«Ворвался в дом — получи»

Общественная палата предложила доработать статью 37 Уголовного кодекса «О необходимой самообороне»

Правоохранители и общественники предлагают доработать ст. 37 УК «О необходимой самообороне». Сейчас следователи почти не используют эту статью, потому что она слишком сложна для толкования, заявили эксперты на заседании Общественной палаты. Поводом для изменений может стать инцидент в Тульской области, где местный предприниматель, защищаясь, убил троих ворвавшихся к нему в дом грабителей, полагают в ОП.

Громкое дело тульского предпринимателя Гегама Саркисяна, который убил троих и ранил одного из грабителей, защищая свою семью и имущество, стало поводом для заседания комиссии Общественной палаты по проблемам безопасности граждан и взаимодействию с системой судебно-правоохранительных органов, которое прошло в среду. Российская правоприменительная практика по делам, касающимся самообороны, «имеет перекос в сторону обвинения граждан, защищавшихся от нападения», заявил глава комиссии, адвокат Анатолий Кучерена. Ч. 1 ст. 37 УК, согласно которой «не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны», практически не применяется: ОП даже не смогла найти статистику по применению этой статьи.

Большая часть случаев, когда человек, защищаясь, нанес увечья нападавшему или убил его, заканчивается уголовным делом для обороняющегося, констатировали в ОП.

Дела заводятся либо по ст. 105 (убийство), либо по ч. 1 ст. 114 (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное при превышении пределов необходимой обороны), либо по ч. 1. ст. 108 УК РФ (убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны). По статистике судебного департамента Верховного суда, за убийство из соображений самообороны в 2009 году были осуждены 813 человек, в 2010-м — 710, в 2011-м — 318. За причинение тяжкого вреда здоровью к реальному лишению свободы в 2009 году были привлечены 433 человека, а в 2010-м — 330 человек. Статистики за 2011 год пока нет. С 2009 года по первое полугодие 2011-го в 1070 случаях осужденные граждане защищали себя, в 51 — других и лишь в 16 — собственность. При этом, по словам Кучерены, около 50% приговоров по делам о превышении допустимых пределов самообороны отклонялись вышестоящими судами.

Заседание началось с критики тульских следователей. Кучерене не понравилось, как в Следственном управлении Следственного комитета по Тульской области комментировали инцидент в доме Гегама Саркисяна.

Слова главы областного СУ СК Татьяны Сергеевой, не исключавшей поначалу, что в действиях Саркисяна могли быть признаки превышения самообороны, по мнению адвоката, иллюстрация того, что у правоохранителей на местах существует установка на обвинение оборонявшихся.

«Я категорически не согласен с госпожой Сергеевой, которая заявляла, что в действиях Саркисяна могли быть признаки превышения самообороны. Во-первых, это неправильно, потому что еще не закончилось следствие, во-вторых, там не шла речь о превышении. Я был в этом доме, общался с ним, слышал историю: человек защищался от налетчиков, которые ворвались в его дом и угрожали его семье», — сказал Кучерена.

Инцидент в городе Богородицк Тульской области, где проживает фермер Гегам Саркисян, произошел 7 апреля. Четверо вооруженных грабителей ворвались в дом Саркисяна, где в тот момент помимо предпринимателя находились его жена, невестка и четверо малолетних детей, младшему из которых было около года. Требуя от Саркисяна отдать им находящиеся в доме деньги, грабители избили предпринимателя и практически всех членов семьи. Саркисян смог вырваться и убить троих налетчиков кухонным ножом. Четвертый грабитель скрылся, он до сих пор находится в розыске.

По словам Кучерены, предположения о превышении пределов самообороны, которые высказывали поначалу тульские следователи, были основаны на том, что одного из грабителей Саркисян убил ударом ножом в спину.

Грабитель в этот момент угрожал пистолетом дочери Саркисяна, которая пыталась выбраться из дома через окно. Фермер догнал преступника и убил его. Такие случаи, когда обороняющийся пытается защитить себя, свое имущество или своих близких, нанося налетчику травмы, не совместимые с жизнью, следователи, как правило, трактуют не в его пользу, отметил Кучерена. «И тут встает вопрос: считать ли превышением самообороны, когда преступник угрожает твоему родственнику в твоем доме? Конечно, нет. Но если преступник без оружия, но при этом понятно, что он создает угрозу тебе или твоим близким? Как быть тогда? Был случай из практики, когда на улице произошла ссора между двумя людьми и один из них напал на другого, потому что подумал, что тот, направляясь к багажнику машины, собирался достать оттуда предмет для нападения. Это тоже можно расценить как самооборону», — рассказал Кучерена.

