В четверг коллегия присяжных заседателей вынесла вердикт по делу об убийстве обозревателя «Новой газеты» Анны Политковской. С утра председательствующий судья Евгений Зубов собрал присяжных и произнес им торжественное, длинное — около полутора часов — напутственное слово. Начал он с оглашения вопросов, которых в окончательной редакции не 17, а 22 — по просьбе участников процесса Зубов отдельно сформулировал вопросы о незаконном приобретении и хранении оружия (пистолет, из которого убили Политковскую, по версии следствия, купил бывший убоповец Сергей Хаджикурбанов). Кроме того, Зубов разъяснил заседателям некоторые термины и напомнил, как важно быть беспристрастными: «Если вы сочтете, что я пытаюсь выразить свое мнение, каждый из вас должен оставить его без внимания».
После вынесения присяжными оправдательного вердикта подсудимые и адвокаты отправились праздновать победу, а потерпевшие созвали пресс-конференцию. Свое мнение о завершившемся оправданием судебном процессе выразили дети Политковской Вера и Илья, адвокаты Карина Москаленко и Анна Ставицкая, а также шеф-редактор «Новой газеты» Сергей Соколов, который проводил собственное журналистское расследование преступления.
Адвокаты заявили, что довольны тем, как проходил процесс: он был состязательный, вердикт присяжными принят самостоятельный и беспристрастный. Москаленко заметила, что оправдательный вердикт — это признание невиновности, и об этом следует помнить, уважая решение присяжных.
Однако Илья Политковский заявил: «Я считаю, что все четыре человека, которые были на скамье подсудимых, причастны к убийству моей мамы». Он добавил, что так же не сомневается в присяжных и уважает их решение, просто следствие не предоставило в суд достаточной доказательной базы.
О том же говорил и Соколов, который сказал, что по результатам журналистского расследования все четверо имеют отношение к преступлению. Соколов также выразил уверенность в том, что Рустам Махмудов, который объявлен в розыск как исполнитель убийства, действительно им является, и в том, что он не задержан, виновато следствие.
Москаленко напомнила, что в следственном комитете при прокуратуре находится сейчас так называемое «основное дело» об убийстве Политковской в отношении исполнителя убийства и его заказчиков. «Будем заставлять следователей работать», — сказала Москаленко.
Напоминая доказательства, которые звучали в ходе процесса, судья Зубов предупредил, что перечислит не все, что произносилось в суде. И не солгал: в основном председательствующий упоминал доказательства, представленные прокуратурой. «Я заявляю о нарушении судьей принципа беспристрастности!» — вскочил после напутственного слова адвокат Джабраила Махмудова Мурад Мусаев. Зубов спокойно промолчал и позволил защитнику самому перечислить недостающие, по его мнению, доказательства. После этого, еще раз напомнив присяжным, что судить они должны не о том, кто красноречивее выступает, защита или обвинение, а о фактах, Зубов отправил 12 членов коллегии в совещательную комнату. На часах было 13.10.
Через два часа участников процесса и журналистов снова позвали в зал — присяжные вынесли единодушный вердикт.
Если бы у членов коллегии возникли разногласия, им пришлось бы отвечать на вопросы путем голосования. А согласно закону, начинать голосование можно не раньше чем через три часа после начала обсуждения. Адвокаты ободряли своих подзащитных, стоящих за решеткой, но делиться прогнозами с журналистами отказывались. Немного разрядил напряженную атмосферу отец подсудимых: Руслан Махмудов, чуть больше недели назад попавший в больницу с инфарктом, вдруг появился в зале. Как признался сам Махмудов-старший, его еще не выписали. «Сбежал», — констатировал адвокат Мусаев.
17 октября 1994 года в Москве в результате взрыва мины-ловушки погиб обозреватель «Московского комсомольца» Дмитрий Холодов. По версии следствия, убийство организовали офицеры ВДВ, но в суде все они были оправданы. За преступление никто не осужден, организаторы убийства до сих пор не найдены.
1 марта 1995 года в подъезде дома на Новокузнецкой улице в Москве застрелен гендиректор ОРТ Владислав Листьев. Одной из основных версий следствия был передел рекламного бюджета канала. До сих пор исполнители и заказчики убийства не найдены.
7 июня 1998 года убита Лариса Юдина, главный редактор газеты «Советская Калмыкия», находившейся в оппозиции к руководству республики. Непосредственные исполнители найдены и осуждены, но заказчик и мотивы преступления остались неустановленными.
3 июля 2003 скончался от отравления заместитель главного редактора «Новой газеты» Юрий Щекочихин. Писавший в 1990-е годы о состоянии российской армии, освобождении пленных и заложников в Чечне, коррупции в госорганах, в последние годы Щекочихин расследовал дело о контрабанде и требовал возобновления этого остановленного дела в Генеральной прокуратуре. 4 апреля 2008 по факту смерти Щекочихина было возбуждено уголовное дело по статье «убийство». До сих пор исполнители и заказчики преступления не найдены.
