Милицию реформируют в разумных пределах

В общественной палате обсудили закон «О полиции»

ИТАР-ТАСС
Члены Общественной палаты впервые провели публичное обсуждение проекта закона «О полиции». Выяснилось, что в законе, который должен быть внесен в Госдуму уже в декабре, еще слишком много недоработок, а на переименование ведомства будет потрачено не больше «нескольких сотен миллионов рублей».

В среду в Москве прошло первое заседание Общественной палаты (ОП), посвященное проекту закона «О полиции». МВД начало его разработку в рамках милицейской реформы, объявленной президентом Дмитрием Медведевым в 2009 году, и в августе законопроект был опубликован в интернете для публичного обсуждения. С тех пор на сайте обсуждения накопилось несколько тысяч комментариев и рекомендаций. Открывая заседание ОП, ее председатель Анатолий Кучерена уточнил, что большинство комментаторов волнует положение об оценках деятельности полиции, а также пункт законопроекта, позволяющий сотрудникам правоохранительных органов «беспрепятственно врываться в квартиры в любое время суток». (Речь идет о ст. 13 «Права полиции», где говорится о возможности «беспрепятственно входить (проникать) в случаях и порядке, предусмотренных статьей 15 федерального закона, в жилые и иные помещения граждан, на принадлежащие им земельные участки, на территории, земельные участки и в помещения, занимаемые общественными объединениями и организациями».)

Первым слово взял директор «Института прав человека» Валентин Гефтер. Правозащитник заявил, что его особенно пугает обилие отсылочных норм в законопроекте. «В некоторых статьях, касающихся применения, допустим, спецсредств или конкретной работы при задержании, масса ссылок на какие-то постановления и подзаконные акты, из-за чего поле для злоупотреблений получается колоссальное», — сказал Гефтер.

Впрочем, по его мнению, вести постатейное обсуждение законопроекта вовсе не имеет смысла, так как в своем нынешнем виде он работать не будет.

«МВД само себя реформирует. Долгое время работа над законопроектом велась закрыто, а теперь мы видим документ, который нужно переписать набело. И осевой вещью в этом законе должна быть отчетность милиции перед населением», — возмущался правозащитник. «Хотя и многие в нашем сообществе только приветствуют желание МВД реформироваться, даже те, кто сейчас отбывает четверо суток», — сказал Гефтер, намекая на своего коллегу Льва Пономарева, арестованного накануне за участие в августовском «Дне гнева».

Глава организации «За гражданские права» Андрей Бабушкин, в свою очередь, считает, что рекомендации правозащитников рабочая группа МВД все-таки учла, но не в вопросах, касающихся содержания задержанных. В частности, сказал он, в министерстве проигнорировали предложение о предоставлении права на звонок при задержании. «Сейчас у нас есть только пункт об уведомлении милиционерами родных, если задержанный того хочет, но, когда я смотрю на протоколы задержаний после разгонов митингов, я вижу, что везде люди от этого права якобы отказываются, хотя мы, Сергей Петрович, все с вами понимаем», — обратился Бабушкин к Сергею Булавину. Замглавы МВД снисходительно улыбался и молчал. Особенно правозащитника возмутил пункт, согласно которому заявители митингов должны согласовывать свои заявки не только с префектурами, но и районными управлениями внутренних дел:

«У нас пока в мэрии что-то согласуешь, собьешь все пороги, а если подключать к этому еще и милицию, то никаких митингов вообще не будет». «Также меня смущает, что в законе постоянно встречается слово «неуместность». Например, милиционер может не представляться или не объяснять свои действия, если это неуместно. Уместность — это разве юридическое понятие?» — сказал Бабушкин.

Размытые формулировки кажутся опасными и президенту фонда ИНДЕМ Георгию Сатарову. «В законе говорится, что все действия сотрудника милиции априори законны, пока обратное не будет доказано в суде, это написано в статье 32 документа. То есть выходит, что, когда человеку в отделении метлу вгоняют в зад, это законно, пока суд не заработает», — сказал он.

Не меньше правозащитники говорили и о нормах, которые в законопроекте не были учтены вовсе. Например, член ОП Ольга Костина предложила замминистра Булавину уделить в законопроекте большее внимание «основным клиентам милиционеров» — потерпевшим. «В законе есть все про правонарушителей, про задержанных, про подозреваемых и разыскиваемых, но о работе с потерпевшими ни слова», — сказала она. Костина предложила подробнее прописать в документе регламент работы с заявителями, выделив их в приоритетную группу, а также ввести пункт, согласно которому милиционер должен отчитываться перед потерпевшим о ходе работы над его заявлением как минимум раз в месяц.

Также многие правозащитники еще раз предложили МВД рассмотреть вопрос о разделении милиции на муниципальную и федеральную и задуматься о целесообразности переименования ее в полицию.

«Ну зачем тратить миллиарды на смену печатей, корочек и вывесок, если ведомство просто должно работать как нормальная полиция, кому это надо, когда стоит задуматься о довольствии милиционера, о его зарплате и социальных гарантиях?» — возмущался Бабушкин.

Однако замглавы МВД Булавин заявил, что на переименование ведомства будет потрачено не больше «нескольких сотен миллионов рублей».

«Когда правозащитники говорят о миллиардах, это не соответствует действительности. Точную сумму не назову, но это не так много», — сказал он. С многими претензиями и предложениями правозащитников высокопоставленный милиционер, по его признанию, не согласен. «Вы все говорите про разделение милиции на муниципальную и федеральную, а ведь в 1999 году был такой эксперимент в регионах, и он провалился. Вы также требуете реформировать МВД не только законом, но не можем же мы на время реформы вообще приостановить деятельность органа! Есть же разумные пределы реформирования!» — возмущался Булавин.

Однако заявления правозащитников он обещал учесть и подробно обсудить их на заседании рабочей группы. Как ожидается, оно пройдет в ноябре, когда публичное обсуждение законопроекта, по замыслу президента, должно будет продолжиться уже в закрытом режиме.