У Генпрокуратуры отношение к делу Саркисяна однозначное.

В случаях, аналогичных тульскому, следователи и правоохранители должны вставать на сторону обороняющихся, убежден начальник отдела управления по поддержанию государственного обвинения Главного управления Генпрокуратуры по обеспечению участия прокуроров в рассмотрении уголовных дел судами Виктор Антипов.

По его мнению, неприкосновенность жилища — одно из фундаментальных прав человека, а значит, любой гражданин России имеет право поступить так же, как тульский предприниматель. «Гражданин реализовал свое право на необходимую самооборону, которое дано ему по закону. Надо понимать: если ворвался в дом — получи. Помимо неприкосновенности жилища речь идет и о других важнейших правах, закрепленных в Конституции. Например, о праве на жизнь. Тут, безусловно, практика 37-й статьи. Мы привыкли смотреть на иностранный опыт. Так вот в Америке человек может делать в своем доме все что угодно», — убежден Антипов. («Да-да. У них мой дом — моя крепость», — тут же согласился с ним Анатолий Кучерена).

Но 37-я статья «слишком сложна» для применения, считает Антипов, добавив, что она существовала и в советском Уголовном кодексе.

«Но она и тогда практически не применялась. Не применялась она потому, что не было такого разделения между бедными и богатыми, не было имущества как такового, не было людей, которые живут благодаря нападениям на чужие дома», — предположил представитель Генпрокуратуры. Чтобы правоохранители чаще применяли 37-ю статью, ее нужно сделать более простой для трактовки, уверен Антипов, не предложив, впрочем, как.

Представители МВД, в свою очередь, заявили, что в статье нужно расширить «круг объектов самообороны», то есть обеспечить законодательную защиту обороняющихся, к примеру, от налетов на жилище и насильственных действий со стороны преступников.

А уже имеющиеся положения статьи, по ее словам, необходимо «регламентировать, чтобы они четко применялись на практике», — тогда статья станет конкретнее и понятнее для правоохранителей, сообщила начальник отделения уголовного и уголовно-процессуального законодательства организационно-аналитического управления Следственного департамента МВД Ирина Волкова. Впрочем, как именно регламентировать, она тоже не пояснила. Что же касается Саркисяна, то, по мнению Волковой, на те «действия, которые он совершил», его спровоцировали и именно в таком русле и нужно было изначально рассматривать это дело и в будущем подходить к похожим случаям. «Он жертва провокации, его вынудили. Он не был инициатором убийства», — отметила она.

Зампредседателя Московского областного суда Юрий Балабан уверен, что проблему с уголовным преследованием обороняющихся можно решить куда проще.

Для этого даже не нужно обращаться к правоприменительной практике США — необходимо просто скопировать соответствующую статью из Уголовного кодекса Украины, уверен он.

«Не является превышением пределов необходимой обороны и не имеет последствием уголовную ответственность применение оружия или каких бы то ни было иных средств или предметов для защиты от нападения вооруженного лица или нападения группы лиц, а также для предотвращения противоправного насильственного вторжения в жилище либо другое помещение независимо от тяжести вреда, причиненного посягающему», — зачитал статью украинского УК Балабан.

Он убежден, что если бы в России действовало аналогичное положение, «с делом Саркисяна все было бы давно понятно»

В какой-то момент обсуждение 37-й статьи и границ допустимой самообороны переросло в дискуссию о том, стоит ли разрешать гражданам носить огнестрельное оружие. Только тогда в разговор вмешался заместитель начальника департамента охраны общественного порядка, начальник лицензионно-разрешительного управления ДООП МВД Леонид Веденов. «МВД против того, чтобы разрешать гражданам огнестрельное оружие», — с ходу заявил он. Государство, по его словам, и так предоставило гражданам защищать себя, разрешив ношение вне пределов дома газовых и травматических пистолетов. Но причина запрета все же в другом.

«Россия пока ни ментально, ни в силу характера общественных отношений не готова для того, чтобы разрешать ношение оружия с железными пулями», — заявил Леонид Веденов

Все участники заседания в итоге признали, что ситуацию хотя бы частично может выправить постановление пленума Верховного суда, который в июне должен объяснить нижестоящим судам, как разбирать дела о превышении допустимых пределов самообороны. Тем не менее поправки в законодательство также должны быть внесены, настаивают в ОП. Эксперты договорились предоставить рекомендации от Общественной палаты в Госдуму и Совет федерации.