Цивилизация
Коллеги милиционеров, находящихся на скамье подсудимых по делу об избиении семьи призывника Андрея Зуева в декабре 2006 года, обратились к уполномоченному по правам человека в РФ Владимиру Лукину с просьбой защитить работников правоохранительных органов от потерпевших. Сотрудники 3-го отдельного батальона милиции УВО при УВД по Западному административному округу Москвы направили подробное письмо не только Лукину, но и главе МВД Рашиду Нургалиеву, столичному прокурору Юрию Семину, председателю Мосгорсуда Ольге Егоровой, а также СМИ и правозащитным организациям.
Жалуясь на агрессивность и эмоциональность Николая Зуева, милиционеры заявили, что он «своими действиями пытается оказывать давление на суд при помощи СМИ и общественного мнения». «СМИ заранее объявили наших товарищей преступниками», — считают сотрудники батальона.
Сам процесс, по мнению авторов письма, идет с грубыми нарушениями.
В частности, обвиняемым не озвучили список их полномочий, превышение которых им инкриминируется, а прокурор якобы «диктует» членам семьи Зуевых ответы на заданные им вопросы: меняет слово «толчок» на «удар» и т. д.
Интересно, что на первых заседаниях, где присутствовал корреспондент «Газеты.Ru», гособвинитель, наоборот, подвергала сомнению каждое свидетельство потерпевших и засыпала бесконечными уточнениями. «А вас точно толкнули? Может, вы сами споткнулись?», «А с чего вы взяли, что вашего младшего сына душат? Разве это было заметно?», «Как это милиционеры сбили вас с ног, если били в плечи?» — то и дело спрашивала она. И тогда Зуевы пришли к выводу, что «прокурор явно играет на стороне подсудимых». Теперь же обвинитель вызвала неудовольствие и со стороны подсудимых.
Но больше всего милиционеров обижают эпитеты, которыми на заседаниях суда награждает их Николай Зуев: «гестаповцы», «бандиты», «пьяные амбалы», «пьяные держиморды» и даже «подонки».
«Стоит ли говорить, что интеллигентный, законопослушный человек никогда не позволит себе подобного. МВД — не гестапо, и милиционеры — не гестаповцы. Даже на Нюрнбергском процессе подсудимые четко различались на гражданских лиц, военных и гестаповцев», — жалуются сотрудники органов Лукину.
Официальной реакции главного государственного правозащитника, МВД и Мосгорсуда на обращение милиционеров пока не последовало.
Письмо 3-го батальона милиции — беспрецедентный случай обращения сотрудников правоохранительных органов за помощью к правозащитникам.
Как правило, для России характерна обратная ситуация.
Николай Зуев считает обращение милиционеров жестом отчаяния после окончательного разоблачения их коллег. «С самого начала ГУВД обеляла своих и резко обвиняла нас. Пресс-служба представляла нас бандитами и сумасшедшими, — сказал «Газете.Ru» Зуев. — Давление на следствие было страшное, 2 мая дело вообще приостановили, только наше повторное обращение в Генпрокуратуру сыграло свою роль. Суд им подкупить не удалось. Теперь они обижаются на эпитет «бандиты», а сами обвиняли нас в попытке убийства участкового. Но ведь на аудио- и видеозаписи видно, кто вел себя агрессивно, а кто стоял спокойно. Вообще, это мы должны обращаться к Нургалиеву, чтобы он разобрался с московской милицией».
Напомним, что история конфликта семьи Зуевых и милиции началась 11 декабря 2006 года, когда в квартиру москвичей пришел человек, представившийся участковым Сергеевым. Позже Зуевы выяснили, что это был стажер Долгов. Когда его впустили в дом, милиционер заявил, что забирает младшего сына Зуевых на сборный пункт. На это 21-летний Андрей Зуев ответил, что по состоянию здоровья в армию призван быть не может, и представил документальные подтверждения.
Получив категорический отказ родителей отправлять сына для выяснения обстоятельств в военкомат, милиционер вызвал по сотовому телефону подмогу. Через 5–7 минут пришел майор Виктор Лавренюк с двумя милиционерами. Последовал скандал, потасовка, в которой члены семьи Зуевых получили различные травмы. Теперь они пытаются выяснить отношения с милицией в суде. Очередное заседание по этому делу состоится во вторник, 21 августа.
