В четверг Мосгорсуд вынес приговор по делу об убийстве зампреда ЦБ Андрея Козлова, который вместе с водителем был застрелен вечером 13 сентября 2006 года. Выслушать решение суда по громкому делу собралось полсотни журналистов, а также родственники и знакомые как подсудимых, так и погибшего чиновника. Его старший сын Андрей и вдова Екатерина Козлова в ожидании приговора беседовали с адвокатом Владимиром Саковичем, представлявшем в суде их интересы. Брат главного обвиняемого по делу Алексея Френкеля Михаил и их отец Ефим Френкель стояли у самого входа в зал и через головы вооруженных автоматами омоновцев пытались разглядеть, привели ли обвиняемых. Неподалеку от них отдельной группой стояли несколько мужчин, одетых в строгие костюмы.
Как пояснили «Газете.Ru» адвокаты подсудимых, на оглашение приговора Френкелю и другим пришла вся следственная группа, расследовавшая это дело, во главе со следователем СКП по особо важным делам Валерием Хомицким.
Френкель и еще шестеро подсудимых — Лиана Аскерова, Борис Шафрай, Алексей Половинкин, Максим Прогляда, Александр Белокопытов и Богдан Погоржевский — поднялись в зал в сопровождении милиционеров и десятка бойцов ОМОН. Подсудимые игнорировали вспышки фотокамер и направленные на них телеобъективы, пытаясь хотя бы жестами пообщаться с родственниками. Френкель через небольшое окошко в стеклянной клетке пожал руки входившим отцу и брату.
«В настоящем судебном заседании оглашается вводная резолютивная часть приговора», — начала зачитывать свое решение судья Наталья Олихвер. Ранее по этому делу был вынесен вердикт присяжных заседателей, которые единодушно признали всех фигурантов дела виновными в убийстве зампреда ЦБ. Снисхождение присяжных заслужил только Погоржевский, который признал свою вину и активно сотрудничал со следствием.
Остальные подсудимые не раз заявляли, что стали жертвами следователей, не желавших искать реальных убийц, и несправедливого суда.
Покушение на первого зампреда Банка России Андрея Козлова, курировавшего в ЦБ вопросы лицензирования, было совершено 13 сентября 2006 года вечером на улице Олений Вал в Москве. На следующий день он скончался в больнице от полученных ранений. Уже через месяц, 16 октября, Генпрокуратура сообщила, что в ходе расследования уголовного дела об убийстве Козлова установлены лица, имеющие отношение к организации и исполнению этого преступления.
Сначала были задержаны трое исполнителей — 35-летние жители Луганска Алексей Половинкин, Максим Прогляда и Александр Белокопытов. Согласно версии следователей, никто из задержанных не знал заказчика: предоплату и фото чиновника они получили от своих земляков, 33-летнего Богдана Погоржевского и Игоря Космынина. Первый был задержан в ноябре 2006 года и рассказал на допросах, что деньги за убийство банкира ($10 тыс.) они с приятелем получили от коммерсанта с Украины Бориса Шафрая. Часть суммы оставили себе, а на остальные деньги приобрели пистолеты и наняли киллеров, уплатив им аванс. «Сначала вышли на киллеров, потом через них – на Погоржевского, — рассказывали следователи. — Уже он вывел на Шафрая, а затем взяли Аскерову». Космынина найти до сих пор не удалось, его дело выделено в отдельное производство.
10 января 2007 года Аскерова дала показания на Френкеля, сообщив, что причиной его действий «является месть за действия Козлова в отношении ВИП-банка». Банкир был задержан. Обвинения в убийстве Козлова Алексею Френкелю были предъявлены в январе 2007 года. По версии следствия, Френкель решил отомстить зампреду ЦБ, отвечавшему за лицензирование банков и борьбу с отмыванием денег, за отзыв лицензии у ВИП-банка, где Алексей Френкель до последнего времени был председателем совета директоров. По данным следствия, Френкель понес в связи с этим миллиардные убытки. Впрочем, на допросах банкир заявил следователю, что отношения с ЦБ РФ и лично Андреем Козловым у него были «нормальными», а дело против себя он считает инспирированным в связи с конфликтом ВИП-банка и Центробанка, разбирательство между которыми велось в арбитражном суде Москвы.
