Слушать новости
Слушать новости

«Я положил начать возмущение»: как было подавлено второе восстание декабристов

195 лет назад было подавлено второе восстание декабристов

15 января (по нов. стилю) 1826 года полным разгромом завершилось второе восстание декабристов. Черниговский полк, выступивший в Киевской губернии под командованием Сергея Муравьева-Апостола, был обстрелян картечью правительственными войсками и сдался. Лидеров восстания казнили, остальных отправили на каторгу, в ссылку или рядовыми на Кавказ.

15 января (по нов. стилю) 1826 года сохранившие верность правительству части Русской императорской армии на территории Киевской губернии нанесли сокрушительное поражение Черниговскому полку, поднявшему восстание против Николая I. Это было второе выступление декабристов после событий в Санкт-Петербурге (их разделили две недели).

Члены Южного общества раньше своих единомышленников из Северного общества узнали о смерти Александра I. Однако было решено, что первым выступит Петербург.

На Украине еще до восстания на Сенатской площади 14 (26) декабря 1826 года был арестован глава Южного общества Павел Пестель. Тем не менее, его соратники Сергей Муравьев-Апостол и Михаил Бестужев-Рюмин подняли на восстание Черниговский полк, расквартированный недалеко от Киева. Декабристы рассчитывали, что к ним присоединятся другие воинские части. Однако командованию удалось изолировать полк и подавить выступление. После нескольких дней переходов из одного села в другое Черниговский полк был окружен и разгромлен правительственными войсками.

Кололи ли декабристы штыком командира Черниговского полка

В 1913 году в журнале «Современник» был опубликован рассказ от лица Сергея Муравьева-Апостола «о возмущении Черниговского полка», составленный на основе его ответов, данных следственной комиссии. Лидер Южного общества указывал, что «впервые услыхал о происшествии 14 декабря в Петербурге», находясь в Житомире — туда он отправился, чтобы выхлопотать отпуск своему ближайшему другу и соратнику Бестужеву-Рюмину. Получив подтверждение о восстании от корпусного командира, подполковник вместе со своим братом Матвеем выехал в село Трилесы, где собирался скрыться от вероятных поисков. Он не ошибся: прибывшие из Петербурга жандармы поручили командиру Черниговского полка Густаву Гебелю арестовать братьев Муравьевых. Тот побывал в Житомире и объехал несколько населенных пунктов, прежде чем обнаружить своего батальонного командира в Трилесах.

Там на Гебеля напали соратники Муравьева-Апостола – офицеры Черниговского полка и члены Общества соединенных славян Анастасий Кузьмин, Вениамин Соловьев, Иван Сухинов и Михаил Щепилло.

«В ночь приехал в Трилесы подполковник Гебель с жандармским офицером и объявил мне и брату арест, — рассказывал Сергей Муравьев-Апостол. — В сем положении пробыли мы до света, когда вдруг наехали поручик Кузьмин с поручиком Сухановым и вслед за ними штабс-капитан Соловьев и поручик Щепилло. Кузьмин подошел к брату и опросил его, что делать, на что брат отвечал ему: «Ничего». А я на таковой же вопрос Кузьмина отвечал: «Избавить нас». Вскоре после краткого сего разговора услышал я шум в передней комнате, и первое мое движение было выбить окно и выскочить на улицу, чтобы скрыться: часовой, стоявший у окна сего, преклонив на меня штык, хотел было воспрепятствовать в том, но я закричал на него и вырвал у него ружье из рук. В это время налево от квартиры увидел я Гебеля, борющегося с Кузьминым и Щепилло, и, подъехав туда, после первой минуты изумления, произведенного сим зрелищем, вскричал я: «Полно же, господа», но тут подполковник Гебель, освободившись и нашед на дороге сани, сел в оныя, чтобы уехать, и мы побежали было, чтобы воротить его, дабы он заблаговременно не дал знать о сем происшествии, что Сухинов, сев верхом, и исполнил».

