В пятницу в столичном поселке «Сокол», известном как поселок художников, прошла самая противоречивая за последнее время акция протеста. Более ста участников санкционированного властями пикета собрались на центральной площади поселка. Мнения участников митинга по поводу того, против чего они протестуют, разделились. Так, несколько десятков жителей «Сокола» стояли около строящихся особняков на территории поселка с плакатами «Руки прочь от нашего наследия». Они рассказывали, что основанный в 1923 году поселок еще в 1979 году был взят под государственную охрану как памятник градостроительства первых лет советской власти и они выступают против строительства на месте старых домов навороченных коттеджей. Другая часть участников акции утверждала, что она направлена на защиту прав жителей поселка и провести собрание на площади было решено в связи с последними заявлениями префектуры о незаконности части строений поселка.
При этом администрация поселка от акции открестилась.
Посёлок «Сокол» — памятник градостроительства первых лет советской власти. Он занимает квартал в районе пересечения улицы Алабяна и Волоколамского шоссе. Над планировкой поселка работали выдающиеся архитекторы — Николай Марковников, Виктор Веснин, Алексей Щусев. На месте, где построен посёлок, во времена его застройки была свалка завода «Изолятор» и пустырь, на котором росли несколько сосен. Строительство началось осенью 1923 года в соответствии с генеральным планом «Новая Москва». Первоначально было спроектировано три типа домов: бревенчатые, имитирующие русское зодчество, каркасно-засыпные, подобные английским коттеджам, кирпичные дома с мансардами по типу немецких особняков. Не допускались глухие заборы и запрещалось осваивать более трети участка.
«Сокол» — первый в Москве кооперативный жилой поселок, он был построен полностью на средства застройщиков. Ими становились только состоятельные люди, поскольку членство в кооперативе обходилось недёшево: 10 золотых червонцев при вступлении в товарищество, 30 — при выделении участка, 20 — при начале постройки. Стоимость одного коттеджа составляла около 600 золотых червонцев. Те, кто не мог внести пай в кооператив на отдельный коттедж, могли рассчитывать на более дешёвую квартиру в шестиквартирных домах. Застройщиками посёлка стали партийные деятели, работники наркоматов, экономисты, врачи, преподаватели, художники, техническая интеллигенция, рабочие завода «Изолятор». Первым председателем правления посёлка был избран председатель профсоюза художников Василий Сахаров. Это определило вступление в кооператив нескольких известных московских художников и скульпторов, сыгравших существенную роль в жизни посёлка.
Здесь впервые в стране стали осваивать опыт самоуправления товариществом, которое назвали «Жилищно-строительное Кооперативное Товарищество «Сокол»». Но в 1936 году постановлением Верховного Совета СССР деятельность жилищных кооперативов была прекращена. Кооператив ликвидирован, правление посёлка перестало функционировать, и все дома в посёлке перешли в собственность города. В начале 1930-х годов у посёлка «Сокол» изъяли более половины его территории от улицы Врубеля до Волоколамского шоссе. Осенью 1941 года Сокол стал частью второй линии обороны. Баррикада с амбразурами и противотанковым рвом протянулась через всю территорию посёлка. На «Сокол» упало 13 фугасных бомб, сравнявших с землей несколько строений. После Великой Отечественнойвойны жильцов посёлка насильно уплотнили, их дома превратили в коммуналки согласно нормам 6 метров на человека. В начале 1950-х годов, когда в Москве развернулось массовое жилищное строительство, посёлок «Сокол» оказался под угрозой сноса.
В 1979 году Моссовет принял архитектурно-планировочный комплекс «Сокол» на государственную охрану как «памятник градостроительства первых лет советской власти».
Посёлок стал третьим в списке памятников того периода истории, после Мавзолея и Северного речного вокзала. В 1989 году жители посёлка приняли решение воссоздать территориальное общественное управление (ТОС) с целью сохранения «Сокола». К 75-летию посёлка был создан музей посёлка «Сокол». За те годы, что прошли с начала строительства, посёлок оказался практически в центре мегаполиса и чудом сохранился до наших дней. В настоящее время в нем насчитывается 117 домов.