9 июля 2004 года при выходе из офиса редакции на улице Докукина в Москве расстрелян главный редактор русского Forbes Пол Хлебников. Заказчиком преступления был назван Хож-Ахмед Нухаев, о котором Хлебников написал книгу. Троих киллеров арестовали, но в мае 2006 года они были оправданы присяжными. Позже приговор был отменен, и дело направили на новое рассмотрение. Сейчас материалы дела находятся в Генпрокуратуре, так как один из ранее оправданных фигурантов скрылся и находится в розыске.
26 февраля 2006 года в Москве в своей квартире на улице Академика Королева был убит журналист НТВ Илья Зимин. В расправе на бытовой почве заподозрили приезжего из Молдавии Игоря Вельчева, который успел скрыться на родине, где и был арестован. На состоявшемся в Молдавии суде он был полностью оправдан. Настоящие убийцы до сих пор не найдены.
19 января 2009 года в Москве на улице Перчистенка были застрелены адвокат Станислав Маркелов, представлявший интересы родственников убитой полковником Юрием Будановым чеченки Эльзы Кунгаевой, и журналист «Новой газеты» Анастасия Бабурова, вышедшая вместе с юристом с пресс-конференции. По делу не задержано ни одного подозреваемого, возможных организаторов преступление в правоохранительных органах не называют.
«Не виновен, не виновен, не виновен, не виновен», — присяжные по очереди оправдали обоих братьев Махмудовых, Хаджикурбанова и Рягузова.
Защитники и родственники подсудимых провожали коллегию аплодисментами. «Браво! Браво!» — не удержался адвокат Андрей Литвин, защищавший Хаджикурбанова. Мать братьев-чеченцев Залпа Махмудова перестала сдерживать слезы. Чеченские фразы перемешались с русским «Поздравляю, брат». Клетку, где подсудимым после вердикта пришлось просидеть еще около получаса, обступили многочисленные родственники и друзья Махмудовых. К Хаджикурбанову и Рягузову тоже пришли друзья — оперативники в штатском.
«Конечно, я ожидал, просто говорить не хотел», — давал интервью сквозь прутья решетки Джабраил Махмудов.
Он признался, что не знает точно, что будет делать сразу после освобождения: «Наверное, съезжу домой сначала. А потом буду в аспирантуру поступать, это мечта моей мамы». «Легким бегом займемся», — пошутил его брат Ибрагим. «Да, здоровье поправить не мешает», — согласился Джабраил. Оба подсудимых в начале процесса не раз жаловались на тяжелые условия в СИЗО. Потом, как они говорят, жаловаться перестали, но условия не улучшились. — Павел, вы говорили, что сделаете все для поимки настоящих убийц. Вы будете расследовать дело Политковской? — журналисты переключили внимание на Рягузова. — Если позволят, то да. — А о каких олигархах вы тут говорили? И милиционерах, с которыми они дружат? (В последнем слове Рягузов сообщил, что у него есть «собственные соображения» по поводу убийства журналистки.) — Как он может сказать, он же действующий сотрудник ФСБ, — избавил подзащитного от необходимости отвечать за свои слова его защитник Валерий Черников.
Подполковник Рягузов действительно служил в московском управлении ФСБ вплоть до задержания, и, как говорят адвокаты, оттуда его никто не увольнял. Хаджикурбанов же из фигуранта нескольких уголовных дел превратился в обвиняемого по одному — сейчас против него расследуется уголовное дело о вымогательстве денег у некоего Павлюченкова.
Но пока Хаджикурбанова не арестовали по новому делу — он вместе с другими бывшими обвиняемыми вышел на свободу прямо из зала суда.
«Меру пресечения Павлу Рягузову, Сергею Хаджикурбанову, Ибрагиму Махмудову и Джабраилу Махмудову отменить и освободить немедленно в зале суда», — провозгласил Зубов, и конвойный милиционер повернул заранее вставленный в замок ключ. Махмудовы бросились обнимать отца и мать, жать руки братьям Тамерлану и Анзору, а потом обниматься и здороваться со всеми подряд. Даже Рягузов, до последнего сохранявший непроницаемое лицо, наконец-то заулыбался окружающим. Самого молодого адвоката России 25-летнего Мусаева все поздравляли с победой. Как он сам признавался, судов с участием присяжных заседателей у него раньше не было.
«Безусловно, мы удовлетворены тем, как проходил процесс. Он был состязательным, и присяжные вынесли свои вердикт. Не удовлетворены мы предварительным расследованием», — прокомментировала случившееся адвокат потерпевших — детей Политковской Ильи и Веры — Карина Москаленко. Прокуроры Юлия Сафина и Вера Пашковская, которые поддерживали отвергнутые присяжными обвинения, сказали лишь, что приговор будут обжаловать, и удалились. Сам приговор — а он может быть только оправдательным — как ожидается, будет оглашен в пятницу.