Муравьев-Апостол умолчал о том, что его единомышленники нанесли Гебелю 14 штыковых ран и сломали правую руку. При этом офицеры, скорее всего, не хотели убивать своего командира, а имели намерение лишь не выпустить его из села. Подполковнику все же удалось бежать в Киев. Залечивая раны, он прямо с кровати надиктовал описание случившегося для императора Николая I. Вскоре его за отличие по службе произвели в полковники и наградили.

Впрочем, старший брат лидера южных декабристов Матвей Муравьев-Апостол, позднее приговоренный к каторге, которую Николай I заменил на ссылку, в своих воспоминаниях утверждал, что Гебеля максимум избили, но никак не ранили.

«Хотя я не был свидетелем побоища, но утвердительно могу сказать, что раны, будто бы нанесенные штыком Гебелю в грудь и в бок, чистая ложь. Не поручусь в том, чтоб его не ударили ружейным прикладом. При таких ранах, о которых говорится в донесениях, Гебель не мог бы немедленно возвратиться в Васильков. Гебель за свое усердие и распорядительность был назначен вторым киевским комендантом. Несмотря на то, можно безошибочно сказать, что, будь на месте Гебеля командиром Черниговского полка человек, заслуживающий уважения своих подчиненных и более разумный, не было бы ни возмущения, ни восстания», — считал старший из братьев-декабристов.

В свою очередь, средний брат, Сергей, заявил на допросе, что именно инцидент с подполковником Гебелем окончательно подтолкнул его к началу восстания.

«Происшествие сие решило все мои сомнения. Видев ответственность, к коей подвергли себя за меня четыре сии офицера, я положил, не отлагая времени, начать возмущение; и, отдав поручику Кузьмину приказание собрать пятую роту и идти на Ковалевку, сам поехал туда вперед для сбора второй гренадерской роты», — признавал он.

Другие полки не поддержали восставших

Ранним утром 11 января (по нов. стилю) 1826 года Сергей Муравьев-Апостол во главе двух рот вступил в Васильков, где к нему присоединились другие роты Черниговского полка. Он приветствовал солдат и кратко изложил им цель восстания, объяснив, сколь благородно пожертвовать жизнью за свободу. Сергей Муравьев-Апостол пригласил полкового священника Даниила Кейзера. По его поручению тот прочел перед строем сочиненный вождем восстания революционный политический катехизис, состоявший «из чистых республиканских правил, приноровленных к понятиям каждого».

Офицеры и нижние чины изъявили готовность следовать за своим предводителем. В их руках находились полковые знамена и казна.

Инициаторы рассчитывали на присоединение к их выступлению других частей, которыми командовали члены Южного общества. Однако из-за спонтанности восстания и по другим причинам особой поддержки офицеры Черниговского полка не нашли. Члены Общества соединенных славян требовали привлечь на свою сторону крестьян. Муравьевы-Апостолы придерживались в данном вопросе выжидательной тактики. «Славяне» хотели идти на Киев, где находились сочувствующие офицеры и распропагандированные ими части.

Известна стычка декабристов с майором Сергеем Трухиным, который был старшим по должности после Сергея Муравьева-Апостола и остался на стороне правительства. Он попытался привести восставших в повиновение угрозами и обещаниями, но был схвачен Бестужевым-Рюминым и Сухиновым. Как уточнял один из очевидцев, простые солдаты «бросились на ненавистного для них майора, сорвали с него эполеты, разорвали на нем в клочья мундир, осыпали его ругательствами, насмешками и, наконец, побоями». Трухина арестовали.

12 января восставшие двинулись в деревню Мотовиловку, а 13-го отправились в Белую Церковь, но, не дойдя до нее, резко изменили свой маршрут.

«Если взглянуть на карту местности, видно, что этот маршрут имеет приблизительную форму восьмерки, — отмечала советский историк, специалист по декабристам Милица Нечкина. — Этот зигзаг становится понятен, если с помощью документов вникнуть в мотивы изменения маршрутов. Все движение восстания состоит из осколков начатых и брошенных маршрутов, изучение которых раскрывает надежду на присоединение новых полков (что было характерно и для 14 декабря) и борьбу противоречий во внутренней жизни восстания».