Пока шли следственные действия в отношении Френкеля, появлялись и другие версии убийства. Так, в феврале 2007 года в Болгарии задержали зампреда Центробанка Туркмении Аннадурды Хаджиева, подозреваемого в причастности к хищению $41 млн из банка республики. Трех его предполагаемых сообщников, находящихся в международном розыске, проверяли еще и на причастность к убийству зампреда ЦБ РФ Андрея Козлова. По некоторым данным, туркменские миллионы, часть которых якобы отмывались в московских банках, интересовали в свое время Козлова. Имена туркменских банкиров и принадлежавший им Индэксбанк фигурировали в личных записях Козлова, найденных у него следователями после убийства.
Кроме того, сыщики подняли еще одно дело — оно связано с банком «Грифон» и Резон-банком, которые в 1999 году были лишены лицензий Центробанком России. Эти банки подозревались в незаконном обналичивании денег и сокрытии налогов с помощью «вексельных схем». Ущерб от их действий тогда следователи оценивали более чем в 2 млрд руб.
Следствие установило, что Козлов еще в 1998 году составил «черный список» из примерно 1,5 тыс. банков, занимавшихся обналичиванием денег. В этот список попали в том числе «Грифон», Резон-банк и Индэксбанк. Банкиры же, по данным следствия, тогда прибегли к другой тактике – стали создавать небольшие банки сроком на два-три месяца специально под обналичивание денег, и после серии операций объявляли себя банкротами. Еще в 2002 году по своим старым «наработкам» Козлов выяснил, что за этими аферами стоят те же самые финансисты. Тогда банкиры, по версии следствия, могли просто убрать выследившего их Козлова.
Однако позже следователи признали эту версию несостоятельной и заявили, что заказчиком преступления был все-таки Френкель. В марте 2008 года Мосгорсуд приступил к рассмотрению дела с участием коллегии присяжных. Подсудимые в ходе процесса отрицали свою вину, а их адвокаты заявляют, что Френкеля и остальных «назначили» виновными в убийстве только ради того, чтобы создать «видимость раскрытия резонансного преступления».
По версии обвинения, в 2006 году Френкель попросил у Аскеровой найти исполнителя убийства Андрея Козлова. 38-летняя совладелица ресторана «Триш» якобы передала просьбу Френкеля 55-летнему московскому бизнесмену Борису Шафраю. Тот вместе с Погоржевским нашел Половинкина, Прогляду и Белокопытова, которые и совершили преступление вечером 13 сентября 2006 года. Во время нападения были убиты сам Козлов и его водитель. По материалам уголовного дела, Френкель заплатил за убийство более $300 тыс. Половинкину и Прогляде досталось по $8,5 тыс., Белокопытову — $3 тыс. Аскерова оставила себе $80 тыс. Еще $200 тыс. поделили Погоржевский и помогавший ему искать киллеров Игорь Космынин (он до сих пор находится в розыске, дело в отношении него выделено в отдельное производство). Шафрай помогал Аскеровой бесплатно в силу дружеского расположения.
Судья Олихвер, оглашая приговор, напомнила, что все семеро обвиняемых признаны виновными по ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство, совершенное по предварительному сговору организованной группой). Погоржевский, Прогляда и Половинкин также обвиняются по ч. 3 ст. 222 УК РФ (незаконный оборот оружия).
За убийство Козлова Френкель, как заказчик, приговорен к 19 годам колонии строгого режима, хотя гособвинение просило для него пожизненного заключения.
Аскерову суд признал виновной в убийстве и приговорил к 13 годам. Шафрай осужден на 14 лет, Погоржевский приговорен к 6 годам заключения, Максим Прогляда осужден на 24 года, Белокопытов — на 10 лет, а 32-летний Половинкин, который стрелял в Козлова, приговорен к пожизненному заключению. Все осужденные будут отбывать наказание в колонии строгого режима, кроме Лианы Аскеровой, которую после вступления приговора в силу этапируют в колонию общего режима.
Суд также удовлетворил гражданский иск отца Козлова к подсудимым на 10 млн рублей.
