловать. Мы обещали Богу, что будем трудиться усерднее, чтобы им больше не пришлось работать. Но было слишком поздно», — рассказывал Альваренга.
Постепенно Кордоба «начал испытывать физический и психический упадок». Он хуже переносил сырое мясо рыбы, стал отказываться от еды и воды.
«Много плакал, говорил о маме, просил лепешки и что-нибудь холодное. Я обнимал его и приговаривал: «Нас скоро спасут. Мы скоро доберемся до острова». Но иногда он начинал буйствовать, кричал, что мы умрем», — описывал Альваренга.
Он пытался кормить и поить товарища, совал в руку бутылку с питьем, но тот «потерял мотивацию подносить ее ко рту». Запаниковав, Хосе умолял спутника не умирать, потому что не хотел оставаться один.
«В день смерти Кордоба пошел дождь… Он умер с открытыми глазами. Я плакал несколько часов», — вспоминал сальвадорец.
После смерти товарища Хосе стал думать о самоубийстве, но испугался, что попадет в ад. Чтобы справиться с тоской, мужчина начал разговаривать с трупом, задавать ему вопросы и сам же отвечать вслух.
«Буэнос диас», — сказал Альваренга своему другу, который привалился к носу лодки. «Каково это — умереть?». Эзекиэль, тело которого затвердело и посинело, не ответил. Тогда Альваренга ответил за своего погибшего товарища: «Хорошо. Здесь спокойно». Он посмотрел на горизонт и бескрайний океан. «Почему смерть не пришла за нами обоими? Почему я продолжаю страдать?» — спросил Альваренга труп», — так описывал телеканал CNN происходившее на лодке.
По словам Альваренги, он разговаривал с мертвецом где-то неделю, после чего испугался, что сходит с ума, и выбросил тело за борт.
«Сначала я вымыл ему ноги. Его одежда была полезной, поэтому я снял шорты и толстовку. Надел ее — красную, с маленькими черепами и скрещенными костями — и бросил его в воду. И когда я опускал его в воду, я потерял сознание».
«Я смеялся потому, что меня спасли»
Во время плавания Альваренга видел суда на горизонте — большие контейнеровозы, уходящие вдаль. Каждый раз они ободряли его и давали надежду, однако у рыбака в крошечной лодке не было ничего, чтобы привлечь внимание матросов. Напрасно он старался махать руками и кричать в пустоту.
Чтобы не впасть в отчаяние, рыбак погружался в мечты. Вспоминал семью, друзей, представлял их рядом. Громко молился и пел псалмы.
«Я прогуливался взад и вперед по лодке и воображал, что брожу по миру. Так я мог заставить себя поверить, что действительно что-то делаю. А не просто сижу и думаю о смерти».
В конце концов Альваренгу спасло не другое судно, как он надеялся, а остров. В один из дней, в январе 2014 года, сальвадорец неожиданно заметил, что в воздухе появились прибрежные птицы. А затем из тумана показался зеленый тихоокеанский атолл. Сперва рыбак принял его за галлюцинации, но потом начал грести из последних сил, а под конец перевалился в воду и поплыл до пляжа.
«Я упал на песок и держал горсть с ним так, будто это сокровище… Я почувствовал огромное облегчение. Я понял, что могу больше не есть рыбу, если не хочу», — вспоминал он.
Землей оказались Маршалловы острова — суверенное островное государство в Океании. Альваренгу выбросило на берег маленького острова в составе атолла Эбон — одного из самых отдаленных мест на Земле.
«Мне трудно представить, что кто-то может выжить столько месяцев в море. С другой стороны, так же трудно представить, что кто-то вообще может внезапно оказаться на берегу Эбона», — отмечал позже посол США на Маршалловых островах Том Армбрустер.
Там Хосе снова повезло. Он сразу наткнулся на людей. Местные жители с удивлением смотрели на исхудавшего, обросшего и диковатого мужчину, который пытался объяснить им что-то на непонятном языке и схематично нарисовать шторм.
«Хотя мы не понимали друг друга, я все говорил и говорил. Чем больше я говорил, тем громче мы все смеялись. Я не уверен, почему они смеялись. Я смеялся потому, что меня спасли», — рассказывал сальвадорец.
Альваренгу передали властям и медикам, о нем написали местные СМИ, после чего на короткое время он стал знаменит на весь мир. Журналисты из разных стран бросились на острова искать невероятного выжившего. Единственная телефонная линия на Эбоне оказалась перегружена корреспондентами, которые наперебой пытались узнать подробности. За пару дней Хосе превратился из рыбака, обреченного на месяцы полного одиночества, в того, с кем стремятся поговорить десятки людей. Ошарашенный таким вниманием, сперва Альваренга избегал прессы и стеснялся общаться.
«Лодыжки опухли, запястья — тонкие; он едва может ходить. Избегает зрительного контакта и часто прячет лицо… Одет в мешковатую толстовку, скрывающую худобу… Быстро улыбается и машет камерам… На дверях своей больницы оставил записку прессе с просьбой не беспокоить… Просит оградить его от репортеров, которые проникают в больницу тайком. Он начал называть их «лас кукарачас», или «тараканы», — писали журналисты.
Тогда же в СМИ и в интернете зазвучали подозрения, что провести столько месяцев в океане без подготовки просто невозможно. Однако историю Альваренги подтвердили как его знакомые и власти, так и различные эксперты, которые посчитали подобное реальным. В частности, местная спасательная служба указала, что действительно получила в ноябре 2012 года сообщение о пропаже лодки с двумя такими мужчинами. Заявление подал владелец лодки, с которым успел поговорить по рации Хосе.
Их искали с воздуха два дня и прекратили из-за плохой погоды. Как уточнили спасатели, поисками Альваренги никто не интересовался — а вот отец погибшего Кордоба постоянно ждал на взлетно-посадочной полосе.
Семья Альваренги из Сальвадора объяснила журналистам, что потеряла связь с сыном еще раньше, когда он уехал в Мексику. Кроме родителей, с его родственниками жила 14-летняя дочка Хосе. Она рассказала, что почти не помнит отца и даже не могла представить его лицо, пока в газетах не опубликовали его фотографии на другом берегу Тихого океана. После чудесного спасения сам Хосе решил вернуться домой.
«Ждем с нетерпением. Мы приготовим ему сытный обед, но рыбой кормить не будем, потому что, наверное, ему уже надоело», — заявила репортерам его мать Мария Хулио.
С тех пор Альваренга живет в Сальвадоре. Он сдержал слово и нашел маму Кордоба, передав ей предсмертные слова сына. Бросил пить и выпустил книгу о своем плавании, которая стала достаточно известна. Больше он никогда не выходил в океан.
«Я просто рад, что я жив… Я страдал от голода, жажды и крайнего одиночества, но не покончил с собой. Жизнь дается только один раз — так что цените ее», — говорил рыбак.
