Цивилизация
Во вторник Мосгорсуд оправдал нотариуса Фаиля Садретдинова, который обвинялся в неуважении к суду и оскорблении следователя. Приговор был вынесен после вердикта суда присяжных, которые не признали вину Садретдинова ни по одному пункту обвинения. Подсудимому инкриминировались четыре статьи: ст. 297 (неуважение к суду), ст. 318 (применение насилия в отношении представителя власти), ст. 319 (оскорбление представителя власти) и ст. 325 УК РФ (похищение или повреждение документов, штампов, печатей либо похищение марок акцизного сбора, специальных марок или знаков соответствия).
Суд присяжных признает обвинение против нотариуса несостоятельным уже второй раз. 5 мая 2006 года Фаиль Садретдинов вместе с двумя чеченцами — Казбеком Дукузовым и Мусой Вахаевым — был оправдан по делу об убийстве главного редактора русской версии журнала Forbes Пола Хлебникова.
Тот процесс был первым в жизни нотариуса. (Правда, 9 ноября 2006 года Верховный суд РФ отменил вердикт присяжных и направил дело на новое рассмотрение с другим составом присяжных. Но слушания были прекращены еще в начале процесса в связи с розыском одного из обвиняемых — Казбека Дукузова. Второй фигурант этого дела Муса Вахаев также на свободе, но его местонахождение известно).
После рассмотрения в суде «дела Хлебникова» Садретдинов недолго пробыл на свободе. Вскоре он был задержан в своем офисе на Красной Пресне.
На этот раз его обвинили в том, что он в 2002 году удостоверил поддельное завещание умершей москвички, что позволило завладеть ее квартирой. Нотариус был признан виновным и получил 9 лет колонии.
Одновременно против Садретдинова было возбуждено еще одно уголовное дело, тоже связанное с мошенничеством с квартирой. Оно расследуется судом до сих пор. Как раз во вторник решался вопрос о передаче дела из Чертановского райсуда в Люблинский по территориальной подсудности.
Из-за перевозки обвиняемого с одного процесса на другой оглашение оправдательного приговора в Мосгорсуде задержалось на два с половиной часа.
Суть дела, рассматривавшегося в Мосгорсуде, состояло в следующем. По данным следствия, на одном из заседаний о продлении ареста Садретдинов якобы нецензурно выражался в адрес судьи. Что касается оскорбления и применения насилия в отношении следователя, по данным уголовного дела, инцидент произошел в СИЗО. Как сообщили работники прокуратуры, Садретдинов заподозрил следователя Моспрокуратуры в подмене документов в деле. После словесной перепалки Садретдинов закидал следователя своими экскрементами и измазал этой же субстанцией два тома уголовного дела. Кроме того, сообщило обвинение, нотариус ударил следователя — тот получил синяк под глазом. Другие подробности дела не уточнялись, а судебные заседания проходили в закрытом режиме.
Как заявил один из адвокатов нотариуса Александр Козлов, присяжные не поверили ни обвинению, ни показаниям судьи и признали невиновность Садретдинова. Итогом процесса стал оправдательный приговор.
Сам подследственный заявлял ранее, что следователи начали его преследовать из-за принципиальной позиции по делу об убийстве Хлебникова.
При этом Садретдинов уже несколько раз выказывал неадекватное поведение. В конце 2006 года, находясь в «Матросской Тишине», нотариус попытался покончить жизнь самоубийством. Из петли его вынули сокамерники. После неудачного суицида подследственный был помещен в психиатрическое отделение тюремной больницы изолятора «Бутырка». Попытку самоубийства Садретдинов предпринял вскоре после того, как его перевели из тюремной больницы СИЗО «Матросская Тишина» в общую камеру. В больнице подследственный находился в реанимационном отделении после нескольких эпилептических припадков. Как говорят специалисты, подобные припадки возможны у абсолютно здоровых людей при определенных обстоятельствах. Как рассказывал адвокат подследственного Руслан Коблев, в эти дни у его подзащитного было «крайне тяжелое психоэмоциональное состояние от чувства безысходности». О мотивации поступков Садретдинова в отношении судьи и следователя на суде не говорили, и, тем не менее, по мнению защиты, «правда нашла дорогу».
«Я был против суда присяжных, потому что мы не смогли бы оспорить их решение, — сказал «Газете.Ru» адвокат Александр Козлов. — В то же время я понимал, что в обычном суде шансов у нас почти нет. Ведь потерпевшими считались судья, представитель прокуратуры. Да и суды у нас тяготеют к стороне обвинения».
«Но 12 обычных людей поверили моему подзащитному», — подытожил Козлов.