Глава управы «Сокол» Виталий Аксенов уточнил, что с инициативой пикета против застройки «Сокола» новыми коттеджами выступили частные лица. «Это активные жители поселка, которые часто выступают с разными предложениями, и мне, как главе управы, известны», ― рассказал «Газете.Ru» Аксенов.
Напомним, жизнь поселка «Сокол» на севере столицы всколыхнули недавние заявления префекта округа Олега Митволя.
Префект обратился в прокуратуру за оценкой правомерности увеличения площади застройки некоторых частных домов, «в том числе с использованием метода сноса и реконструкции исторических (ранее существовавших) объектов, располагавшихся в границах природного комплекса 166-САО «Поселок Сокол». Из-за действий арендаторов участков, как считает Митволь, был изменен исторический облик поселка. По словам префекта, из 113 домов поселка 30 выглядят как огромные дворцы по 2―3 тыс. кв. метров. Документы же их характеризуют как «малогабаритные и деревянные домики площадью 150―200 метров». «Непонятно, каким образом произошли эти чудодейственные превращения, кто давал на это разрешения», ― отметил префект. Учитывая, что поселок является памятником архитектуры местного значения, Митволь в своем заявлении в прокуратуру попросил проверить законность строительства «новодела».
По словам Митволя, если не остановить этот процесс, то вскоре в поселке не останется ни исторических строений, ни старых жителей.
Администрация знает, что дома в «Соколе» носят статус памятников архитектуры. Но документы, говорят представители территориальной общины, у жителей поселка в полном порядке: на все дома зарегистрированы права собственности, и ни одно строение здесь не появилось без разрешений соответствующих городских структур. По словам Стоцкого, на строительство или реконструкцию каждого дома владельцы собирали десятки разрешительных документов, согласовывали проекты с Москомнаследием. По завершении работ их принимала и выдавала свое заключение комиссия префектуры. «И очень странно, что сейчас этих документов нет в управе и в префектуре», ― сказал Стоцкий.
Специальная комиссия Москомнаследия теперь займется проверкой необходимых бумаг пока «без выхода на место». «Мой предшественник Фазиль Измайлов неоднократно обращался к бывшему префекту Юрию Хардикову с просьбой дать поручение проверить законность реконструктивных работ на территории поселка, ― рассказал Аксенов «Газете.Ru». ― Соответствующие документы в управе есть, и они были представлены Митволю. Этот вопрос назрел давно, просто префект придал этой работе новый импульс».
По словам Аксенова, речь идет «о проверке статуса всех строений поселка», и на первом этапе начнут с озвученных 30 домов, резко выделяющихся своими размерами. Но делается это все «не с точки зрения репрессивных мер», а ради приведения
домов в «соответствие с действующим охранным законодательством».
По мнению вице-президента Академии художественной критики, историка архитектуры Алексея Клименко, подобных нарушений в Москве, и в том числе в «Соколе», множество. Но на большинство из них действительно имеются выданные мэрией разрешения.
«Прежде, когда при Москомнаследии существовал институт научно-методических советов, к нам приезжали люди из «Сокола» с проектами преобразования своих домов, с архитекторами этих проектов, и решение о возможности реконструкции принимали специалисты, ― рассказал Клименко. ― Но сейчас эта система разрушена, и согласовывают перестройку далекие от науки люди. А стоимость одной такой печати, по моей информации, доходит до полумиллиона наличными». По словам Клименко, в свое время рассматривалось предложение о том, чтобы условно разделить поселок на две части ― неприкасаемую (примерно 1/3 территории), где осталось много зданий, относящихся к времени создания поселка, и где возможна только их научная реставрация, и ту, где историческая застройка не сохранилось. Но дальше обсуждения дело так и не пошло.
«В том, что разбираться с поселком надо, Митволь прав, ― считает Клименко. ― Бандитизм по отношению к культурному наследию у нас на каждом шагу. Но беда в том, что заниматься этим некому. В создаваемых мэрией комиссиях нет специалистов, способных проанализировать ситуацию с научной точки зрения. Давно выкинули всех профессионалов и из контролирующих органов. В итоге чиновники опять будут проверять сами себя».
