Целебные коктейли Древнего Египта

В Древнем Египте в вино добавляли смолу, пряности и лекарственные травы

Древнеегипетские целители ещё 5 тысяч лет назад добавляли лекарственные травы и пряности в вино, делая настоящие винные настойки «от живота» и «от головы». Уже тогда травы выращивали специально для лечебных целей, а «показания к применению» были чётко прописаны. Пили ли египтяне глинтвейн или потребляли фруктовое вино холодным — пока трудно сказать.

Эпидемия гриппа вроде бы миновала, но организм, ослабленный после зимы, ещё подвержен простуде. Выбор способа лечения и профилактики зачастую остается на усмотрение пациента. Одни предпочитают коктейль из витаминов и антибиотиков, другие — напитки покрепче. Есть и те, кто, завернувшись в одеяло, будут потихонечку потягивать согревающий глинтвейн или грог. Даже не подозревая, что продолжают многотысячелетнюю традицию траволечения.

Судя по всему, и египетская знать тоже предпочитала запивать лекарства не водой: американец Патрик Макгаверн из Музея археологии и антропологии в Университете Пенсильвании и его коллеги

обнаружили в винных сосудах возрастом более 5 тысяч лет следы трав и смолы, которые древнеегипетские да и современные целители относят к числу к лечебных.

Почти 700 сосудов, разложенных по трем камерам, были найдены 15 лет назад во время раскопок в пустыне в области Среднего Нила. Исследованное учёными захоронение принадлежит, вероятно, Скорпиону I, полумифическому первому правителю «нулевой» династии древнего Египта, что позволило датировать находку серединой XXXII века до н. э.

Тогда ученые смогли лишь доказать «винную историю» сосудов по следовым количествам винной кислоты и её солей, которые нашли с помощью спектрометрии и хроматографии. Последняя показала ещё один интересный результат — смолу, вероятнее всего, принадлежавшую фисташковому дереву. Ещё 15 лет понадобилось авторам публикации в последнем номере Proceedings of the National Academy of Sciences, чтобы усовершенствовать свой парк лабораторного оборудования и найти необходимое финансирование.

Поиски были не напрасны: результаты исследования существенно уточнили наши представления о культуре виноделия в Древнем мире.

Тяга к спиртному имеет вполне животное происхождение: в рационе приматов да и многих других млекопитающих сладкие фрукты могут составлять до 90% калорий. Больше всего «любителей сладкого» в странах Азии и Африки, где климат предоставляет возможность питаться ими круглый год. В этом случае этанол, образующийся при сбраживании сахаров, — не только показатель зрелости плода, но и неплохой источник энергии.

Добавьте небольшой психотропный эффект — и появление одного из первых биотехнологических процессов не кажется такой уж большой загадкой. Считался ли сок забродившего винограда целебным напитком — неизвестно, зато травы и смолы, которые в него добавлялись, заслужили отдельного упоминания даже в редких дошедших до нас древнеегипетских письменах.

Египтяне не были первооткрывателями растительной медицины — жители Чили сушили горные и болотные травы и даже водоросли ещё 13 тысяч лет назад. А следы самых древних винных настоек относятся к началу неолита и обнаружены в Китае. Макгаверн не исключает, что смешать траву с вином могли и раньше, но доказать наличие виноделия в ту эпоху пока не представляется возможным: деревянная и кожаная посуда в отличие от керамики не лучшим образом сохранила следы содержимого. Чего не скажешь о вышеупомянутой находке, свидетельствующей не только о высокой медицинской культуре, но и о вполне развитом виноделии.

Во-первых, характерная ДНК подтвердила, что в качестве «сбраживателя» использовались именно дрожжи Saccharomyces cerevisae, разные штаммы которых по сей день применяются и в хлебопечении, и в пивоварении, и в получении этилового спирта. Подданные Скорпиона I вряд ли самостоятельно разводили дрожжи — их вполне достаточно на поверхности ягод (сейчас в качестве источника дополнительно используется дубовая кора или древесина, из которой и делаются бочки), но египтяне выбирали именно те сорта винограда, на которых достаточно S. cerevisae.

Во-вторых, им было знакомо не только вино, но и уксус: сосуды были тщательно закрыты и замазаны, чтобы предотвратить доступ кислорода, необходимого для окисления вина в уксус. Возможно, именно с этой целью туда же добавляли и смолу, обладающую антиоксидантными свойствами. То же самое делали ещё раньше (7 тысяч лет до н. э.) в долине Желтой реки в Китае, добавляя местные смолы в хмельные напитки из риса, фруктов и проса.

Тогда же пищевики не гнушались и экспериментами с ароматизаторами: на дне некоторых сосудов были найдены фиги, разрезанные на части для увеличения площади соприкосновения с впитывающей запахи жидкостью.

Главной же своей находкой Макгаверн считает целый коктейль из пряностей и трав, обнаруженных как в одном из упомянутых 700 кубков, так и в более позднем, принадлежащем к IV--VI веку н. э.

В природе обнаруженных лекарственных веществ от мяты до сенны химики не сомневаются, а вот их роль в напитке ещё предстоит установить. Пока утверждение прошёл лишь кориандр, у которого есть и «египетское» имя, и «показания к применению», заключающиеся в боли в желудке и прописанные в более поздних папирусах 2-го тысячелетия до н. э..

С остальными же фруктами, травами и пряностями египтологам еще предстоит разобраться. В египетской фармакопее было по крайней мере 160 «активных веществ», причем 80% имен ещё нуждаются в точном переводе. Возможно, среди них скрываются и мята, сенна, мелисса, дубровник, шалфей и чабрец, обнаруженные в сосуде.

С учетом развития современной фармакологии о том, чтобы поучиться у древних, речь не идёт. Зато оригинальные напитки «по египетской рецептуре» вполне могут стать дополнением к одеялу и грелке, а вот от некоторых антибиотиков в таком случае придётся отказаться из-за несочетаемости с алкоголем.