Цивилизация
В понедельник на суде по делу о теракте в минском метро, взрывах в Минске в 2008 году и в Витебске в 2005-м прошли прения сторон. На скамье подсудимых находятся двое 25-летних жителей Витебска, Дмитрий Коновалов и Владислав Ковалев, работавшие на Витебском заводе тракторных запчастей (один токарем, другой слесарем). Коновалова обвиняют по более чем 30 эпизодам, в числе которых терроризм и «особо злостное хулиганство». Ковалеву вменяется в вину участие в 15 эпизодах противоправных деяний.
Заместитель генерального прокурора Белоруссии Алексей Стук потребовал приговорить подсудимых к высшей мере наказания — расстрелу.
«Виновность Коновалова и Ковалева подтверждается исследованными в суде доказательствами», — цитирует РИА «Новости» слова представителя гособвинения.
Взрыв самодельной бомбы в минском метро произошел 11 апреля этого года, тогда погибли 15, пострадали еще около 300 человек. Уже через сутки сотрудники белорусского КГБ задержали Коновалова и Ковалева по подозрению в совершении преступления. Вскоре их обвинили еще и во взрывах в Витебске 14 и 22 сентября 2005 года (тогда пострадали 50 человек) и в Минске 3 июля 2008 года (пострадавшими считаются 55 человек). Изначально уголовные дела по факту этих взрывов расследовались по статье «хулиганство», но с задержанием подозреваемых их стали расследовать по статье «терроризм» и объединили в одно производство. Всего в деле более 500 потерпевших.
Подготовка к теракту на станции метро «Октябрьская», по данным следствия, заняла у Коновалова несколько месяцев. Как заявил Стук, с июля 2010 года обвиняемый занимался изготовлением бризантного взрывчатого вещества на основе аммиачной селитры и алюминиевой пудры. В качестве оболочки он использовал две шестилитровые прозрачные емкости. Все это Коновалов привез на поезде в Минск, где его уже ждал Ковалев. 11 апреля Коновалов установил взрывное устройство в намеченном месте, отошел, встал в переходе, дождался поезда и дистанционно подорвал бомбу.
Политических мотивов в действиях Коновалова следствие так и не обнаружило.
Согласно обвинительному заключению, Коновалов стремился «противопоставить свою личность интересам общества, продемонстрировать вседозволенность и неоправданную агрессию, получить моральное удовлетворение от процесса безнаказанности за свои преступления».
Ковалев, по данным следствия, был в курсе планов Коновалова относительно терактов. Он, подчеркивал прокурор, неоднократно наблюдал, как Коновалов изготавливает взрывчатые вещества и взрывные устройства. Он обвиняется в том, что незаконно приобрел взрывчатые вещества, незаконно их хранил, а потом сбыл Коновалову.
Коновалов в ходе процесса отказался от дачи показаний, а Ковалев отказался от своих признаний в ходе следствия. Обвиняемый утверждал, что дал их под давлением.
Прокурор же настаивал, что признаков насилия на подсудимом обнаружено не было и нет данных, что на него оказывалось психологическое давление. Более того, на одном из невзорвавшихся взрывных устройств были обнаружены отпечатки пальцев Коновалова. Стук отметил, что терроризм нехарактерен для Белоруссии. «По данным спецслужб, единичные акты терроризма в Белоруссии совершали шизофреники и люди с неуравновешенной психикой», — сказал прокурор.
Мать обвиняемого Ковалева заявила после заседания, что дело против ее сына сфабриковано. «Нет совпадений, и истина следствием не установлена», — уверена она.
По ее словам, в ходе расследования друзьям ее сына предлагали его оклеветать. Она сообщила, что суд действует предвзято по отношению к подсудимым.
Часть потерпевших также не верят в виновность Коновалова и Ковалева. «Я не верю в то, что два этих недоученных токаря-слесаря могли такое сделать», — заявляет потерпевшая Людмила Жечко.
