«Булгария» отправила под арест

Арестованы арендатор затонувшего электрохода «Булгария» и эксперт речного регистра

РИА «Новости»
Арендатор «Булгарии» Светлана Инякина и эксперт камского речного регистра, выпустивший электроход в плавание, Яков Ивашов арестованы решением казанского суда. Инякина на заседании рыдала, Ивашов убеждал, что добросовестно выполнял свои обязанности. Гражданский муж Инякиной, по некоторым данным, по факту владевший «Агроречтуром», пока фигурантом уголовного дела не стал.

В среду вечером Вахитовский районный суд Казани арестовал подозреваемых по делу о крушении «Булгарии». Субарендатора судна Светлану Инякину и принявшего ремонт «Булгарии» эксперта камского филиала речного регистра Якова Ивашова привезли на заседание в наручниках, под усиленной охраной. За час к Вахитовскому суду стали подъезжать одна за другой машины полиции. В коридоре цепочкой выстроились судебные приставы. В суде, впрочем, продолжали говорить, что материалы дела в канцелярию еще не поступили. В 16.50 с папкой бумаг в здание вбежал молодой человек в черных штанах и синей шелковой рубашке. «Я привез, пусть везут!» — крикнул он в мобильный. В 17.10 подозреваемые появились в зале суда.

До начала заседания пресс-секретарь суда Елена Коваль предупредила ожидающих у входа журналистов, что рассмотрение ходатайства закроют и прессу пустят только на оглашение постановления.

Пресс-секретарь удивилась, когда узнала, что есть норма УПК, не позволяющая закрывать процесс до соответствующего решения судьи. Не знали об этом и милиционеры с судебными приставами.

Они не удивлялись, как Коваль, а просто перекрыли в коридоре двери в зал, куда завели Инякину. Журналистам на процесс пришлось прорываться через два кордона.

— Приказали вас не пускать.

— Кто приказал?

— Сказали по рации. Приказали не пускать.

— А на каком основании вы нарушаете УПК?

— Это не важно.

Через пять минут прессу после совещания с судьей пустили в зал, кто отдавал приказ — у зашедших не осталось сомнений. «А они что тут делают?» — удивился на этот раз прокурор транспортной прокуратуры Руслан Сычуев, кивая в сторону лавок для слушателей.

Само заседание заняло меньше времени, чем подготовка к нему.

С 40-летней Инякиной сняли наручники только в клетке. Подозреваемая, одетая в черное, устало опустилась на лавку, глаза у арендатора «Булгарии» были заплаканы. Суду она рассказала, что ее арестовали во вторник в 16.00. Подозреваемая проживает в Казани. Прописана в доме 41 по улице Белинского. Здесь же зарегистрирована и ее компания, арендатор затонувшего судна ООО «Агроречтур».

Инякина стала владельцем «Булгарии» в марте 2011 года. Камский филиал российского регистра выпустил судно после очередного ежегодного ремонта в плавание. Подозреваемая знала, что электроход не в лучшем состоянии, но «все равно оказала туристические услуги, несмотря на их небезопасность», зачитывал ходатайство следствия об аресте судья Марс Назмеев. Кроме того, дополнял прокурор, Инякина не зарегистрировала свою фирму в регистре туроператоров, то есть проводила туры без лицензии.

Следствие и прокуратура просили арестовать подозреваемую на два месяца. Как сказано в ходатайстве следователя по особо важным делам Следственного комитета России Чернышева, Инякиной инкриминируются две статьи Уголовного кодекса — ст. 263 (нарушение правил безопасности движения и эксплуатации железнодорожного, воздушного или водного транспорта) и ст. 238 (производство, хранение, перевозка либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности). Они предусматривают наказание до двух лет лишения свободы, подчеркнул он.

«Возникла неотложная ситуация. Из-за Инякиной могут исчезнуть следы, необходимые для расследования», — монотонно и быстро зачитывал ходатайство Назмеев.

Следствие предполагает, что владелица «Агроречтура» на свободе воспользуется своим служебным положением. В частности, может надавить на сотрудников-свидетелей своей компании. «Не все документы по фирме еще изъяты. Инякина может попытаться уничтожить их или изменить», — дополнял ходатайство расследующего дело Чернышева его коллега Аират Рахматуллин. Прокурор подчеркнул, что на месте крушения «Булгарии» пока не закончены спасательные работы, на поверхность поднято 100 тел, судно до сих пор на дне, поэтому следствие даже не может точно сформулировать обвинение: Инякина и Ивашов пока проходят по делу как подозреваемые.

Причин, препятствующих заключению под стражу главы «Агроречтура», правоохранительные органы не увидели: Инякина — здоровая женщина, без опасных болезней, ее детей пока отдадут на попечение бабушки и дедушки. «Родители подозреваемой — пенсионеры, они получают положенную государственную пенсию, а значит, финансирование дочери им не понадобится», — заключил Рахматуллин. Ходатайство следствие подкрепило экспертизой тел погибших в катастрофе, включая нескольких детей. Эксперты установили, что «смерть наступила в результате утопления в воде» и «попадания ее в легкие».