19 января 2007 года, уже после ареста Френкеля, на сайте газеты «Коммерсантъ» было опубликовано письмо банкира, в котором содержались обвинения в адрес чиновников Центробанка в выводе миллиардов долларов за рубеж и критика политики ЦБ при отзыве банковских лицензий. В письме Френкель обсуждает применение Центробанком «115-го закона», то есть закона о борьбе с отмыванием денег. Он пишет, что отмывания денег в России не существует, поскольку присутствующая на Западе необходимость легализации доходов в России отсутствует: это не препятствует их вложению или трате. Френкель также утверждает, что выбор банков для включения в систему страхования произволен и зависит не от качества отчетности банка, а от симпатий чиновников ЦБ, принимающих эти решения. По такой же схеме, считает Френкель, действует ЦБ, решая вопрос об отзыве лицензий у банков. Френкель описывает случай своего ВИП-банка, оспорившего в суде отказ в приеме в систему страхования, настаивая, что в случае решения не в пользу ЦБ последний принимает немедленные меры, закрывая банк по формальному поводу (что и случилось с ВИП-банком, сообщает Френкель).
В послании Френкель утверждает, что при банкротстве Роскомветеранбанка, Панэмстройбанка, банков «Би Си Ди» и «Региональная перспектива» ЦБ осуществил через них проводки крупных сумм с помощью так называемой технологии «поджигания банка». На жаргоне «поджечь банк» означает прокрутить через него миллиарды рублей наличности за очень короткий срок, поясняет Френкель. По его данным, предложения «поджечь» от чиновников ЦБ получали многие проблемные банки, которым грозил отзыв лицензии. Те, что соглашались, могли проработать еще несколько месяцев, а отказавшиеся уничтожались за несколько дней.
Как считает Френкель, отзыв лицензии у контролировавшегося им ВИП-банка объясняется отказом «поджечь» его. В письме банкир приводит большое количество примеров, в основном взятых из открытых источников, однако не называет никаких имен. Френкель приходит к выводу, что ЦБ «регулирует очень прибыльный рынок обналички», шантажируя банки, находящиеся под угрозой скорого закрытия: им предлагается провести ряд нелегальных операций в обмен на отсрочку закрытия на несколько месяцев. В случае отказа банк закрывается немедленно, за несколько дней. Френкель также анализирует отчетность Центробанка, обнаруживая в ней признаки скрытых доходов, выводимых за рубеж.
Тогдашний адвокат Френкеля Игорь Трунов рассказал «Газете.Ru», что это письмо его подзащитный написал еще до того, как был арестован, однако почему оно не было опубликовано ранее, адвокат сказать не смог: «Это достаточно пространный аналитический обзор, где мой подзащитный дает анализ механизмам работы Центробанка России». По его мнению, письмо — определенный показатель того, что у Френкеля отсутствовали намерения решать свою ситуацию криминальным путем.
С Френкеля, Прогляды и Половинкина взыщут по 2 млн, с остальных — по 1 млн. Кроме того, суд вынес постановление в адрес президента адвокатской палаты Москвы Генри Резника по принятию мер в отношении адвокатов осужденных — Коблева, Кирсановой, Черновой, Яворского, Ельмашева и Хорста.
Подсудимые восприняли приговор спокойно, Френкель, услышав о 19 годах, даже не изменился в лице. «Вы будете обжаловать приговор, Алексей?» — спрашивали осужденного банкира журналисты. В ответ Френкель задумчиво молчал, то ли пытаясь осмыслить услышанное, то ли переживая по поводу отсутствия в зале суда адвокатов. Ни один из защитников подсудимого на приговор не пришел. Как пояснили их коллеги, Руслан Коблев в этот день оказался занят в другом процессе. Куда делся Дмитрий Хорст, адвокаты ответить затруднились.
Как заявили защитники, выходя из зала, «приговор будет обжалован немедленно». «В понедельник мы получим полный текст судебного решения и сразу начнем писать кассационную жалобу в верховный суд», — сказал «Газете.Ru» адвокат Половинкина Александр Чернов. «Это однозначно несправедливый приговор, во многом отдающий расправой. Я не узнаю своего брата, если он не продолжит бороться», — разделил позицию адвокатов Михаил Френкель. Жалобу в Верховный суд адвокаты и подсудимые могут направить в десятидневный срок с момента вынесения решения Мосгорсуда.