Вопреки ожиданиям, встреченные по пути полки не перешли на их сторону. Кроме того, властями был арестован офицер, обещавший Муравьеву-Апостолу поднять свой полк.

Настроение солдат, которые поначалу поддержали своих офицеров, между тем изменилось. Они не понимали смысл похода и опасались за свое будущее. Произошли случаи дезертирства. Были свидетельства массового пьянства солдат и грабежей местного населения. «Славяне» агитировали крестьян, обещая отменить крепостное право после успеха восстания. Те желали им удачи, но к восстанию не присоединялись.

В конце концов, декабристы направились к Трилесам — исходному пункту восстания. 15 января (по нов. стилю) 1926 года около Ковалевки Черниговский полк натолкнулся на отряд правительственных войск под командованием генерала Федора Гейсмара. Сергей Муравьев-Апостол был уверен, что отряд примет их сторону. Однако Гейсмар приказал заманить восставших в засаду. Подпустив полк на расстояние выстрела, генерал велел артиллеристам открыть огонь на поражение. Залпы картечи посеяли панику среди солдат, но большинство офицеров шли за своим командиром.

«Между деревнями Устимовкой и Королевкой был встречен отрядом генерала Гейсмара. Я привел роты, мною водимые, в порядок, приказал солдатам не стрелять, а идти прямо на пушки, и двинулся вперед со всеми оставшимися офицерами. Солдаты следовали нашему движению, пока попавшая мне в голову картечь не повергла меня без чувств на землю. Когда же я пришел в себя, нашел батальон совершенно расстроенным и был захвачен самими солдатами в то время, когда хотел сесть верхом, чтобы стараться собрать их. Захватившие меня солдаты привели меня и Бестужева к Мариупольскому эскадрону, куда вскоре привели и брата, и остальных офицеров», — рассказывал Сергей Муравьев-Апостол.

Считается, что один из солдат попытался добить его, назвав обманщиком, но Соловьев закрыл раненого собой. По другой версии, рядовой убил штыком лошадь Сергея Муравьева-Апостола, решив, что он хочет скрыться на ней с поля боя.

«На месте восстания остались убитые — в их числе крестьяне, шедшие за полком в его обозе, и три офицера, — указывала Нечкина. — Со стороны правительственных войск убитых и раненых не было. Было арестовано 869 солдат и пять офицеров восставшего Черниговского полка. Брат Муравьева-Апостола Ипполит, только что прибывший из Петербурга вестником северного восстания, застрелился на поле боя. Щепилло был убит. Сухинов бежал. Сергей Муравьев-Апостол и Бестужев-Рюмин были арестованы на поле боя с оружием в руках. Раненый Кузьмин скрыл в рукаве пистолет и застрелился в первой корчме, где остановился его конвой».

Сергея Муравьева-Апостола и Бестужева-Рюмина приговорили к смертной казни.

Их повесили вместе с Пестелем и участниками восстания на Сенатской площади Кондратием Рылеевым и Петром Каховским. Нескольких человек, в том числе Соловьева и Сухинова, отправили из Киева пешком в Сибирь на каторжные работы. Некоторым, как Матвею Муравьеву-Апостолу, изменили наказание на ссылку (в начале своего царствования декабристов амнистировал Александр II). Большинство же чинов Черниговского полка, более 800 человек, подвергли телесным наказаниям, разжаловали и отправили воевать на Кавказ.

Уже после разгрома Черниговского полка члены Общества соединенных славян пытались поднять на восстание свои части. Последняя такая попытка была зафиксирована в феврале 1826 года в Полтавском полку. Но массовой поддержки среди солдат, в отличие от офицеров-черниговцев, их последователи не нашли.

Поделиться:
Новости и материалы
Все новости
Найдена ошибка?
Закрыть