На вопросы судьи бледная Инякина еле заметно кивала головой. «Действительно, произошла трагедия. Но по УПК мера, связанная с лишением свободы, предусматривается, лишь когда другая невозможна», — выступала адвокат Константин Габелев, бывший работник прокуратуры. Суду он рассказал про семью подзащитной. Инякина живет с гражданским мужем, девятнадцатилетней дочерью, полуторогодовалым сыном и престарелыми родителями. Ранее СМИ сообщали, что гражданский муж Инякиной Андрей Смирнов также задержан и вскоре может стать еще одним фигурантом дела: якобы именно он фактически владел фирмой и давал своей жене указания, что делать и где ставить подпись. Впрочем, в Вахитовском райсуде во вторник он так и не появился.

«Он не имеет к «Агооречтуру» отношения, его подписей нигде нет, только Инякиной», — пояснил уже после заседания прокурор Сычуев.

Адвокат перед судом не сказал о муже подозреваемой ни слова. Габелев много говорил только о ее детях. У дочери резко ухудшается зрение, малолетнему сыну вырезали опухоль. «Ему сделали уже две операции, и сейчас будет третья, у отца был инфаркт, сейчас ухудшается здоровье, — перечислял адвокат. — От кого она будет скрываться, на кого оставит детей? И покажите мне человека, который получает в нашем государстве достаточно пенсии на содержание хотя бы себя!» Инякина сама уже предоставила на первых допросах следователям более 50 документов, продолжал Габелев, скрывать документацию своей фирмы не собирается — сажать за решетку ее нет оснований. Подозреваемая рыдала в платок.

— Что скажете, подсудимая?

— Прошу заменить на более мягкую меру пресечения в связи с семейными обстоятельствами, — запинаясь, стоя, тихо сказала Инякина. В зале повисла десятисекундная тишина.

Судья удалился для вынесения постановления, прокурор и следователь поднялись на это время двумя этажами выше, где началось рассмотрение ходатайства об аресте Ивашова. 62-летний подозреваемый также зашел в клетку в наручниках. Седой, небольшого роста, в больших очках, подозреваемый выглядел старше своих лет. Эксперт речного регистра проживает с семьей в Перми. В Казани его сначала допросили, потом поместили в ИВС. Ивашову инкриминируются те же статьи, что и Инякиной. 15 июня эксперт камского филиала речного регистра подготовил ежегодный отчет о состоянии «Булгарии». В бумагах он написал, что ремонт дизель-электрохода соответствует речному регистру по своей конструкции, состоянию и техническим данным. Как показали уже первичные данные следствия, это не соответствовало действительности.

Судья Руфина Газизова зачитывала доводы следствия за арест: подозреваемый имеет большие профессиональные связи, может повлиять на свидетелей и ход расследования, уничтожить доказательства, исказить документы, скрыться от предварительного следствия. Следователь в своем выступлении сделал упор на то, что Ивашов живет в Перми, а следствие ведется непосредственно в Казани, поэтому эксперта стоит оставить в Татарстане. Все это, по мнению прокурора Сычуева, наталкивает «на однозначный вывод». Причин избирать другую меру пресечения для 62-летнего эксперта следователь не увидел: Ивашов женат, несовершеннолетних детей у него уже нет, опасных болезней, согласно медицинских справкам, тоже. «Лицо представляло масштаб последствий и все-таки разрешило выйти электроходу на работу», — закончил обосновывать ходатайство прокурор.

Ивашов устало потер глаза. На вопрос судьи, согласен ли он со следствием, ответил не сразу, а потом разразился речью. «Я работаю в речном регистре 21 год (на работу Ивашова взяли в январе 1991 года, уточнит судья) и знаю, что такое техническое состояние, а что нет. Откуда взяли, что я выдал документы незаконно?

Я не согласен со следствием, потому что не считаю себя виновным», — на этот раз молчание в зале затянулось на полминуты.

Следователь на допросе и в ходатайстве неверно трактовал работу инспектора, обращался больше к себе, чем в зал или к судье, подозреваемый. Если бы «Булгария» была неисправной, она бы встала сразу, а судно отходило после его заключения еще месяц, рассуждал Ивашов. «Я не мог выпустить просто, иначе полетел бы с работы. Я такую ответственность чувствую, — опять после паузы продолжал пожилой эксперт регистра — Я потратил на него шесть часов личного времени, оставался на работе после трудового дня». В отличие от Инякиной адвоката Ивашову назначил суд. Единственное, что сказала Гульнара Нафикова в защиту своего клиента: «Резонансное дело не повод отправлять человека в тюрьму».

Постановления обоих судей утверждали обратное: «Дело имеет общественное значение, обвиняемые могут мешать следствию. Поводы для избрания другой меры пресечения не вижу».

В зале суда на Инякину и Ивашова снова надели наручники. Владелица «Агроречтура» уже не плакала и снова молча кивала на вопросы судьи. Ивашов слушал постановление, закрыв глаза, на вопрос, понятно ли ему решение, ответил: «Я не знаю, понятно или нет».

Из Вахитовского суда подозреваемых повезли в казанское СИЗО № 1, там они будут содержаться два месяца — до 10 сентября 2011 года. Из суда их вывели без происшествий. Разгневанных жителей не было ни на заседании, ни у здания.