Процесс по делу Френкеля начался в марте 2008 года. Сначала заседания проходили в открытом режиме, но вскоре судья Наталья Олихвер сделала процесс закрытым: якобы свидетели обвинения начали получать угрозы от неустановленных лиц. Как позже заявляли адвокаты подсудимых, сообщения об угрозах не подтвердились, однако зрителей и журналистов в зал суда больше не пускали.
В ходе рассмотрения дела в суде также неоднократно заявлялись отводы членам жюри присяжных. В июле 2008 года был заменен один из заседателей Сергей Левин. По некоторым данным, участника коллегии отстранили из-за попытки организовать подкуп. Отвод своему коллеге заявил старшина присяжных заседателей Владимир Еникеев. Он якобы узнал о том, что присяжный пытался подкупить двух других членов жюри, чтобы сообща развалить дело. Сейчас Левин отстранен от участия в разбирательстве и против него возбуждено уголовное дело.
Еще через несколько дней судья Олихвер отстранила от участия в процессе двоих присяжных заседателей. Таким образом она удовлетворила ходатайство гособвинителя, уличившего членов коллегии в распитии спиртных напитков в общественных местах. Согласно заявленному накануне ходатайству стороны обвинения, присяжные №5 и №7 — Александр Попов и Владимир Гершуни — 10 июля этого года были задержаны во время распития спиртных напитков в общественном месте, а именно на детской площадке. Получив сигнал от участкового, на место происшествия выехал наряд милиции, который и задержал нарушителей общественного порядка — якобы для установления личности. Дело об административном нарушении в отношении них не возбуждалось, однако протоколы о задержании были доставлены в суд. На основании этого представитель Генпрокуратуры попросил судью заменить провинившихся заседателей на запасных, что и было сделано.
Уже в день вынесения вердикта присяжных прокурор Гульчехра Ибрагимова заявила, что перед началом суда видела, как одна из присяжных разговаривала на улице с двумя подошедшими мужчинами. На этом основании гособвинитель ходатайствовала об отводе этой заседательницы. На место удаленной присяжной назначили последнего запасного члена коллегии.
Адвокаты Френкеля и других подсудимых считают, что гособвинение и суд намеренно разваливали коллегию присяжных, опасаясь, что заседатели вынесут оправдательный вердикт. Также адвокаты сообщали, что судья Олихвер нарушает принцип состязательности сторон, не позволяя защите представлять доказательства. Самого подсудимого за месяц до окончания процесса удалили из зала суда «за нарушение процессуального законодательства». Френкеля каждый день привозили в суд, но не поднимали в зал заседания с другими участниками процесса. Выступить обвиняемому позволили только с последним словом. Незадолго до окончания судебного разбирательства адвокаты банкира Руслан Коблев заявил, что готовится обращаться в Европейский суд по правам человека. Вместе с ними за права Френкеля намерены бороться правозащитники: они создали инициативную группу, которую возглавили руководитель движения «За права человека» Лев Пономарев и председатель Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева.
Прокуратура и потерпевшие приговором остались довольны. «Конечно, супруга Андрея Андреевича была бы рада, если бы этого дела вообще не было, а ее супруг был жив, — выступил перед журналистами ее представитель Сакович. — Но приговором, как и вердиктом присяжных, мы удовлетворены». «Решение суда законное, справедливое и обоснованное», — считает гособвинитель Гульчехра Ибрагимова. Она добавила, что не разочарована «мягкостью» решения судьи по сравнению с тем сроком, который требовала прокуратура. «Суд справедливо учел данные о личности Френкеля, он ранее не судим, к тому же он осознал, что неправильно вел себя в процессе и в последнем слове извинился за многочисленные процессуальные нарушения», — заявила Ибрагимова.
Что касается Половинкина, прокуроры посетовали, что в российском законодательстве отменили смертную казнь.
«Для таких как Половинкин в Уголовном кодексе имелась мера, на которую теперь введен мораторий. В противном случае у нас не дрогнула бы рука попросить самого сурового приговора», — сказала гособвинитель.
